Чтение онлайн

Как только Урс взглянул на существо, сидящее на троне, то сразу же отпрянул от парапета во второй раз.

Более странного существа Урс ещё никогда не видел: голова его была слишком большой для такого тела, глаза слишком малы для такой головы, руки слишком мускулисты для такой хилой груди, шея слишком тонкой для такого тяжёлого черепа, нос слишком длинным и узким для такого бесформенного лба, а кисти рук слишком изящны для такого грубо срубленного тела. Но самым страшным был рот карлика. Его отвратительный оскал от уха до уха выглядел так, будто при создании рот прорезали ему одним единственным ударом. И хотя он так сильно отличался от прочих зрителей в этом театре, всё-таки его белая кожа говорила о том, что он является представителем существ, сидящих на лучших местах. А поскольку он сидел на троне, то мог быть даже их королём.

Но больше всего в нём Урса удивляла не телесная уродливость. Ещё ни разу он не видел существа, так нагло выставляющего на показ свою злобу. Он театрально закатывал глаза, пока не оставались видны только белки, затем он прищуривал их в опасные щели, а потом снова широко распахивал их, беспощадно окидывая колючим взглядом публику. Беспрерывно он корчил гримасы, высовывал из своего ухмыляющегося рта тонкий длинный язык и издавал звуки недовольства, от которых вблизи сидящая публика съёживалась, как от удара плети. Урс подумал, как такое неприятное создание могло прокрасться в его сон?

Второе существо в ложе вертелось за троном. Цвет его кожи был тоже светлым, как у утопленника, и череп его тоже раздваивался, но в отличие от карлика на троне он был высоким и тощим. Кажется, всё происходящее ему совсем не нравилось, так как складывалось впечатление, что он пытается спрятаться за троном.

Карлик поднялся, встав на сидение трона. Тощий чёрный позади него повелительно поднял правую руку, и шум голосов на стадионе стих. Властелин, ухмыляясь, ещё раз облизал губы, прежде чем сдавленным голосом начать речь:

– Вуюветстпри вас, о, вы, выено киниплен раатте войсикра тисмер! Вы здесь, бычто сяжатьсра! Вы здесь, бычто ретьуме! О, вы, кичиливсчаст! О, вы, ныеранизб! Вы ныдасоз для гото, бычто в этом шемчайсовы твекуссис питьтувыс с томбюде редпе тойэ нойборот койлипуб! И вы тедебу сяжатьсра! И вы тедебу ратьмиу! Тоэ шава басудь! Чатьна смерть!

Эти слова гремели над ареной. Язык был частично знаком Урсу, частично неизвестен, но, очевидно, речь была направлена к вольпертингерам. Урсу даже показалось, что карлик с этого огромного расстояния уставился своими маленькими сверкающими глазками прямо на него.

Вольпертингер непонимающе посмотрел на Урса.

– Ты понял, что он сказал? – спросил он.

Только сейчас Урс заметил, что из камер в коридор и к парапету вышло множество других вольпертингеров. Вдали он увидел Рольфа, узнал Таско, Биалу и многих других. На противоположной стороне стоял Ушан де Люкка.

Неожиданно Урс вспомнил имя своего соседа – Коррин с Чёрного хутора.

– Нет, ответил он ему. – Я ничего не понял.

– Где мы? – спросил Коррин. – Это сон?

После странной речи публика молчала, будто глубоко тронутая. Затем начали раздаваться кашель и нервное шарканье ног.

И тут Урс подумал: " Если он спрашивает меня сон ли это, кто же тогда из нас спит?"

– Где мы? – снова спросил Коррин. – Что это за люди? И кто, к чёрту, этот отвратительный карлик?

Гаунаб Аглан Азидаака Бенг Элель Атуа девяносто девятый был, как ясно видно из его имени, девяносто девятым правителем Гела. Это, наравне с различными правами и обязанностями, означало, что он являлся тем отростком ветвистого родового дерева, чей отпрыск станет сотым королём Подземного мира и исполнит Красное пророчество.

Красное пророчествобыло древней надписью на ветхой стене из лавовых камней в центре Гела, написанной кровью величайшего алхимика и прорицателя Йота Бема Тагхда. Много лет тому назад он вскрыл себе вены остриём гусиного пера и использовал всю свою кровь для написания пророчества. Сильнейшее пророческое видение посетило его именно тогда, когда он находился далеко от дома и без чернил. Поэтому он вынужден был воспользоваться своими собственными жизненными соками и мученическим способом исполнил свои обязанности. Так записано в истории Гела.

Красное пророчествобыло написано древним шрифтом и очень запутанно, но алхимики Гела за сотни лет тяжёлой работы расшифровали и перевели его. Оно было разделено на двадцать предсказаний, восемнадцать из которых для непрофессионалов были едва понятны. Они были написаны с помощью своеобразного алхимического кода и кишели давным-давно неиспользуемыми словами. Если верить переводчикам, то это были положительные предсказания касательно счастья, здоровья и благополучия жителей Гела, которые исполнятся только, если искусство алхимии будет продолжать находиться на таком высоком уровне. Это и было одной из причин такого развития алхимии в Геле за последние столетия.

Девятнадцатое же предсказание говорило об ужасной катастрофе – о потопе, обвале пещерного потолка на город или подземном землетрясении, которая произойдёт, если искусство алхимии небудет поддерживаться на таком высоком уровне. Это было второй причиной развития алхимии в Геле.

Двадцатое и последнее предсказание велело под угрозой смертельной эпидемии сотому властелину Гела покинуть город вместе со своей армией и всеми врахоками и завоевать наземный мир.

Гаунаб Агкан Азидаака Бенг Элел Атуа девяносто девятый был более чем доволен тем фактом, что он является только лишь девяносто девятым властелином Гела, а не сотым. Поскольку он не обладал никаким желанием покидать Гел и завоёвывать чужой мир. Он не желал даже покидать свой трон. Его королевской обязанности – председательствовать в Театре красивых смертей– было ему более чем достаточно. Он любил наблюдать за людьми, когда они сражались, убивали и умирали и слушать восхищённые вопли зрителей. Его профессия была наилучшей в подземном мире – он был королём. И, что важно, он был счастливым королём.

Откуда произошло название города, никто не знает. Первым властелином Гела был, согласно истории, Гаунаб Аглан Азудаака Бенг Элел первый. Он правил в то время, когда город представлял собой пару каменных пещер, а его жители питались жирными лавовыми червями, выковыривая их из земли, или пожирали своих мёртвых сотоварищей.

Откуда берут своё начало гелцы тоже неизвестно, но то, что они всегда жили под землёй и не зависели от солнечного света, можно было легко заключить по их белоснежной коже. Историки предполагают, что предки гелцев не различали ни свет, ни цвета, а вместо глаз у них были щупальца. Это объясняло рогоподобные наросты на их головах, которые были не чем иным, как вырожденными щупальцами. Но это всего лишь слухи.