Чтение онлайн

Слово «аква», разве что младенцам не знакомо, я понял, что она говорила про воду. А пить хотелось настолько сильно, что дурные мысли о попытке отравить, в голове не задержались. Я сделал первый глоток и замер, очень вкусно, жидкость оказалась прохладной и чуть сладковатой, и вроде с фруктовыми нотками. Тут в поле зрения попал рукав собственной куртки, дыра в ткани, кровавое пятно. Я забыл про воду, осмотрел руку полностью, ткань была пробита в трёх местах.

— Ви эстас вундита, бонан синжорон, ми тровис вин тиел! — она говорила с мольбой в голосе, но я всё равно ничего не понял и продолжил осматривать свою одежду.

Дырки, если так можно сказать про собственное тело, были везде, куда попадал взгляд, я проверил, заглянув под одежду, и нашёл там едва затянувшиеся раны. Но боли как таковой не было, просто дискомфорт.

А на запястье левой руки появилось грязно-синее пятно размером с рублёвую монету, с какой-то закорючкой по центру. Очень похоже на китайскую татуху, непонятно что это, зато выглядит очень круто.

— Какого хера? — мой голос и манера, неожиданно напомнили отцовские, когда мамы нет.

Лысая девушка опять зачирикала на непонятном языке, я уже не знал, как это воспринимать. Троллинг? Не по адресу. Кто я, чтобы так заморачиваться, да ещё и с актрисами. Притом я не забыл про боль во всём теле, такое из памяти не вычеркнешь. Когда продирался через преграду из деревьев, в меня впивались ветки, я орал от боли.

И где я теперь? Почему на улице день? — тут я впервые обратил внимание на растительность за спиной.

Густой кустарник, на одной из веток висел кусок ткани, похожий цветом на мою футболку. Я распахнул куртку, так и оказалось, на правом боку был выдран клок, безобразно выглядящая рана уже подживала.

Писец, я же чуть не умер?! — посмотрел на траву между ног, на ней полно бурых пятен. Как будто свинью резали, а затем кидались кусками мяса. Этот странный сон, с кашей, я же буквально чувствовал, как срастаются порванные ткани.

— Что случилось? — обратился я к испуганной девушке.

— Ми не компренас, синжоро, не колерас, — она едва не заплакала, мне стало жаль девушку.

— Нет-нет, не бойся… спасибо тебе, — я выставил руки перед собой в знак мира, та смотрела недоверчиво.

Поднявшись на ноги, я чуть покачнулся, мой рюкзак валялся в стороне, прямо среди зарослей цветов, показавшихся знакомыми. Девушка опять что-то залепетала и начала собирать свой мешок.

Странная какая-то, будто дикая, неужели в лесу живёт… А может здесь табор, или что там, нелегалов прячется? На узбечку она непохожа, и язык другой.

Мне стало неудобно, она помогла мне, возможно, жизнь спасла, хотелось её как-то отблагодарить. Но как? Я забрался в рюкзак, там лежал пакет Машиных пирожков и бутылка минералки. Увидев газированную воду, вспомнил, что всё ещё хочу пить, не удержался, свинтил крышку и припал к горлышку. Минералка в сравнении с водой из глиняной бутылки, всё равно что тёплая вода из-под крана, но хотя бы жажду утолила. Вылакал почти половину, но особого удовольствия не получил.

Я хотел поделиться этим со своей новой знакомой, а её и след простыл, осталась примятой трава на месте, где она сидела.

Блин, некрасиво получилось, — я окинул взглядом окружающие меня деревья и не смог понять в каком направлении ушла странная незнакомка.

В этот момент, мысли, наконец, вернулись к действительности.

Сейчас день, я ушёл ночью, меня, скорее всего, уже ищут, родители, может и полиция… Маша, наверное, тоже волнуется. А я тут, непонятно где стою и цветочки разглядываю.

Я почти сорвался к рюкзаку, что-то меня зацепило. Вспомнил описание Лунной травы.

'Листья узкие, ланцетные, с едва заметным перламутровым отливом. На ощупь мягкие, как шёлк, с лёгкой прохладой.

Цветки мелкие, звездчатые, бледно-голубые или лавандовые. Распускаются только в сумерках, излучая слабое свечение, будто капли лунного света упали на землю.'

И как я запомнил, непонятно. Очень похожи, вот только сейчас не сумерки, — я пощупал листья, они и вправду как шёлковые, даже прохлада почудилась. Не всё же там правду пишут, и про девственника натрындели.

Я осмотрелся в поисках чего-нибудь типа лопаты, да только откуда ей взяться, да и кирка куда-то запропастилась. Решил попробовать руками, земля оказалась мягкой, принялся копать. Да, корни на удивление крупные, сверху напоминали морковь, только светлую и уходили на глубину разветвляясь. Меня это зацепило, принялся рыть с упорством крота, благо земля чуть плотней песка. Получилась яма, в которую можно спрятать небольшой клад, но корень всё ещё уходил в землю.

Я не стал копать глубже, из лежачего положения руки уже плохо дотягивались, а расширять без инструмента проблематично. Обломил все ветки корешка на максимально возможной глубине. Вытащил его из ямы и посмотрел на срез, вспоминая описание.

«Корень толстый, ветвистый, с золотистым оттенком. В разрезе напоминает узор из тонких колец, словно миниатюрное дерево времени».

Не знаю, что имелось в виду под деревом времени, на срезе читался чёткий рисунок восьмёрки. Выглядело красиво, я не знаток в корнях и деревьях, но это казалось чем-то волшебным, даже засмотрелся.

Нужно ещё накопать, вдруг одного будет мало, — будучи уверенным, что нашёл ту самую травку, я принялся копать.

Спустя какое-то время, когда в пакете лежало с десяток корней вместе с цветами, решил закругляться и принялся закапывать яму. После, отряхнув руки, уселся на землю и достал пирожок с луком и яйцом, схомячил его за минуту, взялся за второй. Когда почти его доел, где-то недалеко раздался вой. Я тут же пришёл в себя, уронив в траву недоеденный пирожок.

Блин, что делать-то? — проснулся страх.

Скользнув взглядом по густым зарослям, из которых, скорее всего, и выбрался ночью, понять нетрудно, вокруг всё было в бурых пятнах. Заметил знакомый предмет, торчал клюв кирки. Не знаю, откуда появилось столько прыти, но я сорвался с места и в два прыжка оказался рядом с инструментом.

И вот я, стою наготове, в руке кирка, а под ногами рюкзак. Только к чему готовый, непонятно, боец из меня никакой, но не хотелось терять трофейные корни, да и куда бежать не знаю.

Корни — лекарство для Машиного деда, а она моя девушка, — неожиданно у меня появилась цель, что добавляло уверенности, и в этот момент, выскочил зверь. — Мама… — я сразу понял, что это не собака.

Не бывает у них столько острых клыков и шерсть густая, серая. Тварюга зарычала, сделавшись ещё страшнее и раззявив пасть, рванула на меня.

— Сдохни!!! — я махнул киркой, будто отмахиваясь от кошмарного сна, а та возьми и выскользни у меня из руки. Поддавшись инерции, я полетел на траву.