Чтение онлайн

В мечтаниях упорных он взлетел

До области семейственно-интимной.

Но и в семейном быте он устал

И хмурыми подумывал веками,

Что не сколотишь добрый капитал

Одними лишь семейными руками.

Что надо семьи многие прибрать

Посредством денег, силы и коварства

И во главе порабощённых стать.

И вот уже возникли государства.

Но ум есть ум. Какой ни есть доход,

Ему всё недостаточно, всё мало.

И вот империи он создаёт.

И алчность пуще прежнего взыграла.

Сверхгосударства вечную войну,

Войдя в азарт, друг другу объявляют.

И всё растут в длину и в ширину,

И главари карманы набивают.

Но это внешне видимый аспект,

А есть ещё и внутренний. Богатство,

Которого сильней на свете нет,

Творит невиданные святотатства.

Они с годами так меняют жизнь,

Так строят отношения людские,

Что для одних – хоть сразу в гроб ложись,

А для других – эльбрусы золотые.

Возьмём такой бесхитростный пример.

Еще недавно в Англии не часто

На сотню тысяч душ миллионер

(Миллионер – подумайте) встречался.

А нынче только в Лондоне одном

Миллиардеров сотни! Не смешно ли?

Вы лишь немногих вспомните с трудом,

А целиком – вороньи стаи в поле.

Рабовладенье, феодальный строй,

Капитализм, формация сегодня,

Они из страсти никакой иной,

Но страсти к золоту. А страсть, как сводня,

Со шлюхой-капиталом нас, людей,

Делами непотребными сближает,

И больше никаких у нас идей,

И этим страсть влечёт и заражает.

И нету избавленья от неё,

Покуда род людской подвержен рабству,

Покуда он смирение своё

Не сменит жгучим гневом к государству.

Пока душой и телом не поймёт,

Что сам себе он враг первостатейный,

Поскольку прозябает, не живёт

Своей болотной жизнью безыдейной.

А ведь идея так ясна, проста —

Уйти от прозябанья и смиренья,

От всепрощенья, то есть от Христа,

От послежизненного воскресенья.

Прижизненно воскреснуть мы должны,

Воскреснуть духом и воскреснуть телом

И рабство кровопийцы-сатаны

Разрушить наступлением умелым.

Но не таким, коротким, словно час,

А волевым, решительным, навечным,

Чтоб никогда не сник и не угас,

Но всепланетным стал, всечеловечным…

Вот нынешней истории черты,

Вот нынешней гордыни заблужденье!

А что в итоге? Только лишь кресты.

Лишь только дьявольское наважденье.

Не учат нас уроки прошлых лет.

Ушибы, поражения не учат.

История? Её поныне нет.

Заместо правды – измышлений куча.

Кого устроит обезьянья чушь?

Лишь только тех, кто лжи кромешной служит.

Всё это опровергнуто, к тому ж,

Но ложь над сонным миром кружит, кружит.

Ведь стоит лишь задуматься над тем,

А что за миллиардные эпохи

Останется? – Понятно, прах и темь.

И от ученья ложного – ни крохи.

Но есть ли Истина? И свет её?

Возможно, что и это заблужденье?

Не торопись, читатель. Вот моё,

Христовых откровений изложенье.

22.07.16 г.,

Священномученика Панкратия,

Епископа Тавроменийского

Предисловие второе

(библейское)

Бог говорит о том, что без Него

Ничто бы в этом мире не возникло —

От крошечного кварка одного

До общего космического цикла.

Чтоб возникало что-то по себе,

Хотя бы по крупинке самой малой —

Такого даже и в моей судьбе,

Запутанной, ни разу не бывало.

Быть может, вы счастливее меня

И есть у вас неслыханные вести,

Звоните среди ночи или дня,

Подумаем над вашим чудом вместе.

Однако знаю, глупо ждать звонка,

А потому вернёмся к предисловью.

Эпоха та ужасно далека,

Но всякий раз пронзает сердце новью.

В непостижимой вечности Своей,

В святой любви, под благодатной сенью,

Из ничего в начале наших дней

Создал Владыка небеса и землю.

Создал, поскольку Бог Ума и Сил,

Любви и Мудрости, и Благодати.

И мир сначала только небом был

И проматерией, безвидной, кстати.

Слабы земные наши словеса.

Но нет других. Видать, судьба такая.

Шар разлетающийся – Небеса,

Внутри – микрочастицы, пыль земная.

Но и тогда здесь жизнь уже была,

В громадном этом шаре первородном.

Жизнь ангелов без счёта и числа,

Не роботов, а с выбором свободным.

Как ведающий всё, Создатель знал,

Что вскоре треть из них, Его покинет.

Но точно так Он и людей создал,

И ангельский раскол людей не минет.

Всё это знал Он, только знал и то,

Что без свободы – ада нет и рая.

Пускай не укорит Его никто,

Путь на земле и в небе выбирая.

Извечно знал Он, это не секрет,

Что большинство пойдёт кривой дорогой.

Но кто сказал, что в этом счастья нет,

В той горстке истинной, хоть и немногой?

И потому Свой славный шестоднев