Рожденный из Ада
Шрифт:
— Ну хорошо, — она кивнула и с обожанием уставилась на своего ухажера. С такими манерами она еще никого не встречала. Как было бы хорошо с ним познакомиться поближе. Может, он заберет ее отсюда куда-нибудь в другое место. А то здесь ни развлечений, ни работы нормальной. А трястись по утрам и вечерам по часу, чтобы приехать на работу в соседний город, а потом вернуться домой, ей не нравилось.
Мужчина быстро сделал кофе и подал две чашки на стойку. Хозяин все это видел и только улыбнулся спокойно — его постоялец оказался абсолютно обычным парнем, которых были десятки среди приезжих. Зря он переживал, что он как-то связан с теми русскими и какими-то странными еще приезжими, что остановились вчера в гостинице!
Вон, человек романы курортные заводит! Все как у всех! А те сидят в гостинице своей и даже на пляж не выходят!
— А на вечер у такой прекрасной девушки есть планы? — мужчина облокотился на стойку и уставился в глаза девушке, приблизив свое лицо к ней практически вплотную.
— Если этот мужчина что-то предложит, то планы появятся, — девушка, похоже, решила принять предложение и вступить в игру.
— Можно было бы съездить в соседний город, а потом прогуляться на побережье, — пожал мужчина плечами.
— Нет, только не в город! Давай тут поужинаем, а потом погуляем на берегу? — такой вариант Демону и нужен был.
— Хорошо, тогда так и поступим. Так как я тут человек новый и ничего не знаю, то давай встретимся в восемь тут, на площади. А с меня сюрприз! — Демон знал, что время у него будет ограничено, но он надеялся успеть все сделать так, как надо.
Девушка молча кивнула — этот мужчина ей нравился все больше и больше. Было в нем что-то настолько притягательное, что он ее словно очаровывал и не позволял думать уже больше ни о ком, кроме него самого. Она допила свой кофе и вышла из кафе, чтобы вернуться сюда к тому самому сюрпризу, который ей только что пообещали.
Часть 14
В номере стояла невыносимая жара. Воздух внутри и снаружи сравнялся по температуре, отчего можно было даже не выбирать где находиться.
Мужчина в светло-серых брюках и подтяжках на голое тело ходил по комнате и курил, читая какие-то мелкие листки со схемами, исписанные убористым мелким почерком. В комнате было настолько накурено, что даже малейшее дуновение ветерка, влетавшее изредка через открытое окно, не спасало положения. В комнате от дыма стоял сизый туман, но мужчина в подтяжках не обращал никакого внимания на него.
В дверь кто-то осторожно поскребся. Так мог скрестись только Тарантино — бывший киношник, неизвестно каким образом попавший из гламурного кинобизнеса в секретную лабораторию по разработкам новых образцов оружия.
Барон подобрал его в темном подземном переходе, когда решил нажиться на торговле государственными секретами. Тот играл на скрипке, чтобы хоть как-то прокормиться после того, как он привык жить на широкую ногу во время работы в своей лаборатории.
В этой лаборатории все, кто работал, пользовались не нормальными именами, а какими-то кличками, больше похожими на собачьи. Но Барону удалось каким-то образом узнать настоящие имена и собрать вместе всю эту кодлу обиженных на государство, выброшенных из современной жизни инженеров-проектировщиков и старших научных сотрудников. Да, имена он узнал. Но предпочитал называть их все теми же кличками, словно напоминая им, что они — всего лишь его слуги. А кем они еще были? Только слугами и были — Барон уже знал, что судьбу их он предрешил уже заранее.
— Заходи, не заперто! — крикнул мужчина сквозь зубы, зажав в углу рта сигарету.
Дверь открылась, и в нее просунулась взлохмаченная голова очкарика с орлиным носом и малюсенькими глазками-щелочками.
Вот спрашивается, что мог Тарантино делать в кино? С его внешностью только маньяков и играть! А он, оказывается, все больше интеллигентов играл. Что не могло не быть странным, по меньшей мере!
— Привет, Паш! — он кивнул своему нынешнему начальнику. — А наши еще не вернулись из города?
«Наши» — это еще шесть человек, которые поехали в соседний город, чтобы погулять и немного осмотреться по сторонам, дабы сойти за туристов. А вот этот предпочитал постоянно сидеть рядом с Бароном, словно надеясь на то, что это спасет ему жизнь каким-то образом!
— Нет пока. Но ближе к ночи вернутся, — Барон слегка поморщился — это означало, что все, оставшееся до вечера время ему предстоит провести в компании этого очкарика. Может, напоить его и спуститься в кафе на той стороне площади? Там сегодня какое-то веселье ожидается. Хоть расслабиться получится может быть. — Костя, по-моему, я четко приказал по именам никого не называть? Или ты уже забыл мой инструктаж?
— Никак нет! — Костя смутился, понимая, что все это делается для их же безопасности. А он так пренебрегает простыми, в сущности, правилами.
Константин Садовский, он же Тарантино, в сущности, и из кино вылетел из-за своей расхлябанности. А вот из лаборатории он вылетел вместе со всеми своими коллегами, когда отдел закрыли из-за недостаточности финансирования. Он трудился вместе с еще шестью учеными. И все они остались без работы, когда оказались никому не нужны. Вот тогда их и нашел Барон. Раньше он был офицером КГБ, но по какой-то причине тоже оказался не у дел и, не найдя себе место в новой спецслужбе, решил отправиться на вольные хлеба. Он не нашел себя как законопослушный гражданин и отправился работать на каких-то криминальных воротил, разрабатывая для них операции самой различной направленности.
Разрабатывая одну из таких операций, Барон и узнал о закрытой лаборатории, и о том, что в ней раньше разрабатывалось.
Он нашел каждого по отдельности и достаточно легко выяснил, что каждый из них помнит и что сможет воссоздать в походных условиях. Дальше пошел процесс уговоров. Но он не занял много времени — те радужные перспективы, которые нарисовал Барон каждому, устроили всех семерых, и они с радостью согласились на предложенные условия. Да и понимали все прекрасно, сколько стоит их разработка на черном рынке.
Все находились первое время под эйфорией от радужных перспектив. У многих она и сейчас продолжала сохраняться. Только Тарантино — уникальный человек с двумя высшими образованиями — понимал прекрасно, что в лучшем случае их семьи получат деньги на похороны, если им с барского плеча кинет такую подачку организатор. А так — им и рассчитывать не на что даже!
Тарантино понимал, что от Барона надо бежать, но бежать-то было и некуда — денег на обратную дорогу не было ни у кого. А те суммы, которые выдавал им Барон каждый день, были жалкими каплями, на которые нельзя было рассчитывать вовсе.
Барон срывался на всех то и дело — сделка могла сорваться в любой момент, потому что никто не мог восстановить два элемента разработки, а покупатели уже были тут и ждали только, когда смогут произвести обмен.
Наконец, сегодня утром, двое из коллег Тарантино смогли «родить» недостающие элементы, и сейчас Барон заканчивал сверяться со всей последовательностью и очередностью составленной документации.
Покупатели бесцельно шатались по городу днем, а вечером просиживали в кафе, глуша кофе и что-то обсуждая. Продавцы же, наоборот, то и дело ездили на экскурсии в соседний город, возвращаясь каждый раз оттуда пьяными настолько, что от них за версту разило русскими.