Чтение онлайн

— Не, ты посмотри, как он её за талию обнял. — цыкнула мама, говоря весьма раздраженно.

— Где Лера это платье взяла? Она в нем как принцесса. — проговорила восхищенно Милена.

— Кхэм, он ей его и подарил. — сдавлено проговорил Олег. — Я так раньше делал.

— Ты в нашей компании вообще Казанова со стажем. — Катя подколола Олега.

— Ну, ничего, он завязал. — довольно угрожающим тоном проговорила Милена.

— Вашу личную жизнь обсудим как-нибудь в другой раз. — мама звучала крайне напугано. — Если Кирилл об этом узнает, он же полетит в Европу разбираться. Андрей ясно дал понять, чтобы Кирилл не вмешивался в жизнь Леры, иначе будут проблемы.

— А что папа конкретно сказал? — уточнила Милена. — Насколько я знаю, он очень рад, что у Леры все так удачно складывается.

— Он сказал, что поможет оформить развод в обход Кирилла, если Лера в ближайшие пару лет того захочет. — мама звучала как никогда мрачно.

— Так, пока Лера не надумала развестись, нам нужно помирить их с Кириллом. — оживил разговор Олег. — Какие есть идеи, дамы?

— План давно готов. — вступила Катя, словно настоящий заговорщик.

Сея компания не успела начать обсуждения, так как я распахнул двери кухни. Возникла тишина. Выражение того самого неприятного удивления отпечаталось на лицах мамы, Кати, Милены и Олега. Поначалу это смотрелось очень и очень забавно. В другой ситуации я бы даже сфоткал их фейсы на память. Эффектно я появился, ничего не скажешь. Я скрестил руки на груди и встал в проеме, ожидая объяснений. На экране ноутбука была фотография Леры с каким-то мужиком. Он обнимал Леру за талию. Лера, стоя в белоснежном шелковом платье, в момент съемки смеялась. В принципе я уже понял, что они собрались, чтобы показать мне «это», и вроде как у меня не должно быть никаких претензий, но нет. За секунд я побагровел от злости. В виски ударила ярость. Моя Зайка да с каким-то чужим мужиком. От ревности на секунду перехватило дыхание.

— Какого черта? — рыкнул я, тыкнув пальцем на ноутбук.

— А что ты сейчас-то злишься, сынок? — мама таким образом попыталась привести меня в чувства. — Раньше надо было думать, когда Лерушку из дома выгонял.

— И это, Кирилл, не измена, а всего лишь скромная попытка Леры найти свое счастье. Или ты думал, что в её жизни все всегда будет вертеться вокруг тебя? — Милена не хотела быть мягкой со мной и точно так же, повторяя за мной, указала пальцем на фотографию.

После этих слов я в момент остыл. Они, блин, правы. Мы не общались с Лерой уже почти четыре года. Я не знаю, как и чем она живет. У меня нету даже её адреса. Я много раз признавался себе в том, что я разрушил нашу семью своими словами и необдуманными поступками, только раньше мне не хватало смелости собраться и все вернуть назад. Я не верю, что Лера может быть счастлива с кем-то, кроме меня. По крайней мере я точно не могу. Буду ли я эгоистом, заявив, что весь смысл моей жизни ищет мне замену? По меньшей мере это обидно, но терпимо, учитывая, как все было. На данный момент мне хватает сил, чтобы взять и восстановить наш с Лерой разрушенный дом. Я молча сел во главе стола и, оперевшись на руки, серьезно сказал:

— Каков план?

Где-то на конференции в самом сердце Европы

Лера

Мое сердце бешено колотилось. Я жутко нервничала. Боже, помоги не не облажаться перед огромной толпой квалифицированных дипломатов. А это покажут по телеку? Если да, то мне страшно вдвойне. Когда я соглашалась на выступление, мне никто не сказал, что все настолько глобально. Сейчас в огромном зале около тысячи зрителей, включая волонтёров и прессу. Так, Лера, дыши. Пора выходить. На миг закрыв глаза, я прошептала:

— Мама, дай мне сил.

Не знаю, как это мне поможет, но я верю, что мама со мной. Она наблюдает. Лера, ты сама уже мама, а все туда же. Так, собрались. Вдох-выдох. Пошла. Меня уже объявили. Дальше все как в тумане. Если бы не трибуна, зал бы увидел мои трясущиеся ноги. Соберись! Давай. Ты сможешь. Поприветствовав зал, я начала говорить. О чем? О проблемах наших дней. Это был наполовину мой доклад. Я переделала его всего за сутки в самолете. Зачем? Мне не хотелось представлять того другого своего коллегу, который не смог поехать из-за болезни. Я поняла, что должна не сплагиатить человека, а внести что-то и от себя. Надеюсь, у меня получилось хорошо.

Меня фотографировали объективы десятков фотокамер. Сотни глаз с интересом разглядывали мое лицо. Обстановка давила. Я вспомнила тот день, когда Кирилл приволок меня на банкет в честь заключения контракта с канадцами и оставил одну. В тот день я почувствовала свою незначительность и серость по сравнению с приглашенными гостями. Это прошло через год. Я научилась держать себя на мероприятиях. Я раскрепостилась. Никогда бы не думала, что снова ощущать себя блеклой по сравнению с залом. Если света не достаточно, значит я научусь сиять еще ярче и начну прямо сейчас. Плечи расправлены. Спину прямо. Подбородок выше. Правильно, Лера, покажи чего ты стоишь.

Я окинула зал быстрым взглядом. Нет, не бегай испуганно глазами. Смотри на свою аудиторию так, будто беседуешь всего с одним человеком. Вложи в свои слова всю ту бурю эмоций, которая бушует в твоей груди. Сияй так ярко, как никогда раньше. Возможно, это видео увидит Шведов. Пусть он глубоко пожалеет, что обидел меня. Мы потеряны друг для друга навсегда. Я так решила. Кто знает, это новая глава в моей жизни? Да, определенно да. Еще минуту назад мне было некомфортно вещать на столь большую аудиторию. Сейчас я освоилась. Может быть, я уделяю слишком много внимания сегодняшнему дню, но мне кажется, что что-то изменилось. Я почувствовала, что нахожусь на своем месте. Ради этого непередаваемого ощущения я слишком много страдала, корпя без устали над учебниками. Должна была закончится одна моя маленькая жизнь, чтобы началась следующая, о которой я мечтала с первых дней учебы в МИДе.

Дело не в Шведове, папе или Ирине. Дело в моем окружении в целом. Выходя замуж, мне казалось, что отныне ничто и никто меня не удержит дома. На миг я даже была готова отказаться от своего будущего ради семьи и рождения ребенка. Стать домохозяйкой? Наседкой, которая высиживает дома птенцов? Сейчас я понимаю, что в один прекрасный день меня бы сломал такой образ жизни. В итоге прошлую Леру уничтожил Кирилл, но вместе с ней исчезли все барьеры, которые сдерживали меня. Я хотела быть свободной. Долгожданная свобода в моих руках. Я хотела заводить новые знакомства. Мой телефон переполнен контактами. Я хотела увидеть этот огромный мир. С каждой новой командировкой мой кругозор расширяется. С самого начала я хотела, чтобы весь мир узнал обо мне. Тем не менее, одновременно боялась, что меня и моего потенциала не хватит, чтобы воплотить мои мечты в жизнь. Хм, хватило.

А как же Соня? У меня есть дочь. Я говорю так, будто я совсем забыла о родном ребенке. Не забыла. Я пытаюсь сделать так, чтобы она росла счастливой. Это сложно с моими амбициями, поэтому я не самый лучший родитель. Не такая, как моя мама, которая бросила карьеру, семью и Лондон. Она оборвала все связи с Англией ради меня и моего отца. И как все обернулось? Мама умерла в расцвете лет. Мне даже не спросить у нее: не сожалела ли она о своем выборе. Вдруг, умирая, она поняла, что все это было зря? Я больше всего боюсь повторить мамину судьбу. Поэтому я пообещала себе прожить жизнь на полную катушку, чтобы не сожалеть никогда. Думаете, я не понимаю, что для Сони нужна норная, нормальная семья? Понимаю и пытаюсь дать своему ребенку теплый дом, какой был у меня до маминого ухода из этого мира.

Для своей дочери я пытаюсь быть не только мамой, но и другом, которому не страшно открыться. Я пытаюсь не перекладывать на ребенка все свои не сбывшиеся детские мечты. У нас дома свобода слова. Пусть Соня сама решает, хочется ли ей обливать комнату наклейками или нет. Безусловно её нужно контролировать, но каждый понимает слово «контроль» по-разному. Имея дружеские отношения, за ребенком легче приглядывать. Надеюсь, мы с можем избежать конфликта, который был у нас с отцом.

Мое выступление закончилось. Зал зааплодировал мне. Только сейчас я заметила камеры. Кажется, я засвечусь на весь Интернет. Хорошо это или плохо пока не понятно. Я поблагодарила зрителей, поотвечала на вопросы и ушла, вернувшись обратно в зрительный зал. Был ли это мой дипломатический дебют или, наоборот, фиаско, узнаем на банкете этим вечером.

Основные мероприятия в конференц-зале закончилось достаточно поздно. У меня не оставалось времени, чтобы подготовиться к банкету. Я бегала по номеру в попытке собраться. Когда мои руки дошли до чемодана с одеждой, я погрузилась в недоумение. Черт, кто положил мне это платье? В футляре лежало шелковое платье, которое я купила по глупости. У меня белье-то под него есть?

А? Почему по глупости? Ну, это случилось, когда я только родила Соню и была, мягко скажем, не довольна своей фигурой после беременности: расжиревшие живот и бока, краснющие растяжки и обвисшая из-за пришедшего молока грудь. В общей сложности я поправилась почти на двадцать пять килограмм. Адская смесь. Говорила мне Милена не есть как ни в себя, но зачем слушать умных людей? Я была недовольна сама собой, не могла спокойно на себя смотреть. Как-то прогуливалась я, значит, расстроенная с Соней в коляске по торговому центу и увидела в новомодном бутике дорогущее платье из натурального шелка. Ой, влюбилась я в эту вещицу с первого взгляда и пообещал себе, что похудею. Около двух тысяч евро за это платье отвалила. Сами понимаете, шелковая ткань обтягивает все «изъяны» фигуры. Вот я и решила, что нацеплю его только тогда, когда у меня будет идеально плоский живот и подтянутые бочка. Так и не надела. Берегла.