Руфус Рисс, ненависть к чаю и не только
Шрифт:
– Азазель не тот, кому лучше присягнуть в верности.
– Я покачал головой, пытаясь осмыслить, что же случилось с Трейси в такой короткий срок и почему она так скоро возжелала подобного. Ни разу, за те пару лет, что я с ней был знаком, я не видел в ней этого желания. Неужели сегодняшний день, такой долгой и кровавый, обострил в ней те альтруистические и попросту высокие идеалы и желания, что она была готова… отдать саму себя за силу? И я бы пытался отговорить ее, указать, что не обязательно поклоняться богам, чтобы быть полезной, но недавнее раскрытие Гекаты… Разрушило в самом себе эту веру. Кем бы я был, без Арауна? Обычным смертным… и паршивым магом. Кем бы я был, без Азазеля? Мелким, уже небось ожиревшим клерком, дай бог продажным судьей… Но точно не самим собой.
– У тебя есть выбор… Трейс, на свете множество богов, если ты правда этого хочешь, лучше поискать себе иных покровителей. По крайней мере, Азазель точно не даст тебе силы для спасения других… Это не в его юрисдикции, вообще не в его.
– Ты правда не против? Дерви если бы узнал…
– Хэй, Трейс, Трейс. Я не твой отец, даже не твой наставник… У меня нет ни власти, ни желания вмешиваться в твою жизнь… Просто как человек, с тремя покровителями за спиной скажу, что для сохранения других, не подойдет ни один из них. Если ты думаешь, что это правда лучший вариант… То дерзай. Но покровители не благодетели, мало кто примет твоё искреннее желание… за оплату своих сил.
– Спасибо тебе… - Трейс отступила от меня на шаг, утирая рукавом слезы с глаз. Оу… Я не смог не отвести взгляд, девичьи слезы… Вечер решил испортиться в кратчайшие сроки, не оставив мне нормального настроения.
– Пойдем, я отведу тебя к Гелии… Я знаю, где ее палата, только не забудь мусор, а то медсестры и так ругаются на нас.
Я кивнул, позволяя Трейс выйти в коридор первой. Вздохнув, мне пришлось утереть со лба холодный пот, что выступил от столь внезапной ситуации. Решать чужие судьбы всегда так паршиво и одновременно с тем неправильно, во мне опять росло недовольство своим же выбором… Который я по сути не сделал, оставив все на решение импульсивной молодой девушке. Было ли это правильным решением? Понятия не имею… Но я точно не хотел браться за решение этих проблем, не моих проблем. Трейс была взрослой… сама все решит. А если нет… Вот тогда, я вмешаюсь. Боже, надеюсь Дерви простит мне то, что я оставил ее, не дав совета или предостережения, я буквально сказал ей, делай что хочешь, что тоже казалось несколько глупым, незрелым, я же старше, умнее, по крайней мере, должен быть умнее. Но цверг должен понять… Он знает, как сильно я ненавижу вмешиваться в чужие решения. Он поймет меня… Я был уверен.
Путь к нужной палате не был спокоен. Но в основном, не из-за внешних обстоятельств, а внутренних. Если конечно, это вообще можно так назвать. Трейс шла молча, но бодро, в то время как я… Стал слышать Ее голос, нашедший меня среди толп агентов и врачей. Голос жестокий, властный и насмешливо всесильный, что уничтожал во мне мысли, захватывая сознание. Голос, дразнящий меня своим безразличием, своим цинизмом и задевающий тем, что Морриган заговорила со мной лишь только после того, как получила возможность найти нового аколита в свою когорту убийц и моральных инвалидов. Я, к сожалению, мог относится к обеим этим группам.
– Ах, какая прекрасная девушка… уже обученная бою, уже видевшая кровь… И как же близко к тебе по воззрениям, мой верный слуга. Ты же не разочаруешь меня еще раз, ведь так?
– Раздался в сознании ее голос, заставивший меня резко вздрогнуть, останавливаясь на месте.
– Не бойся, Рисс… Это всего-лишь я. Ты ведь не забыл, что у тебя три покровителя? Не забыл, лишь недавно, ты думал обо мне, даже говорил вслух.
– Лучше бы их действительно было лишь двое.
– Мысленно ответил я Морриган, тут же становясь жестче и отчего-то более дерзким. После того, что я пережил… Говорить, что моя деятельность была разочаровывающей!? Вздор!
– Если ты не заметила… Я уничтожил сотни гвардейцев и спугнул Прометея, убил Бога! По-твоему, это “разочаровывающе”!?
– Конечно, ты даже унес жизнь моей пернатой слуге. Но тебе повезло, я не в обиде. Та боль, что ты причинил находясь под моим знаком… Тот Верховный грех, что ты явил миру, наконец показав свой волчий оскал.
– Морриган засмеялась, заглушая почти весь остальной мир, я продолжил движение, чтобы не вызывать вопросов и не отставать.
– Знаешь… Я считала тебя куда более слабым. Мне казалось, ты не способен на жесткие меры, но как же иногда приятно ошибаться.
– Я был загнан в клетку, у меня не было возможности поступить иначе… И в отличие от тебя, я не горжусь этим. То, что случилось с Эсвель было…
– Твоим взвешенным, жестоким решением, которое ты принял, отринув милосердие. То было хладнокровной местью.
– Отрезала Морриган, начисто подавляя меня всего, подминая под себя, заставляя слушать.
– Она заставила тебя рыдать, унизила, низвела до жалкой псины… И ты сорвал цепи, оставив ее в мучениях, которых она была достойна. Ты знал, что делаешь… И ты преступил черту. За что достоин всяких моих похвал. Араун не лгал, наши братья и сестры впечатлены тем, как легко ты преступил законы, во имя победы.
– Я не… - Я вновь попытался возразить, но абсолютно безуспешно, мысли отказывались собираться в предложения, а голос Морриган напротив, был чёток и складен.
– Замолчи, мой верный слуга. Ты можешь отрицать каждое мое слово, можешь убедить совет богов, самого себя… Но ты никогда не скроешь этого от той, что видела зарождение людей и падение Рима. Что видела бессчетные разорения храмов… Обе мировых войны, ведущиеся под МОЮ диктовку. Я знаю, что такое ненависть, в этом можешь не сомневаться. Знаю, что значит забыть о правилах, когда цена слишком велика. И ты никогда не отмоешься от этого… Как бы сильно не убеждал себя в том, что невиновен.
– Руфи, ты в порядке?
– Реальный голос Трейс вывел меня из-под влияния Морриган, но лишь на пару мгновений. Орчиха смотрела на меня с толикой беспокойства, сравнявшись.
– Ты идешь слишком тихо, будто сам не свой… что-то случилось?
– Не обращай внимания, просто задумался.
– Недолго думая, солгал я, вынужденно улыбаясь. На краю сознания смеялась Морриган. Вот же стерва… по ее же вине лгу, просто заткнись!
– Все в порядке, нам еще долго идти?
– Минут десять… Там слишком людно.
– Ответила Трейс, я покорно кивнул. Мы продолжили путь, сознание вернулось к холодные пальцы Морриган. К великому моему сожалению.
– Она столь невинная… Но в ее душе я вижу великий потенциал. Ты знаешь, о чем я, Рисс. Я говорила тебе эти же слова… Но ты не избрал путь воина… Она же, сможет решиться на это, я уверена.
– Морриган вновь завела разговор о Трейс, заставляя меня злиться. И скорее всего, этот побочный эффект лишь сильнее развлекал богиню.
– Она будет лакать кровь с моих рук, стоит только дать ей волю…
– Я не дам ей присягнуть тебе. Она желает не этого… Не бессмысленной бойни, которую желаешь ты, Арес, Сет и другие боги войн, которые ставят в основу своей веры процесс, но не результат. Для Трейс нет наслаждения в бою, я не дам ей сделать ошибку.
– Только если этот бой не ведется во имя защиты, не так ли? Ты выбрал меня… Рисс, ты верно не помнишь своих слов. Но я держу в себе каждую клятву… И ты не просил у меня силы, не просил безумия берсерков, пусть и я бы с радостью сделала из тебя моего верного шамана и жреца. Ты хотел искупления пролитой крови, всей крови, пролитой во имя благого дела… Пролитой, во имя защиты.
– Морриган почти что оглушила меня, но благо, в этот же момент нам и так пришлось остановиться, чтобы пропустить новые носилки. Это дало мне время перевести дух и отойти от шока, который признаться, действительно почти что вывел меня из равновесия, заставляя дышать чаще. Хорошо, что Трейс не заметила этого… слава богу, и спасибо ему.