Рождественская страсть
Шрифт:
— Они все поднимаются по одному и тому же склону, — сказал улыбающийся лыжный инструктор из автобуса, когда я изо всех сил старался прочитать карту на боковой стороне станции. — Это детская гора, и я собираюсь преподать урок начинающим. Поехали со мной. Ты выглядишь так, как будто сейчас наложишь в штаны.
Я был готов сделать это. Но не из-за того, с чем он мог бы мне помочь.
— Спасибо, — сказал я, следуя к канатным дорогам за блондином со снежным загаром.
Мы почти не разговаривали, пока поднимались на гору, для этого было слишком ветрено. Но как только мы спрыгнули, что было не так уж плохо, как я думал, он показал мне и еще десятку других, как стартовать, останавливаться и поворачивать. Он называл их тремя «с» (Примечание переводчика: имеется ввиду англ. «start», «stop» и «steer»).
Это было не так уж сложно, на самом деле. Итак, с преувеличенным чувством превосходства я оттолкнулся, чтобы скатиться вниз по склону. Это не так сложно. Я поворачивал бедрами, чтобы контролировать направление, которое в свою очередь контролировало мою скорость. Я неплохо справлялся. Примерно на полпути вниз я перестал так сильно думать и начал наслаждаться поездкой, ветер хлестал меня по лицу, ясное голубое небо над облаками. Затем, слева от меня, я увидел ее. Женщину в ярко-розовом. Если она была здесь, то значит…
Я вытянул шею, пытаясь разглядеть что-нибудь позади себя, не была ли она со своей подругой. Я не мог сказать этого. Я ехал слишком быстро, чтобы разглядеть что-нибудь кроме этого ужасного…
— Эй! Смотри вперед! Ты едешь слишком быстро! Ты сейчас…
Я резко повернул голову назад как раз вовремя, чтобы увидеть, как натыкаюсь на женщину в кремовом. Мы скатились с холма на несколько сотен футов, я инстинктивно прижал ее к себе, чтобы она не упала и не создала два препятствия вместо одного. Когда мы, наконец, остановились, я потерял обе лыжи, она потеряла свою шапку, и я приземлился прямо на нее, глядя в ее красивые серые глаза.
Глава 7
Серена
Я смотрела в его пронзительные голубые глаза, удивляясь, почему я не злюсь. Он мог убить меня. Но когда я лежала, зажатая между ним и горным склоном, все, о чем я могла думать, было то, как приятно было его лицо.
— С тобой все в порядке? — спросила я, поскольку человек, который налетел на меня, не сделал никаких намеков на то, что собирается слезть с меня.
Как ни странно, меня это устраивало.
— Мне так жаль, — сказал он, слезая и помогая мне подняться. — Меня отвлекла та женщина в ярко-розовом костюме.
Я засмеялась и огляделась в поисках Тэмми, которая была в нескольких десятках футов от меня, ухмыляясь и показывая мне большие пальцы, как будто она сама спланировала столкновение.
— Ух ты, — сказал он, глядя на меня так, как на меня никогда раньше не смотрели. Способ, который вызвал румянец на моих щеках и давление между моих бедер. Это не было чисто сексуальным взглядом, у меня их было много. Это огибало грань между желанием и… самое близкое, о чем я могла думать, очарованием.
Он прервал зрительный контакт, взглянув вдаль.
— У вас чудесный смех, — тихо сказал он.
— Я… спасибо, — прошептала я, удивленная его комплиментом.
— Мне очень жаль, что я врезался в вас, мисс…?
— Серена, — выдохнула я.
Он улыбнулся, как будто мое имя ему понравилось.
— Пожалуйста, позволь мне загладить свою вину. Выпьем позже? — он снова улыбнулся, на этот раз во весь рот, и это была убийственная улыбка Иисуса, Марии и Иосифа. Я пошатнулась и потянулась к его предплечью, чтобы не упасть.
— Эй, эй. Ты уверена, что ты в порядке? Хочешь, я отвезу тебя в медпункт?
Я покраснела вдвойне от его беспокойства и от того, как сильно мое тело отреагировало на его обаятельную улыбку.
— Ерунда, я в полном порядке.
— Уверена? — он пристально посмотрел мне в глаза, и от этого жеста у меня перехватило дыхание.
Я кивнула, с трудом сглотнув комок напряжения и возбуждения в горле.
— Хорошо. А теперь о выпивке.
Я отрицательно покачала головой.
— У меня уже есть планы с леди в розовом.
— Ах. Значит, ужин, — это был не вопрос. Он не приглашал меня на ужин. Это было утверждение. — В восемь вечера. Дикий Голландец.
Я кивнула, и снова появилась та убийственная улыбка. Черт, я должна быть осторожна с ним.
Или, может быть, я бы не стала… может быть, я позволила бы себе быть захваченной какими бы то ни было феромонами, которые мистер Великолепный послал мне.
— Отлично. Кстати, меня зовут Джеффри.
О, черт, я была так глупа, что забыла спросить его чертово имя. Убирайся, убирайся, пока не выставила себя еще большей дурой!
— Ну, Джеффри, — как-то умудряюсь промурлыкать я. — Тогда увидимся в восемь, — я повернулась, нашла свою шапку и направилась к Тэмми, напрягая каждый мускул на шее, стараясь не оглядываться.
— О, милая! Он всю дорогу смотрел, как ты возвращаешься. Ммм, ммм, ммм, он аппетитный. Если бы я была моложе… Ну, скажем так, он смотрел на тебя так, как будто хотел…
— Тсссс! — я схватила ее за предплечье. — Немного приличия, пожалуйста! — прошептала я.
Тэмми поджала губы, но все же понизила голос от пронзительного возбуждения до театрального шепота.
— Давай вернемся к канатной дороге и охладим тебя. Ты знаешь, — сказала она, озорной взгляд распространился по ее лицу. — Ты достаточно хороша, чтобы мы, действительно, не были на этой детской горке. Хочешь подняться на следующий холм?
Я искоса взглянула на нее.
— Конечно. Ты, должно быть, совсем выбилась из сил после того падения. Давай вернемся в хижину и возьмем напитки, — в глазах Тэмми светилось озорство, когда она насмехалась надо мной.
— Прекрати это. Ты прекрасно знаешь, что я останусь здесь, и ты точно знаешь, почему.
— Надеешься снова столкнуться с мистером Высоким, Сексуальным и Горячим?
— Я не буду ни подтверждать, ни опровергать это утверждение.
Мы катались на лыжах еще несколько часов. Тэмми была на удивление хороша, и мне быстро вспомнились все мои уроки и праздники. Когда мы были полностью истощены, но только немного охлаждены, мы вернулись в хижину для напитков.
— Серена! У тебя были секреты! — сказала Тэмми, когда я впустила ее в свой номер. Она огляделась вокруг, оценивая экстравагантность, и одобрительно кивнула. — Милая, здесь лучше, чем в моем номере.
Я усмехнулась. Я уже собиралась объяснить, что комната была подарком, но совершенно другие слова слетели с моих губ.
— Я английская наследница.
— И что ты имеешь в виду под «наследницей»?
Я вздохнула. Тэмми была быстра.
— Я имею в виду, что у меня есть титул. Я принадлежу к аристократии, хотя и не желаю этого.