Чтение онлайн

Обжорство, поглощая энергию, становился сильнее с каждой новой жертвой. Он поглощал свет, превращая его в свою силу, и наносил удары, разрывая тела на куски.

Гнев, излучавший ярость, был воплощением разрушения и смерти. Он двигался с невероятной скоростью, его полуторные мечи рассекали воздух, как молния. Он убивал с такой жестокостью, что даже самые стойкие солдаты не могли выдержать его натиска, настолько его ярость была велика.

Битва продолжалась, и каждый рыцарь Греха вносил свой вклад в эту кровавую симфонию разрушения. Кровь лилась рекой, земля была усеяна телами, а воздух был наполнен криками боли и ужаса. Но ни один из рыцарей не собирался останавливаться, пока не будет достигнута их цель - полное уничтожение врага.

Всадники Апокалипсиса так же вступили в жестокую битву с иномирной армией, вырвавшейся из последнего портала. Битва была кровавой и беспощадной.

Броня всадника Войны защищала его от ударов мечей и копий. Он сражался с яростью и беспощадностью, разрубая врагов на части своими огненным мечом, оставляя за собой огненный след из горящих трупов, сжигая всё и вся на своём пути.

Чума, проносился между рядов противника, наполняя воздух вокруг себя миазмами и смертельными болезнями. Солдаты падали как подкошенные, их одежда и броня тлели, тела покрывались волдырями из которых сочился гной, кожа облезала, глаза наливались кровью и лопались, а волосы выпадали.

Голод, третий всадник, был беспощаден к врагам, он проносился сквозь вражеские фаланги нанизывая врагов на своё копьё как мясо на шампур и поглощая их тела. Тела же тех, кого не задело копьё, но мимо которых пронёсся этот монстр, истощались, а сами они набрасывались на своих товарищей пытаясь утолить их плотью свой чудовищный голод.

Четвёртый всадник, пожинал души врагов, он двигался с невероятной скоростью, его коса рассекала врагов на части, оставляя за собой кровавый след.

Они сражались с невероятной яростью и решимостью, не зная усталости. Их кони были быстры и неутомимы, их оружие — смертоносно.

Инквизиторы им не уступали. Ни в силе, ни жестокости, ни в беспощадности. Они наравне с Грехами и Всадниками сражались в самой гуще боя, упиваясь устроенной резней.

Армия иномирцев, несмотря на численное превосходство, начала отступать под натиском рыцарей Греха и всадников Апокалипсиса. Враги дрожали от страха и отчаяния, не в силах противостоять мощи моих слуг.

Я стоял на вершине скалы, наблюдая за битвой, наслаждаясь бойней, устроенной рыцарями Греха и всадниками Апокалипсиса, она была прекрасна. Я достал из своего подпространства пианино и скрипку, создал двух своих клонов, разделив своё сознание. И вот, над полем боя раздалась прекрасная, но в тоже время ужасная мелодия. От которой в ужасе содрогнулись все. Грехи и всадники знали эту мелодию, но инквизиторы даже не подозревали что это такое, они боялись на уровне инстинкта. Это была моя пятая соната... «Ода Смерти».

– Жнец, — обратился я к четвёртому всаднику, — собери души павших и передай их мне.

– Слушаюсь и повинуюсь, о ужасный Владыка.
– донёсся до меня его загробный голос.

Я почувствовал скорое пришествие иномирных богов, и решил их встретить как подобает Богу Смерти.

Глава 13. Правители мира

Российская империя.

В императорском дворце.

Роскошный императорский зал военного совета был воплощением величия и утончённости. Высокие потолки, украшенные изысканной резьбой и позолотой, создавали ощущение простора и благородства. Стены, обшитые панелями из ценных пород дерева, придавали интерьеру особую атмосферу.

В центре зала располагался массивный стол для заседаний, окружённый креслами с высокими спинками. Во главе стола сидел император. Мебель была изготовлена из дорогих пород дерева и украшена тонкой резьбой. На стенах висели картины и гобелены, изображающие сцены из истории империи. На полу лежал мягкий ковёр, приглушающий шаги. На окнах висели тяжёлые бархатные шторы, защищающие от яркого света.

Однако среди привычной роскоши зала можно было заметить несколько необычных деталей. На стенах были развешаны экраны, на которых транслировалась сцена жесточайшей битвы. Хотя, скорее уж бойни. Члены совета молча наблюдали за происходящим на поле боя, ведь происходящее невозможно было описать словами.

Высокие потолки были украшены изысканной резьбой и позолотой. Потолочная лепнина изображала сцены из истории империи, богов и героев. Позолоченные элементы добавляли залу блеска и торжественности.

Стены были обшиты панелями из ценных пород дерева, таких как дуб, красное дерево и эбеновое дерево. На стенах висели картины и гобелены, изображающие сцены из истории империи, богов и героев.

Массивный стол для заседаний был изготовлен из тёмного дерева, вероятно, из дуба или тика. Он был украшен тонкой резьбой и позолотой. Вокруг стола стояли кресла с высокими спинками, обитые бархатом или кожей. Кресла были украшены резьбой и позолотой и имели удобные подлокотники.

На полу лежал мягкий ковёр, приглушающий шаги. На окнах висели тяжёлые бархатные шторы, защищающие от солнечного света, чтобы ничего не отвлекало заседающих.

Императорский зал военного совета был местом, где принимались важные решения, определяющие судьбу империи. Но сейчас в нём царила тяжёлая атмосфера безысходности. Первым нарушил многочасовое молчание правитель империи.

– Ну что, господа, какие решения будем принимать?
– спросил Алексей Михайлович.
– Ситису нужно помочь, но он и сам прекрасно справляется с обычными солдатами.

– Какая помощь?
– воскликнул Степан Викторович, вскочив со своего места.
– Вы видели? Видели же? Из каких-то порталов вышли Семь Смертных Грехов и Четыре Всадника Апокалипсиса! Вы же знаете это пророчество из священных текстов! Там сейчас начинается Рагнарёк!

Он трясущимися руками полез в карман, вытащил пузырёк успокоительного, которым пользовался даже император, и залпом опрокинул содержимое в себя и тяжело дыша, откинулся на спинку кресла.

Кстати, среди собравшихся можно выделить нескольких наиболее влиятельных фигур. По правую руку от императора сидит Степан Викторович Суворов, военачальник, облачённый в артефакторные доспехи. А по левую руку сидел Иван Сергеевич Волков, мудрый советник, к мнению которого всегда прислушивался Алексей Михайлович. Обычно его лицо выражало спокойствие и уверенность, но сейчас он был в панике и вообще не знал, что делать в данной ситуации. В принципе, как и все остальные.

– Ваше Величество, может, просто приведём туда нашу армию?
– Николай Дмитриевич Громов высказал первое, что пришло в голову. Он был главой министерства внутренних дел.
– Вы же договорились с другими правителями сразу привести войска к месту разрыва.

– Николай Дмитриевич, зачем вести наших солдат на убой?
– Возразил ему Михаил Павлович Крылов, глава тайной канцелярии.
– Там сражаются такие силы, что простым смертным там делать нечего.

– Хо-хо-хо, а у иномирных магов интересные заклинания.
– Поглаживая свою бороду, прокаркал Константин Ильич Соколов, архимаг империи и директор магической академии, в которой обучались только самые одарённые юноши и девушки.

На вид это был дряхлый старец, а на деле — одно из мощнейших оружий империи, сильнейший маг-стихийник. Хотя все знали, что до Владыки Разрушения, Гранд Инквизитора Корочуна, ему как до Китая на карачках. Хотя, ясен пень, как безоблачный день, ему такое в глаза никто не скажет, а то сгорит дотла или навечно в ледяную статую превратится.

– И что вы предлагаете, Константин Ильич?
– Язвительно ухмыльнувшись, спросил у него Михаил Павлович.
– Не уж-то вы решили туда лично отправиться и захватить парочку иномирных магов?