Чтение онлайн

Мои мысли прервало явление Беатрис народу, за которой на расстоянии шел ее охранник. Эта гадина шла в очередном платье из гардероба матери, вышагивая чинно и осторожно, чтоб не наступить в сильную грязь и не упасть.

Я опустила голову, может, не заметит.

Беатрис прошла в кабинет Алонсо и уже оттуда были долго слышны её гневные крики. Потом все затихло, прошло время. Женщина вышла из кабинета довольная и спокойно пошла на выход. Не доходя до дверей кухни, так же неспешно повернулась на 180 градусов и пошла … в мою сторону. Куда ж еще.

Подойдя ко мне, она встала очень близко.

– Как спина, сиротка? Все такая же белая и нежная? – Беатрис злорадно улыбалась. – Ай-яй-яй, должно быть терять красоту так рано очень печально, – она участливо вздохнула. – Ну, ничего, такой мелкой дряни, вроде тебя, красота не нужна. Работай с чернью, пока я наслаждаюсь жизнью, – она мечтательно улыбнулась.

– Конечно. Кому, как не тебе знать, НАСКОЛЬКО печально терять красоту, Беатрис. Года то идут, тик – так, – не смогла смолчать, не смогла. Я подняла голову и широко улыбнулась ей.

Любовница Вигмара пошла красными пятнами гнева, все былое благодушие слетело с нее, как не бывало.

– Мерзавка, как ты смеешь! – заверещала Беатрис, прищурив глаза и поджав губы. – Отправлю тебя на конюшни, чистить дерьмо за лошадьми! Там тебе самое место, раз есть силы дерзить! – она прикрыла глаза, кивнула себе и умчалась к Вигмару.

Ее охранник, кушавший на кухне, пока Беатрис спускала пар на Алонсо, внимательно следил за нашим милым общением, доел и неспешно пошел за подопечной. Я, после того, как любовница повернулась спиной и понеслась пилить опекуна, сделала горькую мину, что сказанные слова задели, опустила плечи и закрыла лицо ладонями, ссутулив спину. В печали я, в печали.

Маргарет, добрая душа, поверила в мои моральные терзания, подошла и начала успокаивать:

– Ну что ты, милая, все образуется. Зря ты, конечно, ее провоцируешь. Надо сидеть как мышка, а ты вечно лезешь на рожон. А мы поможем тебе, кто сможет.

– Говори за себя, – сказала презрительно тетка за соседним столом. – Получать наказания из-за этой сопливой девчонки не всем охота. Ты все носишься с ней, как курица с цыпленком, только птенец твой не жилец, и выгоды от этого ты не получишь. Сама только проживешь меньше, из-за нее же.

Я сквозь пальцы посмотрела на говорящую. Рано постаревшая женщина с седыми волосами и следами побоев обозленно смотрела на меня. Надо быть осторожнее, сидит рядом, ненавидит, может стучать кому угодно. Запомню.

– Закрой свой поганый рот, Гильда! – воинственно произнесла Маргарет, продолжая держать меня в крепких объятьях. – А не то я помогу тебе его закрыть! Зубов потом не досчитаешься! Ты тут недавно и не видела прежних хозяев, не знаешь любви к ним и уважения! А я люблю маленькую госпожу, как родную внучку! И не позволю ее обижать! – нахохлилась Маргарет.

– Какая это госпожа? Такая же грязь под ногтями, как мы. Дура ты, Маргарет. Пожалуй, стоит держаться от тебя подальше, как бы не зацепило и меня, когда тебе начнут раздавать плетей за твои слова.

Злая тетка сплюнула себе под ноги и отошла от нас. Люди вокруг работали, было шумно, но каждый внимательно слушал перебранку. Маргарет гладила меня по волосам.

– Не слушай ее, цветочек. Старая Маргарет всегда будет за тебя. Все будет хорошо.

«Да, Маргарет, – подумала я. – Все у нас будет. Спасибо, что ты есть у меня».

Тут подошел молодой паренек и робко произнес:

– Извините, Маргарет, Алонсо требует к себе Роззи. Сейчас же.

Я развернулась лицом к груди старой няни. Сделала вид, что вытираю слезы. На самом деле же усиленно их растирала и нос. После слез, нормальные люди краснеют, вот и мне надо быть красной для достоверности. Вокруг столько зрителей.

– Спасибо, Маргарет.

Развернулась и пошла к главному повару в кабинет. Сейчас будут горячие торги.

14. Договор

Торги то да, только я устала. Утренняя зарядка, самокопание, поиск выхода, даже стерва Беатрис – все это, физически и морально, вывело на душевную отметку «гори все на…». Сейчас надо собраться в кучку и хорошо поиметь с Алонсо, он точно будет сопротивляться.

Рядом с дверью стояли привычные два амбала. Один из них галантно открыл мне дверь. А вообще, это прилично быть с мужчиной вдвоем незамужней девушке, вроде меня, в одной комнате? С другой стороны, доказательство моей невинности точно при мне, так что лесом все.

Я спокойно вошла в кабинет. Живописно. Было бы в кабинете больше вещей, хаос царил бы знатный. А так, табурет для посетителей валялся в углу вверх ногами, книги из шкафа валялись на полу, рядом лежали отрытые тетради с записями, стул Алонсо был развернут и приставлен спинкой к столу. Стакан и початая бутылка стояли на полу, рядом со шкафом. Из-под стола кокетливо выглядывал кончик шейного шарфа повара. Сам повар имел потрёпанный вид. Мужчина стоял рядом со столом, весь такой уставший, и вытирал испарину со лба, когда я входила.

Спокойно прошла, подняла табуретку, и села там же, в углу. Хоть спину прислоню к стене.

Алонсо никак не отреагировал на несоблюдение мнимой субординации.

– Начинай, – кивнув, сказала я ему.

Он повернул голову, посмотрел своими слегка выпученными глазами, скривился, но открыл рот и начал вещать:

– Мясо, золото, цацки. Что там вам женщинам еще надо? От работы совсем освободить не могу.

– Сильно припекло, – усмехнулась я. – Даже не торгуешься.

– Времени нет, – устало вздохнул он.

Пошел к столу, развернул стул, сел и прикрыл глаза. Переплел пальцы на круглом животе, посидели в тишине.

– Так чего тебе надо, болезная? – спросил он, не открывая глаз.

– Какие условия? – спросила я.

– Сегодня к обеду одно новое блюдо или то, что задобрит госпожу Беатрис. Потом раз в тую, или как пойдет.

– На долго?

– На сколько хватит твоих придумок? – он открыл глаза и внимательно посмотрел на меня. – Вопрос, откуда они, я не задаю, заметь. Мне плевать. Но другим будет интересно. И подорвет мое положение, если сопливая девчонка будет учить меня готовить.