Чтение онлайн

Правда, я тут же отбросила эти мысли прочь, справедливо полагая, что Лунтьеру Брандту, как инквизиционному представителю иностранной делегации, будут поручены серьезные дела в эльфийской империи, и крутиться он там будет в высших эшелонах власти, его наверняка подселят ближе к императору, я такой чести точно удостоена не буду. Меня оставят где-нибудь в эльфийском приграничье, скорее всего, и я проведу всё время командировки, шатаясь по улочкам и фиксируя всё, что может показаться интересным редакции. Мы совершенно точно ни разу не пересечемся с этим аристократом.

– Что именно по информации из Геросса мне нужно будет предоставить вам по итогу поездки? На что акцентировать внимание?

– На всё! – с готовностью выпалил Саймон. – Всё, что ты сможешь увидеть, подслушать, разузнать… Еще мне очень интересны твои заметки очевидца об их обычаях, праздничных традициях… У них Рождество на носу, ты же знаешь, что эльфы отмечают его по старому календарю, в день летнего солнцестояния? Ну вот, а в Искандере еще не было репортёра, который лично побывал бы там в этот промежуток времени, чтобы запечатлеть эти события. Геросский император вообще лишь раз в год выдает аккредитацию какому-то одному журналисту, выбранному из разных стран путем жеребьёвки, там чужаков не любят и впускают в свои края весьма неохотно. В этом году жребий аккредитации журналистов выпал на Искандер, я все локти искусал себе, когда несколько месяцев назад узнал, что аккредитация досталась не мне, а этому прохвосту Робинсону, а тут – такое счастье мне само в руки идет!

Я хмыкнула, наблюдая за тем, как Саймон наливает себе из графина целый стакан воды и выпивает его залпом. Да уж, кому-то горе, а кому-то – счастье на чужом горе… Ох уж этот странный нелогичный мир.

Чего это Саймон так ведет себя, интересно? Дерганый какой-то, в жар бросает. Это от нервного возбуждения, или что-то еще?

– Как ваше самочувствие, мистер Рошфор? – на всякий случай спросила я.

– Простудился, кажется, лихорадит немножко, ничего страшного, это сейчас неважно, – отмахнулся он и продолжил вдохновенно вещать. – Штольценберг, дорогая моя, я ж знаю, как ты умеешь вынюхивать всю самую важную и интересную информацию, принеси мне из Геросса какую-нибудь сенсацию, а? Я уверен абсолютно, что только ты справишься с этой задачей на все триста процентов, только ты способна залезть туда, куда других даже близко не пустят!

– Сделаю всё в лучшем виде, – ослепительно улыбнулась я. – Когда я должна быть готова?

– Завтра утром ты уже должна быть в Героссе, но отправиться в приграничье нужно сегодня, тебя доставят туда порталом, сегодня оформят все документы, а завтра утром проведут к таможне. Я ж потому и нервничал, что ты на связь не выходила, а мне нужно было сегодня отправить какого-то своего сотрудника, – Саймон придвинул ко мне бумаги со всеми подписанными пропусками и ткнул в строчку адреса. – Вот сюда надо явиться в указанное время, чтобы тебя провели порталом в распределительный пункт где-то в эльфийском приграничье. Там тебя встретит некий куратор, который будет, ну-у-у, своего рода твоим напарником в этой поездке. Он тебя проведет в сам Геросс, ну и будет везде сопровождать.

– А куратор кто? Неизвестно? – уточнила я, с жадным интересом изучая врученные мне бумаги.

Голова кругом шла от открывшихся перспектив!

Ух-х-х, уж я-то разгуляюсь в эльфийской империи так, что вернусь с целой тонной исписанных блокнотов и заполненных артефактов, кажется.

Рошфор пожал плечами.

– Понятия не имею. Да наверное какого-нибудь местного эльфа к тебе приставят, который будет переводчиком работать. А то героссцы многие на международном языке толком не говорят, считают это выше своего достоинства, – Рошфор возвел глаза к потолку, всем своим видом показывая, что он обо всем этом думает.

– А, да? Ну, тогда с подслушиванием и выискиванием чего-нибудь интересного будут некоторые проблемы, – нахмурилась я.

Как-то не задумалась раньше, что эльфы в основном на эльфийском говорят, и международный действительно не все знают. Ну, продвинутая молодежь, наверное, больше знает, а вот всякие важные шишки – вряд ли. Артефакт-переводчик какой-нибудь приобрести, что ли… Хотя они работают неидеально и стоят слишком дорого, но можно попытаться хоть что-то использовать, ради такого дела-то.

Но Саймона это, кажется, нисколько не смущало.

– Уверен, ты прекрасно справишься с поставленной задачей. Мне ж не нужны их политические тайны какие-нибудь, мне нужны яркие события, что-нибудь эдакое местное, что будет диковинкой для наших земель… Уверен, ты сможешь найти такое, вне зависимости от того, в какой стране и на каком языке будешь общаться. Все-таки Геросс – это прям другой континент, и такая закрытая империя, с флёром тайн и мифов… Тебе точно найдется, что поведать нам про эльфов. И не только нам, но и всему миру! – глаза Рошфора загорелись прям фанатичным огоньком человека, который уже нарисовал себе воздушные замки грядущего триумфа.

Я усмехнулась и покачала головой, но промолчала и углубилась в изучение пригласительного листа.

Пока Саймон подписывал для меня сопроводительные бумаги, я изучала аккредитационный лист и думала вот о чем…

– А в чем подвох, собственно? – спросила я. – Почему вы именно меня выбрали в качестве аккредитованного журналиста? Нет, я отправлюсь в эту поездку и сделаю всё в лучшем виде, не сомневайтесь в этом, но как-то всё слишком уж ажурно звучит. Извините, но я не верю, что вы решили отправить меня в Геросс просто по той причине, что я хороший репортёр. Если сложить воедино всю имеющуюся у меня информацию… У меня скорее возникло ощущение, что желающих быть аккредитованной в Геросс не так уж много. Или их вообще нет, за это место, очевидно, не бьются, хотя гонорар хороший, условия отличные, и за это лакомое место стоит побороться вроде как. Но никто не борется, и вообще сам не выказывает желания воспользоваться уникальным предложением и посетить закрытые эльфийские земли. Почему? Что не так с этим Героссом, что отпугивает претендентов на аккредитацию? Раз даже Робинсон вынужден был обратиться к вам, потому что в его конторе не нашлось ни одного желающего. Простите, мистер Рошфор, вы можете сколько угодно развешивать мне на уши красивую лапшу о том, что просто всё так чудесно сложилось, и ваш якобы друг Робинсон просто по доброте душевной решил передать вам аккредитационный лист, но мы ж с вами оба понимаем, что вы ко мне обратились как к спасательному кругу. Как к человеку, которому вроде как нечего терять, и он рискнет отправиться в эту командировку, несмотря на предстоящие трудности. Хорошо, это действительно так, но в чем подвох-то? Какие трудности меня ожидают?

Саймон не ответил, и я перевела на него недоуменный взгляд.

Рошфор явно меня не слышал, взгляд его подозрительно расфокусировался, и он зачем-то шлепал ладонями по столу. Он смотрел в одну точку перед собой, и я напряглась, когда заметила, как с уголка рта начальника стекает слюна. Хорошо так стекает, аж свисая с подбородка, я резко подалась вперед, чтобы отодвинуть все важные документы в сторону.

– Мистер Рошфор? – неуверенно произнесла я. – Вы в порядке?

Он не ответил мне, продолжая странно шлепать руками по столу… Как дитя малое, ей-богу.

От нехорошего предположения у меня волосы на затылке встали дыбом.

– Мистер Рошфор? Вы меня слышите? – предприняла я еще одну попытку достучаться до начальника.

– Агу-у-у!

После этого душераздирающего заявления он поднял ногу, притягивая к себе ступню руками, куснул собственный ботинок и начал грызть и слюнявить его, как часто делают совсем маленькие детки до года, запихивав себе в рот большой палец ноги. Вдобавок ко всему, Рошфор начал раскачиваться на своем кресле, но потерял равновесие, упал на спину и разразился оглушительным плачем, суча руками и ногами в воздухе, будто малыш, который не мог подняться.

Я в ужасе схватилась за голову.

Вашу ж мать…

Глава 13. Конфеты с подвохом

[примерно в это же время; особняк Лунтьера Брандта]

[Лунтьер]

Защелкнул застежки на чемодане и выставил его на террасу, чтобы завтра отправиться в Геросс. Сборы были окончены, и я уже предвкушал поездку, тем более что в этот раз она была совмещена с местными рождественскими праздниками, и я планировал провести это время максимально ярко и интересно. С фанфарами и фейерверками, так сказать!