Чтение онлайн

Внутри зеркала Этьен открыл дверь в крошечную комнату, в которой стояли две двухъярусные кровати. Дети от восьми до четырнадцати свисали сверху или окружали кровать. Самая маленькая девочка, Камилла, вцепилась в розового плюшевого слоника и шептала что-то сестре.

– Прекрасная семья, - сказала Мэгги, и Дэниел увидел, как его покойная жена улыбается детям.
– Я люблю детей. Чужих детей. Просто никогда не хотела своих.

– Я хотел, - вздохнув, ответил Дэниел.
– Очень. Мне нравится мысль о том, чтобы заботиться об этих маленьких человечках, который не могут позаботиться о себе.

– Ты всегда так хорошо заботился обо мне. Однажды ты станешь прекрасным отцом. Я уверена.

– Если этот день вообще наступит...
– Дэниел наблюдал за сценой в зеркале. Этьен вошел и сказал, что Аня на телефоне. На лицах появились улыбки, но Камилла потянулась к телефону и вырвала его из рук Этьена.

– Аня?

– Привет, моя маленькая обезьянка, - сказала Аня и Камилла захихикала.
– Ты готова к встрече с Санта Клаусом?

Милое маленькое личико Камиллы помрачнело.

– Papa сказал, что он не придет в этом году.

– Не слушай Papa, - ответила Аня.
– Он в списке непослушных детей. Слушай меня. Санта придет ко всем вам. Он сам мне так сказал.

– Правда?

– Да. Санта провел кучу времени, покупая рождественские подарки в Нью-Йорке.

– Ты там живешь

– Живу. А теперь живу в большом доме в пригороде. Он очень красивый.
– Аня вытерла слезу со щеки. Дэниел слышал боль в ее голосе под вынужденной легкостью.

– Я могу приехать к тебе в гости?

Казалось, взгляд Ани дрогнул от этого вопроса.

– Сначала я приеду к вам. Я скучаю по тебе. По всем вам.

Камилла вздохнула тяжело и печально, слишком печально для такого маленького ребенка. Дэниел хотел взять маленькую девочку на руки, обнимать ее и рассказывать глупые истории, пока она снова не улыбнется.

– Я тоже по тебе скучаю. Здесь никто мне не поет.

Аня громко ахнула в притворном шоке.

– Даже Этьен? Он не поет тебе?

Камилла покачала головой.
– Говорит, что не может петь, иначе испортит Рождество для всех.

– На самом деле он прав, - ответила Аня, и Дэниел усмехнулся.
– Но я могу спеть тебе, если ты отправишься в кроватку и выключишь свет. Обещаешь?

– Обещаю, обещаю, - официально как судья, заверила Камилла, Она сказала Этьену, что Аня будет петь ей. Этьен взял трубку из ее рук и нажал кнопку громкой связи. Все дети еще ближе подошли к кровати. Камилла положила голову на подушку и притянула розового слоника, держа его за пушистую ногу.

Аня прочистила горло и закрыла глаза. Спокойным голосом, одновременно мелодичным и трепетным она начала петь старую песню на своем родном языке.

– "Христос родился", - сказали ангелы бедным пастухам, находившимся в поле...

Горло Дэниела сжалось от звука сладкого голоса Ани. Он редко слышал ее пение, и никогда такое, успокаивающее ребенка в Сочельник.

Все сестры и братья Ани внимательно слушали слова. До припева, когда две старшие девочки, Эйми и Николь начали подпевать.

– Родился, родился, родился, родился,

Родился Царь Израильский!

– У нее прекрасный голос, - сказала Мэгги почти шепотом.

– И прекрасное сердце...
– Дэниел встал. Ему было физически больно не прикасаться к Ане, он хотел успокоить ее. Ее сердитый серый кот Леонард спал у ее ног, но не многое мог сделать, кроме как держать пальцы ее ног в тепле.

– У нее правда прекрасное сердце. И душа. И лицо, и тело, - подразнила Мэгги.
– Ты везунчик. Она сокровище. Но опять же, как и ты.

– Сейчас я себя таковым не чувствую.
– На самом деле, Дэниел был в ужасе. Из всех дней, именно в Рождество он поставил под сомнение свою любовь к Ане.

– Пойдем. Хочу еще кое-что показать тебе.
– Мэгги потянула его за руку, и Дэниел неохотно позволил ей себя увести. Он не хотел покидать Аню. Не сейчас. Никогда. Но так как он не мог помочь ей, не мог поговорить с ней, лучше было уйти, пока он не сможет снова помочь ей.

Мэгги увела его из гостевой комнаты и повела вниз в гостиную, к рождественской ели.

– Красивая ель. Она проделала отличную работу, украсив ее.
– Мэгги одобряющие кивнула.

– Она дизайнер. Ты бы видела одежду, которую он шьет для себя.

– Она пошила новый гардероб для своих сестер на Рождество.

Дэниел уставился на Мэгги.

– Что?
– спросила Мэгги.
– Я подсмотрела.

– Эта девушка меня иногда удивляет. Да кого я обманываю? Она удивляет меня постоянно.

Мэгги лишь улыбнулась ели. Она протянула руку и коснулась обезьянки из носков.

– Девушка по имени Элеанор подарила мне ее, - ответил Дэниел.
– Она...

– Ох, я точно знаю, кто такая Элеанор.
– Глаза Мэгги округлились.
– Я знаю ее даже лучше, чем ты. Поблагодари ангела-хранителя что ты в конечном итоге не остался с ней.

– Ну, я знаю, что она тоже не хочет детей.

– Клянусь, это последнее, о чем тебе стоит волноваться. Ее будущее...
– Мэгги втянула воздух сквозь зубы.
– Можно сказать... интересное. Но больше ничего не скажу. Не буду портить тебе сюрприз. Мое время почти истекло. А тебе нужно еще кое-что показать.

Сердце Дэниела сжалось от слова "истекло". Он не был готов снова отпускать ее. Не сейчас. Никогда.

– Что же?

– Ничего особенного, - ответила она с лукавой улыбкой.
– Только это.

Мэгги махнула рукой, и гостиная снова взорвалась светом и звуками. Дэниел услышал смех и музыку. Голоса повсюду говорили на французском и английском. Развернувшись, он увидел комнату полную детей и подростков, заворачивающих и разворачивающих подарки. И в центре всего этого стояла Аня красивая, покрасневшая и уставшая.