Рождественские и новогодние истории
Шрифт:
– Не видала я никогда чтобы такое зимой было! Где ты взял это, дедушка?
Расхохотался Дед Мороз, и посыпался мелкий снежок от его смеха.
– Заготавливают на зиму звери лесные с лета, с осени. Замораживаю я потом их, а потом тают они от тепла. Вот откуда у меня лето на столе.
– Расскажи мне о лете и осени, я ведь про весну уже все знаю…
Услышал Дед Мороз печаль в голосе Снегурочки и понял все. И рассказал Дед Мороз о жарком лете Снегурочке и о дождливой осени, но хвалил только одну зиму, и ничего хорошего кроме плодов девочка не нашла в этих временах года. Умолчал он о всех радостях этого времени, потому как боялся, что Снегурочка еще быстрее захочет стать человеком, и эта мысль ее совсем не отпустит. Решил он показать ей все красоты зимы, чтобы расхотелось ей становиться человеком, и добавляли белки, которые прислуживали им за столом, пока смотрела она во все глаза на Деда Мороза и слушала его истории в ее еду снежные комочки, от которых забывала Снегурочка человеческую жизнь и начала думать, что и совсем не видела она людей, только снежную эту жизнь и зверей лесных.
Спала она на снежной перине, и каждый день ела пряники сахарные, играла со зверями и разговаривала с девицами-снежинками, и прошло так несколько дней, и совсем забыла обо всем Снегурочка. Казалось ей, что здесь она всегда жила, и Дед Мороз – ее дедушка родимый. Не хотел ничего плохого Дед Мороз, только он мечтал о такой маленькой внучке, и очень хотел чтобы она осталась в его снежном царстве. В то время как ее названый батюшка тоже ел и спал в маленьком домике, и ему подкладывали снежных комочков в еду, чтобы забыл он о своей снежной девочке, о Снегурочке. Встал старик однажды с утра, вышел из дома умыться, увидел он свои сани с лошадью, груженные дровами и удивился тому, что до сих пор не едет он домой.
– Поеду к бабке. Заждалась она меня поди. Пока я тут со зверями лесными да… – не смог он вспомнить Деда Мороза. Оглянулся, смотрит: и Лиса не в платье, и дорожку не метет, и дворца ледяного как не бывало. Надел он шапку, запахнул тулуп и подумал, что задремал в дороге, и все это приснилось ему. И поехал старик домой, а Снегурочка в это время играла с белками и не знала, что ее названый батюшка уехал, оставил ее в снежном царстве.
И все бы так и осталось, если бы старухе тоже подложили снежные комочки. Но не успела лиса ему снеди с собой дать, уехал старик, пока она в доме возилась. Ох, и достанется ей от Деда Мороза! А еще отчество Патрикеевна носит!
Но что поделаешь, пошла она, повинилась Деду Морозу, поплакалась, что старик, мол, виноват, быстро – раз, и в сани, оставил ее с пустыми лапами… Нахмурил брови Дед Мороз, поднялась во Дворце буря, задрожал у Лисы хвост. А в это время мимо Снегурочка проходила. Увидела Лису, кинулась к Морозу:
– Дедушка! Что случилось? Бедная лисичка!
– Бедная, бедная, – тихо подтвердила Патрикеевна, выдавливая скупую слезу.
Утихла буря, улетучилась вьюга, перестала дрожать Лиса.
– Провинилась вот. – сказал Дед Мороз, и больше ничего не добавил. А что тут добавишь? Снегурочка не должна была ничего узнать.
– Прости ее, дедушка. – попросила Снегурочка. – Все ж жалко ее.
Удивилась Лиса – у снежной девочки словно теплое сердце! Но не сказала ничего.
– Иди! Ради внучки, Снегурочки, прощаю на сей раз.
Пятки у Лисы сверкнули, кончик хвоста только и видели.
– Поручения разные я даю им, – объяснил произошедшее Дед Мороз. – Не всегда так как надо выполняют. Или вовсе… не выполняют. – нахмурился снова он.
Этот ответ Снегурочку успокоил, и не стала она расспрашивать его больше ни о чем, а Дед Мороз крепко задумался. Научил его этот случай, что надо ему быть осторожнее. А то придется все рассказать Снегурочке. Только после того, как он расскажет, убежит она из его Дворца и никогда не вернется больше.
Воротился старик ко старухе, а она странные вопросы задает, мол где пропадал целый месяц, где Снегурочка?
Почесал старик в затылке. Не было его всего денька три, а старуха за месяц выспрашивает.
– Какая-такая Снегурочка? Совсем в лесу ум потерял? – ругала старуха мужа. – Доченька наша. Где ты ее оставил?
Почесал только старик голову в шапке: не помнит он никакой Снегурочки, хоть бей!
От деда так ничего она и не добилась. Поплакала старуха о потере дочки, но делать нечего, надо жить дальше. А старик жил-жил в их домике, и начал потихоньку вспоминать. Вот и тяжело ему воду носить, а спина вроде последнее время совсем не болела. Вот и старуха не может опять нитку в ушко иголки вдеть, а только недавно ему штаны заштопала, вот и заплатка стоит. А вон веретенко у окошка, на нем пряжи половина намотана, наполовину изделие сделано, словно остановилась работа внезапно. Нет, тут что-то не так, смекнул старик. Но вспомнить никак не мог. И вот пришел он к жене и решил все у ней выспросить.
– А скажи мне, душа моя, что ты говорила, как я приехал? Что за Снегура такая? Понимаешь, побывал я в лесу и все забыл. Как рукой сняло. Да и что ты твердишь мне про целый месяц, когда меня три дня не было?
– Не Снегура, а Снегурочка… – поправила его старуха. – Не знаю, что там в лесу произошло, только не мог ты забыть свою доченьку. Да и как есть месяц. Думала, совсем пропали вы, может звери лесные съели, может к людям злым в руки попали. Уже оплакивала я вас…
И рассказала старуха обо всем мужу, напомнила, кто такая Снегурочка, откуда появилась она, как им помогала, как уехали они в лес, как вернулся он один, все забыл, сколько времени прошло. Говорит бабка, а в глазах у нее слезы стоят. Не мог больше мучить ее старик неверием своим, и сказал:
– Сколько живем мы с тобой, ни разу не врали друг другу, такое и обещание на нашей свадебке дали. Поеду обратно в лес искать Снегурочку, коли так.
Хотела и старуха с ним поехать, чтобы он опять чего не забыл, да не пропал, но наказал старик ей дома сидеть, что если беда какая приключится, чтобы была она в безопасности дома. И на случай, если Снегурочка вернется. Смирилась старуха, послушалась мужа. Собрал старик снеди, снарядил сани, лошадь, и снова поехал в лес знакомой дорогой. Искать свою доченьку, Снегурочку.
Где-то она сейчас?
Гуляла однажды Снегурочка в зимнем саду Деда Мороза, где цветы растут снежные, розы белые круглый год, птицы поют ледяные, совсем как настоящие, и услышала неожиданно как ее зовет по имени кто-то:
– Снегурочка! Снегурочка!
Глядь туда – нет никого. Глядь сюда – никого. Пожала плечами девочка, обернулась и увидела перед собой молодца: иней на волосах на ресницах застыл, щеки припорошены снегом, в глазах голубые льдинки блестят.
Могла бы – залилась румянцем Снегурочка, но не была она человеком, не было у нее теплого сердца. Только что-то кольнуло внутри, словно осколок сосульки в ее снежное сердце попал.
– Кто вы? – спросила она.
– Друг я твой. Единственный здесь. Ледяным Иваном кличут. Поверь мне как другу своему: нельзя оставаться тебе здесь. Ты хоть и снежная девица, а все ж родители твои остались за снежным царством, слезы проливают по тебе горючие.
– Ах, какие родители? – удивилась Снегурочка. – Из родных только дедушка у меня – Дедушка Мороз.
– Неправда это. Тебе в еду кладут снежные комочки, чтобы ты забыла обо всем, вот ты и забыла… Не…
Услышали они как кто-то ступает по снегу, хрустит снег под ногами.
– Не ешь ничего белого, а то и это забудешь. Помни, я друг единственный твой здесь!
Не успел больше ничего сказать Ледяной Глеб, появилась девица-снежинка, позвала Снегурочку кружево снежное учиться ткать. Пошла с ней девочка, обернулась: нет никого, только две голубых льдинки между еловых веток блестят.
А позже они трапезничать сели с Дедом Морозом, и белки опять прислуживали им, веселили во время еды. Вспомнились Снегурочке слова молодца, хотела съесть она свои любимые пряники сахарные снежные, но не притронулась к ним, ела орехи лесные, пила сбитень из ягод. Заметил это Дед Мороз, все он подмечал, глаз у него был зоркий, и спросил он свою внученьку: