Чтение онлайн

Она вскочила на ноги, размахнулась и ударила Бобби Джо по голове коробкой с завтраком. Бобби потерял равновесие, отшатнулся, попятился, зацепился за что-то каблуком и с глухим стуком грохнулся головой об асфальт. Отэм видела, что у него разбит лоб и что он хватает ртом воздух; тем не менее она вскочила на него и стала колотить его по щекам, в бешенстве вопя, что он порвал ее новое платье.

Вокруг собралась визжащая толпа детей, прибежали учителя. Их с Бобби увели внутрь и расспросили. Бобби признался, что толкнул Отэм на лестнице, но поклялся, что сделал это ненарочно. Когда задавали вопросы Отэм, она только пожимала плечами. Бобби отвели к доктору, чтобы зашить рану, а Молли была вызвана в школу. Директор объяснил, что произошло, и порекомендовал Молли отвезти Отэм домой и там надрать ей задницу.

Молли и Отэм вышли из школы. Они отъехали несколько миль от города, прежде чем начали разговор. Отэм посмотрела на тетю и спросила:

– Ты хочешь задать мне трепку?

– Ты считаешь, что заслужила ее?

– Нет. Я для этого слишком взрослая.

– О-о-о! – сказала Молли и посмотрела на Отэм. – Это надо же! Наша девочка слишком взрослая, чтобы ее отшлепали.

Отэм заплакала, шмыгая носом и утирая его рукой:

– Это Бобби Джо нужно выпороть! Он нарочно меня дернул за волосы и толкнул. Из-за него я коленку разодрала и платье испортила.

– А почему ты не сказала директору?

– Потому что это не его дело.

Молли прочистила горло, украдкой поглядывая на Отэм, и повернула на узкую, обсаженную деревьями дорожку, которая шла в гору к их дому.

– А раньше такое когда-нибудь случалось?

– Да, – ответила девочка просто.

Молли хмыкнула и покосилась на Отэм. Потом остановила машину и повернулась на сиденье лицом к ней:

– Почему ты не говорила мне, что дети тебя дразнят?

Отэм покачала головой:

– Они просто глупые дети.

– Просто дети, а? А ты-то кто, как думаешь?

– Я, может, и маленькая, только я за волосы никого не дергаю и не прячу чужие вещи. Я веду себя прилично и занимаюсь своим делом.

– Бог мой, деточка! Иногда мне кажется, что ты родилась тридцатилетней. – Молли обескураженно покачала головой. – Значит, ты вела себя прилично, когда стукнула Бобби коробкой по голове?

Отэм заерзала на сиденье. Одна ее косичка расплелась, волосы спутались.

– Я правда очень разозлилась, тетя Молли. Я даже не знала, что могу на кого-нибудь так разозлиться.

– Ты думаешь о своем поступке?

Отэм кивнула:

– Тетя Молли, а что бы ты сделала на моем месте?

Молли ни секунды не раздумывала:

– Я бы как дала этому сукиному сыну коробкой прямо по башке!..

Отэм захихикала, размазывая слезы по щекам:

– Ты не выдерешь меня?

– Я тебя никогда не драла. Не вижу причин начинать сейчас.

Они вышли из машины. Отэм следовала по пятам за Молли.

– А что сегодня на ужин? Ужасно хочется есть.

– Хот-доги.

– Особые? – спросила она, облизываясь. – Со всякими вкусностями? Как я люблю?

– Ага.

– Ура-а!

Бобби Джо вернулся в школу с двумя швами на брови, а Отэм – в зашитом платье. Бобби косился на нее, но ни он, ни другие дети ее больше никогда не дразнили.

Книги для Отэм имели особую, магическую притягательность. Они переносили ее через горы в другие миры, где дома были выше деревьев, где воды разливались шире, чем речка, где магазины работали после шести вечера и в городе было больше одного банка, одной скобяной лавки, одной закусочной, одной церкви, одной школы, одной, одной, одной... И к людям, у которых было больше одной пары ботинок.

В девятом классе девочка вдруг стала замечать, что вокруг нее происходят кое-какие перемены. С каждым годом она становилась выше и тоньше, с шапкой красно-коричневых совершенно непокорных волос. Их надо было расчесывать щеткой, пока они не ложились роскошными длинными волнами, но через какие-нибудь пятнадцать минут Отэм выглядела так, словно ее застигла буря. У других девочек грудь округлилась, а у нее все еще была плоской. У других ноги пополнели и обрели форму. Ее ноги оставались длинными и прямыми, а коленки выпирали.

Отэм видела, как девочки хихикают с прыщавыми мальчишками, которые в ответ тоже хихикали, и чувствовала, что еще больше отдаляется от них. Проходя по школьным коридорам, на голову выше всех мальчишек, она казалась себе долговязым одуванчиком посреди клумбы нежных примул. И снова Отэм попыталась сделать вид, что ей плевать, но однажды среди ночи она расплакалась. Через несколько ночей, когда она лежала свернувшись калачиком, с подушкой на голове, чтобы заглушить всхлипывания, ее обнаружила Молли. Когда тетя спросила девочку, почему она каждую ночь плачет, Отэм пожаловалась, что она страшная и не нравится ни одному мальчику.

Молли, сидя на кровати, с длинными светлыми волосами, рассыпавшимися по плечам, крепко обняла ее и спросила:

– Это на какого же из этих мальчишек ты глаз положила?

Отэм припомнила лицо каждого мальчика в Тэтл-Ридже, вытерла слезы со щек и улыбнулась, отчего стала похожа на овцу:

– Ни на какого. Все они глупые и жуткие зануды.

– Тогда чего плачешь?

Она пожала плечами:

– Не знаю. Наверно, я подумала, что куда-то опаздываю.

– Никуда ты не опоздаешь, если не будешь торопиться. Не делай того, чего тебе не хочется, просто потому, что другие ребята так делают. – Тетушка дотронулась до груди Отэм. – Будь тем, что у тебя здесь. Слушайся его и никогда не ошибешься. – Молли уложила ее обратно на подушки. – И не беспокойся о своей внешности. Твой сорт красоты прорастает медленно. Потерпи немного. Все придет.

Отэм потерла пальцем нос.

– А веснушки тоже исчезнут?

– Надеюсь, что нет. Это такая изюминка, которая делает тебя ужасно хорошенькой.

Отэм посмотрела на Молли и вспомнила о том времени, когда она впервые стала замечать, что у других детей завтраки повкуснее, что они лучше одеты, что у них есть мамы и папы. Теперь она поняла, что они с Молли были самыми богатыми людьми в долине, потому что они – вместе.

– Спасибо тебе, тетя Молли. Спасибо за то, что ты всегда здесь.

– Пожалуйста-пожалуйста.

Отэм навсегда сохранила воспоминание о той ночи, о тетином тонком понимании. Год за годом она видела, как Молли выбивается из сил, чтобы свести концы с концами. Теперь, когда ей исполнилось шестнадцать, Отэм хотела взять на себя хотя бы небольшую часть бремени. Но работы в долине было немного.

Обсудив этот вопрос, Молли и Отэм решили, что она будет работать после занятий в школе и по выходным. Молли поспрашивала и нашла для Отэм работу в трех домах. Два дома, в которых она убиралась, были очень милыми, но в одном жила женщина, миссис Бэйкер, сущая сквалыга и скряга, которая платила меньше, чем кто-либо во всем городе. Отэм терла полы и стены, пока не распухали колени, кожа на суставах трескалась и начинала кровоточить, нос закладывало, а из глаз лились слезы от паров нашатырного спирта. Она могла пережить нашатырный спирт, но вот от личинок ее выворачивало наизнанку. Ни у кого больше не было этих отвратительных тварей, только мусорный бак миссис Бэйкер кишел ими, и чистить этот бак должна была Отэм.