Чтение онлайн

Перспектива такая, конечно, была безрадостная, но весьма прагматичная, если держать в уме, что Трейс молода и крайне легка на подъем, а Морриган давала сразу достаточно много силы и власти. Но снова же… Я не хочу и не буду вмешиваться в ее жизнь. Не в таком случае и не в таком виде. Мори была права, я слишком сильно лицемерю, и пока это не сыграло со мной злую шутку, а поверьте, такое было не раз и не два, стоит остановить и дать миру вокруг понять, что я умею контролировать самого себя и точно не хочу контролировать других.

Но в какой-то момент боги закончились, и мы вернулись к мирной поездке по городу, слушая музыку Трейс. Это продолжалось даже как-то по печальному недолго, мы доехали быстро и без проблем с заграждениями, что позволило мне не уснуть в машине, а был я к этому преступно близок. Тут тепло, играет музыка, мягко, за окном так предательски громко стучит дождь… Как бы мне не хотелось уснуть, но заставлять Трейс тащить мою тушу до дому, в особенности если брать во внимание то, что разумеется это был многоквартирный дом, а значит тащить меня пришлось бы в том числе и по лестнице казалось величайшей степенью безнравственности и попусту бескультурья. Остаться в машине, как я хотел, к слову, Трейси мне запретила, сказав что уложит меня на пол, даст подушку и одеяло, ибо гостеприимство у нее в крови, и она не позволит такому хорошему парню как я, спать в чужой машине, когда рядом есть пусть и не самая богатая и роскошная, но тем не менее вполне себе пригодная для жизни квартира. Я был слишком измотан, слишком сонлив и несколько рад такому определению своей личности, чтобы спорить и возражать, поэтому просто согласился, плетясь в сторону дома.

Квартирка Трейс выглядела действительно не так, как я себе представлял эльфийские апартаменты. Отнюдь, это, по сути, ничем не отличалось от гоблинских хибар, кроме разве что более плотных стен и в целом чуть лучшей постройки самой конструкции, что не выглядела как карточный домик, готовый сломаться от легкого прикосновения. В остальном же… Такая же маленькая жилплощадь, чуть большая, конечнос чем моя бывшая квартира у Жэли, и то, только из-за туалета сбоку от входа. Я мылся в служебном, читай как личном, душе Жэли, умудряясь зачастую экономить на мыле и маслах, по чуть-чуть воруя их у демоницы, которая подобное либо не замечала, либо игнорировала. В квартире, разумеется, были обветшалые стены, заклеенные немыслимыми усилиями двух девушек постерами, да разного рода плакатами, что придавали этому месту какой-то уютный вид. На неровный, а иногда и попросту кривой деревянный пол, расстелили какие-то ковры, что позволяло ходить по нему в носках и даже босиком, не страшась получить занозу в ногу. В главном зале находилось также подобие кухни, ютившееся в боковой части главной комнаты, которая являлась по своей сути просто плитой с вытяжкой и двумя конфорками, на которых, как то и можно было ожидать, валялись пустые упаковки из-под пиццы и какой-то азиатской стряпни. Это место сильно напоминало мне мои вузовские, житейские годы, в особенно запахи, а если быть совсем точным и даже дотошным, расстановка в жилье оказывалось девичьей интерпритацией того единственного, первого курса, когда я жил не у Одри, а сап. Тогда, молодой Руфи еще пытался соблюдать правила и порядки, а потому проживал с своим официальным соседом, таким же молодым раздолбаем, не убирающим ничего и начисто отказавшегося от готовки, боясь ее, словно чумы. Второй курс уже поставил на этом крест, а в нашей общей с Одри квартирке царила цирюльня чистота, и тем более без такого родного хаоса, как этот. Думаю, вы понимаете причины вообще не в том, что Руфус Рисс внезапно одумался и стал паинькой, который любит глаженные вещи и запах лимона. Девушки… они всегда найдут на вас рычаг давления, а если нет, то вас еще просто не подкупали с помощью обворожительной возможности “поспать” на груди у горгоны. Впрочем, возможно оно и к лучшему.

Кроватей в квартире не было, на противоположных сторонах комнаты лежали два матраса, а на каждом - теплое одеяло и подушка. Справа, что в целом дало понять кто там спит, лежала пресловутая двуручная секира, с обоюдоострым лезвием и гравировкой, написанной на языке цвергов, о которой как-то я упоминал. Прочесть я ее не мог, но мои догадки о том, что секира была подарком Дерви, наконец нашли свое подтверждение в лице вышеупомянутых рун. Помимо этого, над постелью висели постеры рок и метал групп, а за спиной стоял весьма внушительных размеров шкаф, размером почти под потолок, в котором я отчетливо видел серебряный блеск чего-то, что в моем представлении, стало доспехами или еще одним оружием. От ученицы Дерви можно было ожидать всякого, у самого цверга дома чего только не было. В том числе, десятки миниатюрных (во том смысле, что для меня они были до смешного небольшими) стендов, на которых были представлены разнообразные воинские одеяния, начиная с Римской, мать ее, империи и кончая германской броней позднего средневековья. Откуда он брал эти вещи оставалось для меня одновременно загадкой и до абсурдного смешным способом провести время. Каких только теорий я не строил по поводу его коллекции, и ни одна не оказалась правдой, вызывая у цверга либо мнимое раздражение, либо улыбку, которую он не мог сдержать. Половина комнаты ее подруги оказалась более нормальной и даже типичной, на стенах висели плакаты с популярными поп и инди группами, за “кроватью”, около окна, стоял стол с компьютером. (На который она скорее всего копила лет пять, а могла бы купить на эти деньги нормальную квартиру) Шкаф с одеждой был нормальных размеров и заполнен платьями, легкими кардиганами и прочими женскими штуками, названия которых я не знал, да и они были мне не сильно нужно, по правде говоря.

Я не решался заходить глубже в комнату, предпочитая дождаться Трейси, которая вернулась в машину, что-то оставив в ней. Сейчас мне было в целом плевать, где и что делать, я все равно беспощадно засыпал, облокотившись на дверной косяк и закрыв глаза, что подрагивали под веками, не веря в то, что имеют право наконец просто забыться в темноте. День был чертовски длинный, и сознание, почуяв, что наконец он подходит к своему концу, наконец оказалось в соблазне вырубить тело и позволить ему поспать. Эта попытка предательства и полное нарушение субординации от организма сильно раздражало, в особенности, что такую тишину и покой, которая таилась в манящей темноте этой квартиры, можно было обратить мне на пользу, поразмыслив над завтрашнем днем и тем, что вообще необходимо будет сделать. А сделать много чего нужно… в особенности, разобраться как найти этого проклятого Горсина, будь он неладен, черт его дери… А помимо этого нас ждет поиски и самого Прометея. В общем, какой-то фирменный кошмар, не иначе.

– Эй, Руфи, ты в порядке?
– Пальцы Трейси аккуратно коснулись моего плеча, выдергивая то-ли из дремы, то-ли из тягучих, как сон, мыслей. Я уже с трудом мог различать их между собой, да и вряд ли оно было вообще нужно. И то и то лишь небытие, так к чему пытаться их различать.
– Может воды?

– Все хорошо, просто этот чертов день наконец закончился, и организм решил, что теперь ему дозволено уснуть где он хочет.
– Я улыбнулся, отходя в сторону и пропуская Трейси в квартиру. Джентльменские повадки, увы и ах, не забыть даже в бреду.
– Прошу.

– Да ладно, зашел бы уже, чего на пороге то мяться, как бездомный кот.
– Трейс прошла мимо меня, направляясь в сторону своего шкафа, и заодно вырывая меня из толщи сонливости, взывая к неподдельному интересу касательно его содержимого. Я сделал шаг вперед, вглядываясь в его содержимое.
– Добро пожаловать в нашу, а на данный момент мою, лачугу. Где-то там в упаковках осталась еда, если ты голоден.

– Благодарю, но вынужден отказаться, не столько из-за пренебрежения, сколько из-за отсутствия голода.
– Трейс даже обернулся, слыша столь высокопарные речи, попутно прожигая меня если не раздраженным, то в крайней степени удивленным, взглядом. Я лишь улыбнулся, подходя ближе и заглядывая через нее в приоткрывшиеся створки шкафа.
– Прости, иногда у меня проскальзывает нотка аристократичного пижона, о котором так мечтала моя дорогая мать, но к которым отношение я имею весьма косвенное.

– Да… А ведь это ты даже почти что не пил.
– Орчиха покачала головой, после чего развернулась, начиная копошится в шкафу. Я, к своему удивлению, обнаружил там лишь вещи, и никакого доспеха. Серебряный блеск исходил от крючков, а единственное интересное, что было, так это футляр из кожи для топора. Черт! Не пошла она еще по стопам Дерви, возможно, к лучшему.
– Будешь спать на этом, в целом можешь даже не раздеваться, оно все равно скоро отправится либо в химчистку, либо на помойку, смотря на что у меня будут деньги и будут ли они вообще. А судя потому, что я осталась без рабочего места, денег у меня ничерта не будет.

Мне достался старый матрас, разумеется грязный, к которому Трейс предоставила весьма неплохую подушку и чистую простыню в цветочек, которую ждало, наверное, самое худшее в мире испытание, и которую мне даже стало жаль. Пережить ночь с грязным и вечно дергающимся во сне детективом, что скорее всего, никогда не оставит бедняжку такой же, как до это долгой ночи. Вставать рано я ведь и не планировал… Так что, работать ей сверхурочно. Немного поглядев на ее жалостливый, почти что детский узор, я сжалился, оставляя ее в шкафу и решая, что во имя ее дествнной чистоты, можно и потерпеть легкие неудобства, которые, в связи с моей паранормальной усталостью, я все равно не замечу.

– Когда это чертово дело закончится и мне выплатять денег за все страдания, как-нибудь расквитаюсь.
– Я бросил матрас прямо перед дверью, решив, что это всяко лучше, чем пытаться лечь возле туалета. А если кто-то попытается забраться себя, то споткнется об меня, вызвав шум и возможное заклинание прямо перед носом, непроизвольно сотворенное мною с просони.
– Правда… Черт знает, сколько будет стоить восстановление Ночлежки, возможно, я и вовсе банкротом останусь.

– Ты собрался отстраивать ее?
– Удивленно спросила Трейс, стягивая с своей “кровати” простыню и в одежде укладываясь на него. Видимо, ее преследовали те-же альтруистические побуждения в отношении простыней, что и меня. А может, ей было жаль отдавать за это деньги. Я в это время взбивал подушку, пытаясь понять, как такое количество пыли может уместиться в такой небольшой предмет. Черная магия, не иначе!

– Еще по пути к ее руинам, я думал над тем, чтобы выкупить ее у Жэли, поставив ее управляющей. Конрад… мой наставник, оставил мне свою лабораторию и многие труды. Мне нужно больше места для их размещения, а далеко не все арендодатели согласятся иметь в своем доме нечто, способное взлететь на воздух в любой момент, прихватив с собой половину здания и заразив окрестность какой-нибудь милой и безобидной чумой.
– Я тоже лег на жесткую подстилку. В целом, можно было бы и на пол лечь… Подумалось мне, возможно, это стало бы даже более удобным способом пережить эту ночь. Хотя, даже ковры не могли хоть как-то избавить его от нервности.
– Поэтому… свое собственное здание, а в особенности таверна, весьма неплохой выход из ситуации.