Чтение онлайн

Лулах не участвовал в битве. Впрочем, как и Маэль Колум. Он счел ниже своего достоинства сражаться со слабым противником. Но, увидев повешенного Лулаха, он впал в ярость. Маэль Колум был еще очень молод, что поделать. Те воины и вожди, что принадлежали к старшему поколению, припоминали, что таким же вспышкам бешеного гнева был подвержен и отец его Доннкад, погибший в юности. Но Маэль, видно, был слеплен из материала покрепче. Он вступил в борьбу с тем же противником, что отец, но не погиб, а победил.

Невысокий, коренастый, Маэль Колум не отличался ни статью, ни геройской осанкой. Со встрепанными серо-русыми волосами, горбатым острым носом и близко посаженными глазами, он напоминал птенца хищной птицы. Когда Маэля сравнивали с предшественником – не Лулахом, конечно, а его отчимом – высоким, могучим, с волосами цвета красного золота, сравнение было не в пользу сына Доннкада. Никто из воинов не признал бы этого вслух, но даже проклятый сассенах, сопровождавший Маэля Колума в этом походе, и теперь стоявший рядом с ним, с виду был больше похож на короля. Но никто бы не усомнился в том, что Маэль Колум – отважный и умный воин, и легко, словно рубашку, носит кольчугу и латный доспех, каких здесь нет больше ни у кого, кроме сассенаха.

Наконец кто-то осмелился прервать молчание.

– Он сам наложил на себя руки, Ард Ри. В страхе и отчаянии.

Маэль Колум не обратил внимания, что его назвали верховным королем. На этот титул, строго говоря, он не имел права до тех пор, пока его не коронуют на Камне Судьбы. Но разве смерть Лулаха не сделала его верховным правителем?

– Все знают, что Лулах даже ремешки на башмаках завязать не мог! – рявкнул он, не очень задумываясь, с чего бы королю самолично завязывать ремешки на башмаках. – Не то, что веревку на балку накинуть! Это ты! – зарычал он, обернувшись к одному из пожилых лаэрдов. – Ты, Мак Дафф! Все знают, что у тебя с Мак Бетадом была кровная вражда, и ты поклялся извести весь его род!

Взгляд Маэля был страшен, но правитель Файфа не испугался. В свои годы он повидал вещи пострашнее беснующихся юнцов.

– Поклялся, да. Но Простак был приемным сыном Мак Бетада, не родным. Родному я бы сам накинул петлю на шею. А так – я просто не мешал ему умереть.

Гарольд наблюдал за склокой скоттов с некоторой скукой. Гэльского языка он не знал, да при переговорах с Маэлем Колумом он и не был нужен. Сын Доннкада изъяснялся по-английски не хуже природного сакса. Не требовалось знания языка и теперь – обо всем можно догадаться и так. Прежнее молчание сменилось всеобщим криком – король искал виновного, все отпирались. Этих скоттов ячменной лепешкой не корми – дай поорать. А перебранки так легко переходят в драки, драки в резню, резня в войну. А как они выглядят, Господи Иисусе! При том, что здесь большей частью представители равнинных кланов, которые хотя бы приучены носить штаны и время от времени умываться.

Мак Бетад, сын Финдлейха, пытался навести порядок в этой стране, и на какое-то время это ему даже удалось. Он возводил укрепления по английскому образцу, завел при дворе какое-то подобие этикета, строил церкви и монастыри. Решительно, Гарольд предпочел бы иметь дело с ним. К сожалению, в своем благочестивом рвении, особенно после паломничества в Рим, Мак Бетад готов был оказать всемерную поддержку королю Эдуарду. Отец Гарольда, граф Уэссекский, счел это опасным, и оказал помощь Маэлю Колуму. А Маэль… он, конечно, сумел воспользоваться положением, которое сложилось в прошлом году, но неизвестно, сумет ли он удержать власть. И тогда Альба снова рухнет в пучину междоусобиц, из которой вывел ее Мак Бетад. Здесь так было всегда. Дикари, сущие дикари.

А ведь норманны точно так же думают о нас, – как-то отстраненно сказал он себе. И тут же прогнал эту мысль.

Маэль Колум уже убедился, что Мак Дафф вряд ли причастен к убийству. Правитель Файфа был одним из тех, кто в прошлом августе «завалил зверя» на поле в Лумфанане, после чего Мак Бетад отступил в направлении Перта – умирать. Но он вряд ли бы накинул веревку на горло несчастного дурачка. Скорее зарубил бы.

Но и в то, что Лулах убил себя, Маэль Колум не верил.

Но кто это сделал? Кто?

– Похороните его, – распорядился молодой король.

– Здесь? – уточнил Домнал, правитель Росса.

– Нет. Он все же был королем. Пусть тело отправят на Иону. – На этом острове издревле хоронили верховных королей Альбы. – Но пусть могила будет не в аббатстве.

Неужто Маэль Колум так быстро смирился с тем, что не нашел виновного? – задал себе вопрос Гарольд. Трудно поверить. Он не может добиться ответа, грозя пытками и казнями – вряд ли подобных людей этим напугаешь. Но Маэль Колум не по годам хитер. Он что-то задумал.

Хотя тело Лулаха сняли с балки, а из зала вынесли убитых, король не пожелал ужинать в замке, а вернулся в лагерь. Там была разбита его походная палатка – еще одно введенное Мак Бетадом новшество. Скотты полагали это признаком южной изнеженности, однако королю надлежало отличаться от вождей кланов, и не подобало ночевать под открытым небом.

Гарольд сопровождал Маэля. Не без некоторого удовольствия отметил, что дождь перестал. Самого Гарольда трудно было обвинить в пресловутой изнеженности, но в этой стране погода его донимала. Что ни день, то ненастье. А скотты как будто этим даже гордятся.

– Стоило ли поднимать такой шум? – спросил он Маэля, когда они отужинали жареной свининой и выпили меда. – Все равно от него пришлось бы избавиться.

– Ты не понимаешь. Прежние сторонники Мак Бетада перешли ко мне, когда я поклялся, что не причиню вреда его наследникам. Простака нельзя было убивать. По крайней мере, сейчас. Я позволил жене Лулаха увезти детей, а его самого собирался запереть в монастырь, подобно тому, как Мак Бетад запер леди Груох.

– Разве у Простака есть дети?

– Двое. Мальчик и девочка.

– Но он же был слабоумным.

– Ну, для этого ума не нужно… Их увезли в наследственные владения, в Морэй. Это и справедливо. Когда Мак Бетад убил отца, мы с Дональдом были так же малы, и Мак Бетад позволил матери увезти нас.

И очень глупо, подумал Гарольд. Не прояви Мак Бетад этого бессмысленного великодушия, был бы сейчас жив.

Может быть. Потому что королевство Альба после нашествия нортумбрийцев было ослаблено, и нашлись те, кто не преминули этим воспользоваться. Оркнейские ярлы, или тезка нынешнего короля, Маэль Колум из Стрэтклайда. Так что не исключено, что королем стал бы кто-то из них. Забавно, однако, как Маэль стремится подражать Мак Бетаду, убийце своего отца…

– Если союзники предадут меня, – угрюмо произнес Маэль, – все кланы начнут рвать Альбу на куски. И Сигурд Оркнейский попользуется этим. И Маэль Колум Стрэтклайдский. Да и братец Дональд Бан, который тихо сидит сейчас у дяди Атолла, не преминет присоединиться. Может, жениться на дочери Лулаха? Это даст мне поддержку горцев. Но она, говорят, совсем мала, а я не могу ждать…

Гарольд не успел ничего присоветовать королю. Вошел один из приближенных воинов, прежде чем заговорить, оглянулся на Гарольда. Маэль Колум бросил несколько слов, о значении которых Гарольда догадался – «говори, мол, он все равно не понимает», и после того, как воин произнес что-то на гэлике, коротко рассмеялся и отдал приказ.