Чтение онлайн

Проблемы начались на следующий день, когда оказалось, что братья могут и ссориться, и драться. В один такой момент, много позже, Анубис и не сдержал силу.

Дверь клуба распахнулась, и на улицу почти вывалился Амон. Огляделся и помахал Анубису с Гором:

– Прикроете меня перед Сетом, если что?

Анубис опешил, Амон уже натягивал джинсовку и шёл к кому-то в стороне: розовые волосы и опущенный в землю взгляд. Эбби.

– Это кто? – поинтересовался Гор. – И почему Сет против?

– Апоп. Она просит называть её Эбби, и они с Амоном нашли общий язык.

Гор с недоумением посмотрел вслед Амону, который подхватил Эбби под руку и уже удалялся в сторону.

– Может, их остановить?

Анубис покачал головой. Крикнул Амону:

– Не уходите далеко!

Тот махнул рукой, что услышал, и парочка исчезла за углом дома.

Гор опустился прямо на землю, спиной к стене, Анубис тихонько пристроился рядом с ним, ещё размышляя, не стоит ли вернуть Амона.

– Насколько всё плохо? – внезапно спросил Гор. – С мертвецами.

И внезапно Анубису захотелось выложить как есть:

– Плохо. Я их сдерживаю, но Дуат погано подчиняется. Я – проводник, а не владыка. Они стремятся сквозь меня. И я их слышу, постоянно.

Анубис криво усмехнулся.

– Представляешь, раньше не слышал и чувствовал себя одиноким. А теперь слышу их постоянно, но не могу разобрать слов. И либо схожу с ума, не контролирую силу, либо мертвецы утягивают за собой.

– Осирис не мог тебя научить. Не понимал этого.

– Почему он не пытался лучше?

Анубис впервые позволил себе что-то вроде ярости и горечи. Хотя он не винил Осириса в том, что тот его не научил. Он винил в том, что тот умер.

А потом пришло другое смутное ощущение. Нахмурившись, Анубис выпрямился, пытаясь вслушаться, понять.

– Ты сейчас похож на пса, – улыбнулся Гор. – Который навострил уши. Что такое?

Ощущение походило на давнее из клуба Сета, когда явились посланные Кроносом монстры.

– Чудовища, – выдохнул Анубис. – Это чудовища. Кронос послал их, отдал приказ.

На руках Амона устраивается один из псов Сета. Если всматриваться достаточно долго, то Амон начинает различать их. К нему обычно приходит этот, с небольшим белым пятнышком у носа. Считает за своего.

Нефтида негромко звякает чашками, от её чая пахнет разогретым песком и высушенными на солнце травами. Анубис сидит рядом, вытянув ноги. Он приехал – Амон прослушал откуда – и устал с дороги. Голос Сета негромкий, будто рокот далекой грозы. Он рассказывает о повседневных вещах и о новом саде Неф.

Пальцы проходят по короткой шёрстке собаки, и Амон с удивлением понимает, что прямо сейчас он абсолютно, безнадёжно и без оговорок счастлив.

Чудовища видели сны.

По крайней мере, Эбби точно видела все эти тысячи лет.

Неясные, смутные видения, в которых проносились разные уголки мира и жизни, где не будет её самой. Боги решили, что чудовища опасны, и стоило появиться новым, их погружали в сон. Но лучше бы при этом лишали способности видеть сны. Мелькающие картинки на осколках разбитого стекла.

Хотя что такое стекло, Эбби узнала, уже когда проснулась. Когда услышала зов Кроноса и осознала себя в похожем на человеческое теле.

Кронос сам состоял из того же хаоса, что и чудовища. Более необузданного, более всепоглощающего. Как главы пантеонов приказывали своим, так и Кронос мысленно командовал монстрами.

Его орудия смутной ненависти к усыпившим богам, армия хищников, готовых пустить в ход когти, зубы и силу.

При первой же возможности Апоп отправилась изучать мир из своих снов. Ее поразили воздух, свет стеклянных витрин и обычный человеческий смех. Это всё казалось таким густым, что протяни руку – и можно потрогать, прикоснуться. Урвать себе кусочек чего-то настоящего.

Больше всего Апоп поразило солнце.

В её снах был свет, но она не могла поднять голову и рассмотреть, что же это такое. Не видела закатов, постепенно угасающих на горизонте. Или рассветов, когда тьма отступала.

В снах царил полумрак. Хотя иногда чудовища могли общаться друг с другом.

Чаще всего Апоп видела Ёрмунганда. В отличие от прочих чудовищ он выглядел совсем как человек. Высокий, тонкий и спокойный. Они сидели вместе на шершавых камнях в очередном сне и разговаривали.

– Что Кронос хочет сделать с нами? – интересовалась Апоп.

Ёрм мягко улыбался:

– Я не знаю. Он держит нас как свою армию, хотя не уверен, что мы ему нужны. Он не хочет открытого противостояния. Он хочет подчинить богов. Отомстить сыновьям.

– Не отпускать нас, – заканчивала Апоп.

– И это тоже. Возможно, он отдаст приказ. Возможно, нет.

– И что нам делать сейчас?

– Наслаждаться свободой, пока она есть.

Апоп наслаждалась. Выбрала себе новое имя, и ей хотелось верить, что «Эбби» станет щитом, надёжной преградой между тем, что хочет Кронос и она сама.

Впервые о её желаниях спросил Амон. Эбби тогда растерялась. Постеснялась сказать, что жизни, которая до этого снилась. Которую она боится потерять теперь.

– Убить меня? – улыбнулся Амон, хотя не очень весело.

– Я не хочу этого.

– Но сделаешь, если придётся. Как ты говорила? Это естественное желание.

Эбби знала, что это так. Первая её осознанная мысль касалась того, что нужно разыскать и уничтожить Амона. Её тело жаждало этого, не вовремя обжигая кожу, и Эбби не представляла, как это контролировать и может ли она.

Она не делилась этим с Амоном. Сомневалась, что он поймёт, а вдруг и вовсе прогонит или даже уничтожит. Но потом сидела с Ёрмом и спрашивала, неужели нельзя преодолеть такие стремления?

– Мой брат должен был уничтожить солнце и начать конец света, – ответил Ёрм. – У него не вышло, а конец света всё равно происходит. Может, от наших желаний ничего не зависит.

– Почему тогда мы осознаём себя? – возразила Эбби. – Мы давно перестали быть безмозглыми чудовищами!

– Сны изменили нас. Это сны богов, и мы учились у них. Но я не знаю, будет ли этого достаточно.