Чтение онлайн

пинцев, которые, живя в турецких владениях, искали опоры у

турецкого правительства. Возникало подозрение, что их родственники

и свойственники, оставаясь в Украине, ведут с ними тайные

сношения. 3 апреля 1712 года, чрез канцлера Головкина последовал

царский указ гетману Скоропадскому и находившемуся при нем

постоянно царскому резиденту Протасьеву, выслать в Москву на

жительство близких родственников важнейших мазепинцев, пребывающих в Турции: сына Ломиковского, брата Максимовичева, мать, жену и братьев Мировича, жену Дмитрия Горленка, жену

Бутовича, жен двух братьев Герциков, шурьев Орлика и Семена

Забелу, которого жена тогда находилась при Орлике. По

сенатскому указу определено жить им безвыездно в Москве, на Посольском

дворе, отпускать их дозволено в церковь и в город за покупками; они могли держать при себе собственных челядников и посылать

их по своим делам в Украину, но письма, которые будут посылаться

с этими челядниками, а равно и письма, которые будут

доставляться из Украины к ним в Москву, должны просматриваться, и вообще

запрещалось вовсе писать к тем своим родственникам, которые

находились в Турции, а в тех письмах, которые писались к лицам, живущим в Украине, дозволялось писать только то, что касалось

домашних дел. Надзирать над помещенными в Москве на

Посольском дворе малороссиянами поручалось подьячему Федору Рогову: его обязанность состояла в том, что он каждый день должен был

посещать их, но денег им ни на корм, ни на подводы отправляемым

в Украину челядникам их отнюдь не давать, потому что по великой

царской милости им оставлены маетности (которых список был

доставлен) и имущества, и они с них могут себя содержать.

Присылка в Москву требуемых туда лиц состоялась 6 сентября

того же года. Отправленные туда особы были: старуха Мировичева, мать генерального бунчужного Федора Мировича, который

находился при Орлике в звании генерального асаула, а ее дочь была за

768

Семеном Забелою и с мужем находилась при Орлике; с старухою

Мировичевою доставлены были в Москву двое женатых сыновей ее

с женами и детьми: первый, Семен, был женат на дочери Ломиков-

ского, второй, Василий, - на дочери киевского полковника Моки-

евского; оба тестя Мировичей находились при Орлике. С женатыми

братьями Мировичами привезены были их холостые братья: Яков, Дмитрий и Иван Мировичи. Затем были тогда же присланы: брат

уже прежде осужденного Максимовича (которого дети жили в то

время на Двине), Дмитрия, именем Степан, у которого еще один

брат находился при Орлике, Иван Бутович, у которого родной брат

находился при Орлике, две Герциковы, жены Григория и Ивана, шурьев Орликовых, Анастасия, урожденная Громыковна, м

Агриппина, урожденная Левенцовна.

Из свойственников тех, которые были с Орликом в турецких

владениях, не присланы в Москву и оставлены в Украине по

особым благоволениям следующие лица: сын Ломиковского, зять

миргородского полковника, за которого просил тесть, жена Федора

Мировича, сестра черниговского полковника, за которую просил

ее брат, и по заступничеству фельдмаршала Шереметева, один

из Забел, брат находившегося при Орлике. Оставалась в Украине

непосланной в Москву жена лубенского полковника Зеленского, уже прежде присланного и осужденного на ссылку. По донесению, отправленному от гетмана в Приказ, <она была баба старая, больная и зело убога: ни лошадей, ни людей, ни пожитков у ней нет

ничего, живет по свойственникам своим>.

Присланных в Москву родственников мазепинцев поместили

на Посольском дворе, где уже жили прежде лица, доставленные

туда из Гетманщины. Из прежних оставались там еще: жена

полковника Покотилы и жена канцеляриста Григория; недавно перед

тем жила там жена генерального судьи Чуйкевича, но она

перешла в какой-то монастырь и подала на царское имя челобитную, извещавшую, что муж ее, сосланный в Сибирь, там постригся, и она <для старости и скорби своей обещалась еще прежде

царского о них указу постричься, и ныне живет в монастыре>.

Кроме этих лиц, содержавшихся по своем прибытии в Москву в

здании Посольского двора, жили в Москве в дворах частных лиц, но

особому изъятию, малороссияне; такими были: Андрей Горленко, сын Дмитрия - зять миргородского полковника, Михайло Гамалея

хорунжий, полковник Кандыба, сотник Жданович и, конечно, еще

некоторые другие, о которых нет точных и подробных сведений.

Жена Михаила Гамалеи’ по царской милости, вследствие своей

челобитной, получила дозволение жить у своей матери в Сумах.

В начале 1712 года доставлены были в Москву два запорожских

атамана, игравшие немаловажную роль в числе мазепинцев: Куцен-

ко и Нестулей последний был в Переволочне атаманом в то время, 25 Заказ 785 769

когда кошевой Гордеенко ездил для свидания с Мазепою и отдания

поклона шведскому королю. В сентябре того же 1712 года киевский

губернатор, князь Дмитрий Михайлович Голицын, прислал в

Москву, в качестве мазепинцев, архимандрита батуринского

Николаевского монастыря, Гедеона Одорского, с ним двух монахов и двух

челядников, лохвицкого протопопа Иоанна Рогачевского, чернеца

Иоанна Витковского, Мазепину племянницу черницу Марфу, ее

служитель ниц: келейницу Магдалину и девку Екатерину.

Архимандрит Одорский обвинялся в том, что принимал на хранение в

монастыре какие-то вещи от Орлика и, кроме того, составил какую-

то духовную, которой содержание не одобрялось правительством.

В чем обвинялись прочие лица - не знаем. Государь указал

сослать Одорского и других духовных особ в Соловецкий