Рожденный из камня
Шрифт:
Астрид проснулась и осмотрелась в темной библиотеке. Свечи уже оплавились, а из ближайшего окна не падал свет. Она уснула, читая красочную книгу, что вручил ей Владыка Виннстон. Она мгновенно посмотрела на колени и с облегчением вздохнула, обнаружив книгу в целости и сохранности. Она села и положила книгу рядом с собой на подлокотник. Со стороны стола, на котором стоял серебряный поднос с различными яствами, шел восхитительный аромат. Должно быть Владыка Виннстон принес ужин. Она улыбнулась и поспешила наполнить свой желудок. Тарелки были наполнены мясом и фруктами, выпечкой и приготовленными на пару овощами. Там было так много еды, что девушка не знала с чего начать. Небольшое пустое блюдо стояло рядом, и Астрид, взяв его, стала накладывать всего понемногу.
Она только доела последний кусочек с тарелки и облизнула пальцы, когда дверь в библиотеку медленно отворилась. Подумав, что это должно быть Владыка Виннстон, Астрид улыбнулась и приготовилась поблагодарить его на своем языке. Но слова застыли на губах, как только ее гость вошел.
– И снова здравствуй, милая поломойка, как проходит твой вечер?
Ей захотелось вскочить и сбежать из комнаты, когда Элбейн приблизился к ней, но она боялась обидеть столь могущественного человека. Предупреждающие речи Виннстона эхом отдавались в ее голове, и девушка замерла на кресле.
– Благодарю, все хорошо. А как у Вас?
Он усмехнулся и остановился перед столом, все еще ломящимся от еды. Он провел над ним рукой.
– Ты уже сыта? Я не был уверен, что тебе нравится, поэтому попросил прислугу приготовить всего понемногу.
И вот еда, которая была такой восхитительной несколько минут назад, осела в желудке, как камень. Он приказал принести ей еду, а не Владыка Виннстон? Она едва переборола тошноту и вымучено улыбнулась.
– Благодарю, господин. Я действительно проголодалась, когда проснулась.
В этот момент девушка осознала, что он видел ее спящей, и по коже побежали мурашки. Теперь ничего не изменить. Ей просто нужно вежливо поддержать разговор и понадеяться на то, что он оставит ее в покое.
– Да, я представил, что так и будет. Уборка вызывает сильный голод.
Он хихикнул, но прозвучало это вовсе не радостно. Она медленно поднялась с маленькой пустой тарелочкой в руке, надеясь использовать ее как предлог, чтобы покинуть библиотеку. Но прежде, чем она смогла вымолвить хоть слово, он приблизился к ней и взял тарелку.
– Закончила, да? Ничего больше не хочешь?
Он так долго и изучающе смотрел на нее, что у девушки по коже побежали мурашки. Она покачала головой и отступила. Внезапно голова закружилось и перед глазами все поплыло. Она оступилась и упала бы, если бы он не подхватил ее на руки.
– Ага, - произнес волшебник.
– Вот оно. Я боялся, что ты мало съела, и яд не произведет нужного эффекта.
– Яд?
– Да, моя дорогая. Я дал тебе яд, чтобы ты проспала чуть дольше и была сговорчивой. Не хотелось бы, чтобы ты проснулась до того, как мы достигнем цели. Ты будешь моим орудием, которое я использую, чтобы добиться от этих чертовых Гаргулий всего, что мне необходимо. Владыка Орестес лично предстанет предо мной, я уверен.
– Орестес? Где...
Но она не смогла закончить вопрос. Ее глаза закатились, а сознание помутнело.
Четверка Владык и маленькая кеванская женщина только приземлились во дворе Короля Кадмоса, когда Орестес издал болезненный и гневный рык. Он опустился на колени и склонил голову, а братья столпились вокруг него.
– Что случилось, брат?
– спросил Нель.
Орестес поднял голову, раскалывающуюся от боли, и посмотрел на братьев влажными от слез глазами.
– Астрид... Ей больно...
Не имело значения, как он мог чувствовать это. Важно было найти ее и исцелить ее маленькое, хрупкое тело. Он медленно поднялся в полный рост, осматриваясь.
– У нее сильные боли... и ее больше нет в нашем замке. Я должен найти ее.
Прежде чем кто-либо успел отреагировать, сверху раздался шум от новоприбывших. Орестес посмотрел наверх и увидел парящих Винни и Халдора. Светало, каждый мускул в теле Орестеса ныл от долгого полета, длившегося почти всю ночь. Но будь он проклят, если расслабится до того, как Астрид вновь окажется в безопасности, в его объятиях.
– Орестес, Астрид похитили, - сказал Виннстон, как только его ноги коснулись земли.
– Мы оставили братьев в замке для защиты, - произнес Халдор.
– Какого черта произошло?
– прорычал Орестес. Злость и боль клокотали в нем так, что он даже не мог сосредоточиться на их ответах.
– Элбейн. Он был в замке за день до этого, и я подумал, что он уехал. Ублюдок, должно быть, спрятался в замке и похитил ее, когда я отвлекся, - произнес Виннстон. Он опустился на колени и склонил голову.
– Прости меня, брат.
– Элбейн?
– переспросил Орестес, боль не давала здраво мыслить.
– Но зачем?
– Из-за Камня Волшебника, - сказал Халдор.
– Он ясно дал понять, что хочет обменять его на наш людской персонал. Он забрал не только Астрид, но и всех остальных слуг.
– Всех служащих замка?
– переспросил Штейн.
– Это же более ста человек, - заметил Горан.
– Как он мог обойти вас обоих в собственном замке?
– вопрошал Нель.
Лица Виннстона и Халдора помрачнели.
– Он оставил одного, чтобы передать нам послание. Мы неуверенны, но вероятно он использовал волшебство, чтобы замок опустел. Мы оба были за стенами замка, когда он сотворил это, - ответил Халдор.
– И это случилось мгновенно.
Виннстон не шевелился, и Орестес, наконец, шагнул к нему, схватив его за плечи.
– Встань, Винни. Я не виню тебя в предательстве Элбейна. Похоже на то, что все было заранее спланировано.
– Я не понимаю, какую роль в этом играло мое похищение, - выдал Нель.
– Вероятно, он хотел использовать для обмена тебя, но вместо этого использует теперь людей, - тихо проговорила Федра.
Все взоры обратились на девушку, вышедшую из-за спины Неля. Ее перемещение вызвало у Орестеса улыбку. Хоть он и не почувствовал, как улыбается.
– Очень мудрое и скорее всего правильное предположение, малышка, - сказал он.
– Нель, мы должны рассказать Королю о твоем похищении и обо всем остальном.
Король Кадмос был предупрежден об их появлении и ожидал Владык в тронном зале. Каждый из братьев пересказал все, что с ним произошло за последние пару часов. Большинство из Лиги Двадцати также присутствовали при разговоре, и возмущенные возгласы эхом раздавались в комнате, но никто не оправдывал предательства Элбейна.