Чтение онлайн

– Да, что ты заладила, тюрьма да тюрьма. Язык прикуси и пошли роды принимать.

Через три часа, 25 декабря 1995 года в 4 часа 20 минут, счастливая Тори прижимала к груди самого прекрасного ребенка на свете. А что творилось с Романом, никакими словами не описать.

Роман с Тори жили в любви и согласии, а с появлением дочери их жизнь стала насыщенней, полнокровней. Дочь как бы замкнула собой круг и все лучшее осталось внутри. Семья стала полной.

Пока пьяный водитель грузовика не влетел в машину Романа. Где-то на подсознании женщина знала, им не долго быть вместе. Уж слишком ярко Роман горел. Такие долго не живут. При каждом его вылете у нее замирало сердце, а летал он часто. Однако беда пришла, с той стороны откуда ее не ждали.

Виктория не ушла вслед за мужем из-за дочери. Любовь к ребенку, заставляла ее просыпаться каждое утро. Первый год был самым тяжелым. Из многочисленных друзей, рядом остались Сашка и Александра - крестные Ники. Остальные постепенно отсеялись.

Без Романа пять лет прошли мимо Виктории. Она работала, занималась дочерью и не жила - существовала рядом с кипучей жизнью других людей.

Встреча с Игорем была главной ошибкой в жизни Виктории и как следствие, в жизни Ники. Ее умненькой, доброй, хорошей девочки.

Виктория ненавидела нового мужа. И презирала себя. Как она, дипломированный врач, не замечала симптомы манипулирования ею с помощью гипноза? Ответ один - она не хотела ничего замечать. Страсть и похоть стали единственной ценностью жизни. Хотя похоже так же искусственно введенный ей в мозг.

Она понимала, ее отправили во Францию, чтобы она не мешала извращенной семейке развращать дочь.

Избиение плетью она принимала как благо. Физическая боль вытеснила душевную. Виктория знала, что заслужила больше, чем просто порку. И готовилась к худшему. Но маркиз стал для нее приятным открытием.

После отъезда русского, оплатившего счет за проживание в замке супруги, маркиз сначало удивился, а позже разозлился. За кого русский принимает его? Маркиз работает с парами и никогда с одиночками. Ублажать русских нимфоманок, любительниц острых ощущений он не намерен.

Маркиз понял, русский не имеет понятия о сути его работы. Скорей всего русского ввели в заблуждение слухи, крутившиеся вокруг маркиза и распронявшиеся недоброжелателями.

К маркизу в замок приезжают супружеские пары. Некоторые проводят здесь часть медового месяца. Другие охладев в постеле, но желающие сохранить свой брак. И маркиз снимает блоки, выстроенные строгим воспитанием. Обучает их чувствовать и понимать друг друга. Максимально доставлять друг другу удовольствие. Сам при этом остается в стороне, не принимая участие в семейных играх.

Что же ему делать с русской? Деньги уплачены за месяц вперед. Может нанять любителя садо-мазо и пусть он ее развлекает?

Перед глазами встала картинка: русская привязанная к столбу, плеть касается кожи, тело вздрагивает, гордо вздернутая голова, прямой взгляд на мужа и ни одного вскрика, стона. Ни одного признака возбуждения. А в глазах плескалась ненависть к мужу. И именно ненависть позволила ей выстоять показательную порку не издав ни звука.

Зачем русский заказал порку, если его жена не любительница горячих развлечений? Он ее за что-то наказывает? Так дома и отшлепал бы. Зачем везти ее во Францию, тратить немалые деньги? Чтобы посмотреть как чужой мужчина пройдется плетью по белой коже жены? Может он сам любитель горяченького? Тогда почему уехал? Вопросы, вопросы и ни одного ответа.

Надо поговорить с русской. А потом принимать решение.

Какие цели ставил Игорь отправляя ее в замок к маркизу? Хотел ли он в конечном результате получить сломленную, безвольную, бессловесную рабыню? Каких сам клепал десятками? Скорее да, чем нет. Только к радости Виктории желание мужа не оправдались.

Маркиз пришел в ее берлогу - круглая комната без окон. Стены, постель и подушки были из красной кожи, ни одного куска ткани, чтобы прикрыть голое тело. Зато с полным набором садо-мазо. Виктория полу сидела на кожаной поверхности кровати, обхватив себя руками, прикрывая груди. Боясь взглянуть на вошедшего мужчину.

– Вы говорите по французски?
– спросил маркиз.

– Я говорю по английски.
– Ответила Виктория так и не посмотрев на мужчину.

– Вам не нравиться комната выбранная вашим мужем?
– Заговорил он на хорошем английском.

– Разве может нормальному человеку понравиться это безобразие?

– Я сейчас принесу вам одежду и отведу в комнату, где вам будет комфортней.
– Вика неверяще, впервые взглянула на него.
– А потом мы с вами поговорим.
– Закончил он.

Маркизу все больше не нравилась ситуация. Женщина оказалась насильно втянута в непонятные игры мужа. Или это она играет с ним? Нет, ее глаза не обманывали. Она боится его и не верит.

Мужчина ушел не запирая двери. Вика смотрела на дверь со страхом и надеждой. Хотелось выскочить и бежать без оглядки. Даже нагота ее не смущала. Все же Виктория осталась сидеть на месте. Было в мужчине что-то, не подающееся логики, заставляющее ему поверить.

Прошло около получаса, а мужчина не возвращался. Виктория стала подозревать его в изощренной пытке. Она даже представила как за дверью притаились здоровенные самцы. Дожидающиеся, когда она соблазнившись свободой выйдет за дверь. Они ее схватят и начнут наказывать.

Страх затопил ее с новой силой. Так всегда бывает, если человеку дать надежду, а потом грубо окунуть в жестокую действительность.

Маркиз переступил через порог и замер. Русскую бил сильный озноб и холод не был тому причиной. Она со страхом смотрела на его руки, держащие длинный махровый халат. Кажется, пока его не было, русская накрутила себя, напридумав невесть знает что. Злость закипела с новой силой. Да за кого она его принимает? Как бы она его не разозлила, внешне он оставался спокойным.

– Простите, замок велик.
– Не делая лишних движений он попытался успокоить русскую.
– Помещение в котором вы сейчас находитесь слишком далеко от моих апартаментов. Я не стал рыться в вашем чемодане и принес свой банный халат. Не переживайте, он совсем новый. Можно мне подойти, чтобы положить халат ближе к вам?

Женщина минуту смотрела и молчала. Потом медленным наклоном головы дала добро. Пока он подходил она как раненый зверек зажатый в угол, следила за каждым его движением.

– Одевайтесь, я подожду за дверью.
– Быстро вышел из комнаты, чтобы не напугать ее готовой вырваться наружу злости.

Виктория шлепала босыми ногами по плитам пола. Халат приходилось спереди приподнимать, чтобы не наступить на него, сзади он волочился за ней следом.

Комната, в которую привел ее маркиз, оказалась просторной и светлой. Распахнутых два больших окна пропускали теплый, свежий воздух. Виктория ничего не замечая уставилась на свой чемодан, стоящий у широкой кровати.