Чтение онлайн

– Хочешь быть ведьмой вместо меня? Я что-то уже тысячу раз репетировала ее с дочкой, и мне поднадоело, – предлагает Дарси. Я благодарно киваю, и пробегаюсь глазами по строкам. Роли со словами только у принцессы, принца, ведьмы и дракона. Все же остальные являлись декорациями. Никки и Дом были деревьями. Лиам – был рассказчиком и занавесом одновременно. Крис и Лукас – волшебными животными, помогающие принцессе. Бабушка с дедушкой – королем и королевой, но они умирают в пьесе, раньше, чем успевают сказать и слово.. Пэдди, Сэм и Гарри должны были играть роль трехглавого злобного дракона, сторожившего башню, в которой жила принцесса – Сьюзи. В эту башню ее заточила я – злая ведьма. Ну а спасти малышку должен был Томас – прекрасный принц.

Получив роли, вся семья переместилась в гостиную, где Сьюзи уже репетировала с Томом. Дарси достала айфон, встала посередине, и в одной руке держа сына, стала снимать нашу постановку. На счет три, в центр гостиной вышел дядя Лиам, прошелся взад-вперед, якобы открывая занавес, и принялся рассказывать историю: «в далеком-далеком царстве, однажды, родилась маленькая принцесса». К дивану подбежала Сьюзи и начала плакать, как грудничок, показывая свое «рождение». Я хихикнула. Но только потом поняла, что настал мой выход. «Злая ведьма, ненавидела короля и королеву, поэтому решила их убить, а маленькую девочку украсть и заточить в башне, никогда не выпуская». Я делаю какие-то несуразные движения руками, якобы убивая Терезу и Джона, которые хватаются за грудь и падают на диван.

– Теперь ты будешь жить в моей башне, маленькая принцесса, и никто никогда тебя не найдет, – злобным голосом кричу я, и хватаю девочку на руки, утаскивая в сторону елки. Там была башня. Сзади я слышу смешки Тома, но не обращаю на это внимание. У меня не было столько лет практики актерского мастерства.

«Для того, чтобы ребенок не сбежал, ведьма создала трехглавого дракона, который сторожил башню и пускал только ее к маленькой девочке» – продолжал историю Лиам. На сцену выползли братья Холланд, обнимая друг друга, зажав Пэдди посередине, и вытягивая свои макушки в разные стороны и «извергая» пламя. «Девочка росла в башне совсем одна, и только два волшебных существа, похожие на собак, составляли ей компанию. Каждый день она мечтала, что найдется в этом мире принц, который придет и спасет ее из заточения. И вот, однажды, слух о бедной принцессе в башне ведьмы дошел до одного прекрасного принца». Пришел черед Томаса. Он выпрямил спину, сделал такую серьезную мину, разыграв миниатюру «как до него дошла новость» и запрыгнув на «импровизированного» коня в виде подушки, поскакал к башне. Я не могла сдержать улыбки, но увидев хмурый взгляд Сьюзи, вновь стала серьезной. Я ж злая ведьма как никак. «Принц скакал день и ночь, лишь бы спасти бедную принцессу. Это был храбрый молодой человек, который не боялся никаких ужасов, ожидающих его у башни. Когда он добрался до места назначения, его встретил огромный трехглавый огнедышащий дракон». Братья стали нападать на Тома, но тот достал меч, и отрубил всем якобы голову. Парни повалились на пол, издавая смешные предсмертные звуки. «Ведьма почувствовала, что башня осталась без защиты, и переместилась на поляну, чтобы узнать, кто же посмел вторгнуться на ее территорию. Увидев ведьму, принц побежал на нее с мечом, и воткнул ей его в самое сердце» – голос Лиама был такой зловещий, что у меня аж холодок побежал по спине, особенно когда Том и вправду подошел ко мне, и притворился, что вонзает мне меч в грудь. Я схватилась за плечи, прокричала заветное «неееееет!!!» (так было в сценарии, не вините меня), и упала к ребятам на пол. Целая кучка «трупов», в виде меня, бабушки с дедушкой и братьев наслаждались представлением дальше, с открытыми глазами. Том засунул меч обратно в ножны на поясе и принялся взбираться на башню, откуда на него смотрела Сьюзи.

– Принц, ты спас меня! – восторженно заверещала девочка, а Том подхватив ее на руки, ответил:

– Я всю жизнь мечтал о такой принцессе! – а затем смачно чмокнул ее в щеку.

Лиам объявил конец, и вновь прошелся туда-обратно, опуская занавес. Все дружно принялись хлопать. У меня сердце замирало, когда Том принялся кружить девчонку по комнате, нахваливая ее маленькую «постановку».

– Ты невероятная умница, Сьюзи. Столько драмы добавила в своего персонажа, – ухмыляясь и ставя ее на землю, проговорил Том.

Покраснев, она тоже чмокнула его в щеку, и побежала к своей маме, которая все еще снимала нас на видео. Мне было так уютно валяться на полу. Слишком много еды и алкоголя. Я попыталась было уже подняться, но принц, который видимо еще не вышел из своей роли, примчался мне на помощь и протянул руку.

– Ты была самой обворожительной ведьмой, что я когда-либо видел, – заправляя выбившуюся прядь мне за ухо, похвалил меня Том.

– Спасибо, это мой первый дебют на сцене. Кажется актерство – не мое, – пожимаю плечами.

– Это потому что ты совсем не умеешь притворяться. И это здорово, Мэри, – он прячет свое лицо у меня на плече, и я чувствую какое-то напряжение. Что с ним сегодня такое?

Все семейство уселось на большом диване и продолжило общаться. Мы же с Томом постарались втиснуться в одно кресло. Нам удалось, но прижимались мы друг другу очень сильно.

– Я предлагаю не заканчивать нашу творческую паузу, – раздался голос бабушки Тесс. – Сэм, дорогой, сыграешь нам что-нибудь праздничное?

Только сейчас я замечаю в противоположном конце гостиной черное пианино, на котором стояло множество фоторамок и оригинальный подсвечник, создающий атмосферу камерного уюта. Я приняла его за комод. Парень поднимается с дивана, садится за маленький пуф и разминает пальцы.

– Бабушка, что ты хочешь послушать? – спрашивает Сэм, открывая крышку пианино.

– На твой вкус, милый, – отмахивается бабуля и с обожанием смотрит на внука. Теперь я понимаю в кого семья Холландов такая творческая. Бабушка – учитель музыки. Это оставило свой отпечаток. Устроившись поуютнее в объятиях Тома, я приготовилась слушать. Сэм начинает с простой версии “We Wish You a Merry Christmas”, затем играет “Carol of the Bells”, музыка от которой у меня бегут мурашки по коже, а дыхание замирает. Краем глаза я вижу, как Том наблюдает за моей реакций. Но я также вижу, как за Томом наблюдает его дедушка. Ох, уж эта игра в гляделки. Вновь обращаю все внимание на Сэма, и погружаюсь в музыку. Парень переходит от композиции к композиции, и я узнаю не все мелодии, но в один момент, мое сердце делает кульбит. Я слышу первые ноты “December Prayer” by Idina Menzel. Я тихонечко напеваю себе под нос первую строчку песни, и мелодия замолкает. Сэм оборачивается в нашу сторону.

– Ты знаешь эту песню? – удивляется он, а я киваю в ответ. – Тогда давай ко мне сюда, будешь петь, погромче,

– Ой, нет-нет, Сэм. Ни за что, я плохо пою, давай лучше твое исполнение послушаем! – протестую я, вжимаясь еще больше в кресло, но что-то мешает мне – это руки Тома, выталкивающие меня из кресла.

– Ты замечательно поешь, я слышал! Давай!

– Том!

– Тут все свои, дорогая, не стесняйся, – доносится с дивана голос Николь, а все присутствующие одобрительно кивают.

Мне хочется провалиться под землю прямо вот на этом месте. Послать всех куда подальше и убежать. Но это было бы невежливо. Вряд ли бы родные Тома оценили такое поведение, поэтому я ватными ногами направляюсь в сторону Сэма и фортепиано. Я подхожу поближе, наклоняюсь к его уху и шепчу, так чтобы только он услышал:

– Этот позор на твоей совести, Холланд, – а затем прокашливаюсь, и проигнорировав веселую улыбку Сэма, фокусирую взгляд на камине, чтобы не так нервничать. Слышу вновь первые ноты и открываю рот:

“In the touch of a friend, in the breath of a child,

In the eyes of a soldier coming home to his mother’s grateful smile,

In the sight of falling snow, and the memories it brings,

In the season when you find some peace, in the simple tender things,

Open your heart and look around, listen…listen”

(В прикосновении друга, в дыхании ребенка,

В глазах солдата, возвращающегося к благодарной улыбке своей матери,

В падающем снеге, и в воспоминаниях, что он навевает,

Во времени года, когда ты находишь покой, в простых нежных вещах,

Открой свое сердце, посмотри вокруг, и прислушайся...прислушайся)

Немного фальшиво, немного пискляво, но пойдет. Я смотрю на огонь, стараясь погрузиться в песню и не думать о том, что на меня смотрит дюжина человек. Эта песня была одна из моих любимых в канун Нового года. В ней было столько добра и тепла, а надежды...Я сглатываю и продолжаю:

“Hear the song within the silence,

See the beauty when there’s nothing there,