Чтение онлайн

Во вторник у меня собеседование весь день. И, если все пройдет хорошо, в среду будет второй тур интервью.

Кингстону не нравится идея завести ребенка без отца, но я хотела бы знать все свои варианты. В идеале, мне хотелось бы встретить парня и влюбиться. Но, если из этого ничего не получится, я могла бы усыновить или просто забеременеть.

— У тебя все получится, Ли, кому нужен чертом Хит Миллер? — проворчала я, затаскивая сумки в гостиную.

— Надеюсь, что так, — ответил он.

Он стоял у двери собственной персоной. На нем была зимняя одежда.

Нужно начинать запирать двери.

И куда он собрался?

— Что ты здесь делаешь?

— Надвигается шторм. Уже снег идет. Но, если выехать сейчас, то можем приехать на Манхеттен до того, как закроют дороги.

— Мы? — скрестив руки на груди, я вызывающе посмотрела на него. — Ты со мной не поедешь.

— Ли, ты водишь, как профессионал. Однако надвигается большая буря. Дороги будут в плохом состоянии, и ни твой отец, ни я не сможем сидеть спокойно, пока ты одна в пути.

Он использовал запрещенный прием. Мой отец и метель. Мама погибла при подобных обстоятельствах. Мне было всего лишь три месяца. Я могла бы и поспорить с ним, но сейчас разговор был не обо мне, и не о нем. А об отце.

— Хорошо, — промычала я.

Кивнув, он прошел мимо, хватая сумки.

— Загружу их в машину. Пошли.

Но, когда я уже собиралась выйти из дома, я вспомнила о своей девочке.

— Стой, а как же Кэсси?

— Твой отец уже приехал ко мне. Он присмотрит за ней на этой неделе, — ободряюще проговорил он. — Все под контролем. А мы уедем из города на неделю, насладимся Нью-Йорком, а Кентбери останется все тем же.

— Это не отпуск, Миллер, — предупредила я.

Он наградил меня легкой ухмылкой и качнул головой.

— Увидим.

Я зарычала. Он так выбешивал!

Дороги к тому времени, как мы пересекли границу штатов Вермонт и Массачусетс, уже были завалены снегом. Большинство машин медленно плелись в потоке. Но не мы. Хит Миллер не верил в идущий во время бури снег. Мы не задерживались рядом с водителями, которые сомневались, потому что именно такие и становились причинами аварий.

Для меня было некомфортно сидеть рядом, пока он вел машину, ведь сидеть мне приходилось тихо. И тишина медленно убивала меня. У него было одно правило. Мы не разговаривали, когда он вел машину во время бури. Его это отвлекало. Понимая, что нам предстоит проехать еще три или четыре часа, я закрыла глаза, надеясь проспать оставшуюся дорогу. Но это было практически невозможно. Когда мы приехали в Хартворд, Хит разбудил меня тирадой «чертов ублюдок, убирайся с дороги!».

— Мило, — пробормотала я. — И тебе с добрым утром.

— Прости, я пытался сдерживаться, но эти придурки просто действуют мне на нервы.

Не стоит и упоминать, что следующую сотню миль мы еле ползли. Застряли в пробке. И правило не разговаривать обещало растянуться до самого Манхеттена. Было двадцать минут второго, когда мы наконец-то подъехали к отелю Амбассадор. Он был новый, популярный, и я не была уверена, как чувствовала себя, находясь тут, но это точно было волнительно. У меня осталось менее двух часов на обед и на поиски парикмахерской, чтобы уложить волосы.

Если мне повезет, то я смогу перенести поход на маникюр на время после визита в клинику планирования семьи. Если же нет… я посмотрела на свои неровные неухоженные ногти. Тогда придется самой привести их в порядок, используя кусачки и бесцветный лак, который лежал в дорожной сумке.

— Ты где остановишься? — спросила я Хита.

— Надеюсь, у них найдется еще один номер рядом с твоим, — ответил он, передавая сумки носильщику. — Я сделал такой запрос, когда бронировал.

— Так ты все это спланировал?

— Я бы назвал это импровизацией, — поправил он и взял талон у парковщика. — Осторожнее, я знаю каждый миллиметр своей машины, Фрей.

Глаза парнишки расширились, когда Хит произнес его имя. Забавно наблюдать за реакцией людей, когда он разговаривал с ними как со старыми приятелями. Многие люди в сфере обслуживания забывают, что у них вообще есть имя.

— Убедись, что не поцарапаешь ее, и в конце неделе обещаю тебе хорошие чаевые, — предупредил он самым дружелюбным тоном, на который только был способен.

Хит очень бережно относится к своим машинам. Бог запрещает кому-то смотреть на его Порш Каррера. Этот агрегат того же возраста, что и мой отец, но, по словам Хита, это настоящее сокровище.

Я посмотрела на парнишку, одарившего Хита презрительным взглядом.

— Серьезно, не поцарапай машину, — повторил Хит. — Они должны учиться быть осторожными с чужими вещами. К тому же, я мог бы взять его на работу в мастерской.

Я одарила его яростным взглядом и направилась ко входу. Он последовал за мной.

— Спасибо, что подвез меня, хотя это и не было необходимо. Уверена, папа оценит этот жест, — выпалила я, как только мы вошли в отель.

Перед нами стояла большая рождественская елка, которая напомнила, что на следующей неделе и мы планировали поставить елку. В последний раз я проведу праздники с Миллерами. Папа будет приезжать из Вермонта, чтобы провести рождество со мной. Не уверена, что Бишоп будет приезжать с ним. Кингстону вообще эта идея не понравится.

Сейчас прибыльный сезон, зачем он будет тратить время и праздновать что-то, основанное на коммерческой выгоде? Нам просто повезло, что живет он неподалеку и ему требуется всего несколько часов, чтобы приехать к нам. Он — собирательный образ между мистером Скруджем и Гринчем. Иногда он может быть таким непонятливым, холодным и бессердечным.

— Ты мне не расскажешь, почему с субботы я нахожусь в твоем списке ненависти?

— У меня нет такого списка, но, если бы и был, ты должен был бы знать, почему туда попал, — сказала я и добавила. — Надеюсь, у тебя есть планы на неделю. Я буду слишком занята, чтобы проводить с тобой время.

Ну правда, как мне искать подходящих для свидания парней, если этот все время будет за мной таскаться? Я еще раз проверила телефон, убедившись, что мой профиль появился в Тиндере. Вчера вечером Бишоп помог мне завести аккаунт.

Подойдя к стойке рецепции, служащий попросил у меня кредитку. Отель покрывал расходы только за две ночи из пяти. Хит протянул клерку свою карту.

— Запишите все на мой счет.

Я была рада, что никто в Кентбери не узнает, что Хит Миллер платил за мой номер. Я зарычала. Они же уже знают, что мы вместе с Хитом сейчас в Нью-Йорке, верно?

— Что не так? — спросил он, когда мы подходили к лифту.

— Все в Кентбери знают, что мы сейчас в Нью-Йорке, — промычала я. — Я даже могу слышать голос миссис Боуман: «Кэсси милая, но я рада, что вы провели время вдвоем, дорогуша».