Чтение онлайн

Она стояла, еле переводя дыхание. Снова глянув на бандита, я понял, что это она его ведром приголубила. Метко.

Так, Антоха, не наступаем на грабли. Добиваем, пока не встал.

Тем временем первый разбойник, которого еще я приложил ведром — а говорил, что нет ничего похожего на оружия — начал приходить в себя. Пошатываясь, я поднялся на ноги и схватил дубинку. Два удара. Вот и отлично. Поспите, голубчики.

— Милава! — позвал я девушку. — Вяжи его!

Она вмиг опомнилась. Схватила откуда-то веревку и сноровисто связала разбойников по рукам и ногам. Оба разбойника были обездвижены. Схватка окончена. Я жив. А Милава умница.

Наконец-то можно было выдохнуть.

Но, с другой стороны, все только начиналось. Теперь надо было разобраться, кто эти люди, зачем они вернулись и кто их нанял. И самое главное — как все это связано с убийством Тимофея.

Милава, бедная, стояла посреди мельницы, сжимая в руках ведро, которым «приласкала» второго разбойника. Лицо у нее было такое, будто она сожалела о вмятине на этом ведре. Я хмыкнул.

— Милава, ты умница, — поблагодарил я девчонку.

Она посмотрела на меня, кивнула и утерла слезы.

Все закончилось. По крайней мере, на сегодня. Посмотрел на Милаву. Все еще тряслась, но уже немного успокоилась.

— Спасибо, — сказал я ей. — Если бы не ты…

— Я просто… — пробормотала она, — испугалась.

— Ты молодец, — перебил я ее. — Ты спасла нас.

Она слабо улыбнулась.

— Ладно, — сказал я, — теперь нужно этих допросить. Может, узнаем, кто их нанял.

Я подошел к высокому разбойнику, которого приложил ведром я. Он уже немного пришел в себя, но выглядел потерянным.

— Ну что, герой, — сказал я, присаживаясь рядом с ним на корточки. — Поговорим?

Он затряс головой, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

— Кто вас прислал? — спросил я. — Кто вас нанял, чтобы убить Тимофея и напасть на деревню?

Разбойник молчал, глядя на меня с испугом.

— Говори, — потребовал я. — Или хуже будет.

Он сглотнул и тихо прохрипел:

— Не скажу…

— Ну как знаешь, — пожал плечами я, вставая. — Милава, принеси-ка мне палку. Побольше.

Милава вздрогнула, но принесла мне какое-то оглоблище.

— Сейчас мы посмотрим, как ты запоешь, — сказал я, помахивая палкой перед лицом разбойника.

Лицо разбойника стало серым.

— Ладно, ладно! — затараторил он. — Скажу! Только не бей!

— Говори, — повторил я.

— Нас… нас один старейшина нанял, — выпалил разбойник.

— Какой старейшина? — нахмурился я. — Говори имя!

— Не знаю… — ответил он, опустив глаза. — Он не сказал… Только денег дал. И сказал, что Тимофея надо убить, и деревню напугать.

— Зачем? — не понял я.

— Не знаю, — повторил разбойник. — Сказал, что так надо.

— А ты не спросил, зачем это надо? — спросил я, в упор глядя на него.

Разбойник только покачал головой.

— Он просто дал деньги, сказал делать, что он прикажет, — пробормотал он. — Мы и сделали.

— Так, — сказал я, — твою версию услышал. Спросим твоего дружка. Он как раз приходит в себя.

Я пихнул второго, который действительно приходил в себя. Судя по стону, ему досталось посильнее. Милава неплохо его ухайдокала.

— Ну что, — спросил я. — Твой друг все рассказал. Теперь твоя очередь. Или ты хочешь почувствовать на своей шкуре эту оглоблю?

Его лицо перекосило, но он заговорил.

— Я не знаю, кто нас нанял, — сказал он тихо. — Он не называл своего имени.

— Но ты его видел? — спросил я.

Разбойник нахмурился.

— Старик, — ответил он. — Седой. Голос хриплый. И всегда молчал, пока не приказывал.

— Так, — сказал я, — а что про Тимофея? Что вам сказали про него?

— Сказали, что он слишком много болтает, — ответил разбойник. — Что он лишнего знает.

— Лишнего знает? — переспросил я, нахмурившись. — Что он мог знать?

Разбойник пожал плечами.

— Не знаю, — ответил он. — Сказали просто, что его надо убрать.

Слишком много болтает, значит. А ведь Тимофей вначале говорил мне про Добрыню. Что тот не любил старого старосту, что ему власти не хватало. А потом поведал версию про разбойников, которые возможно были подосланы Добрыней на праздник.

Это получается, что Тимофея из-за меня убили?

Я посмотрел на разбойников. Они ничего не знали, кроме того, что им приказали. Они были всего лишь исполнителями.

— Ладно, — сказал я, вставая.

Я отвернулся от разбойников и посмотрел на Милаву. Она стояла у двери и смотрела на меня с тревогой.

— Ладно, — сказал я, отступая на шаг от связанных разбойников. — Вы меня не убедили. Сказки про «не знаю имени», «приказали убить» и прочие отговорки можете оставить для дураков. Я таких историй наслушался. Милава, — позвал я девушку, — приготовь-ка нам всё необходимое для более… убедительной беседы. Воды, тряпки, и, может, найдется что-то еще… эдакое.

Милава кивнула и быстро принялась выполнять мой «заказ». Принесла ведро с водой — они у нее бесконечные что ли — пару грубых тряпок, и, к моему удивлению, нашла даже небольшой мешочек с солью.

— Вот, — сказала она, протягивая мне мешочек. — Может, пригодится.

Я хмыкнул, взял мешочек, взвесил его в руке. Отлично.

— Ну что, герои, — сказал я, поворачиваясь к разбойникам. — Повторим наш разговор, но теперь, с небольшим… «улучшением». Может, с освежающими водными процедурами или с солеными приправами на ссадинах, станете более разговорчивыми? Вы же не хотите, чтобы я, по старой дружбе, применял свои знания о пытках? А я, между прочим, знаю немало «интересных» способов убеждения.

Высокий разбойник передернулся. Он посмотрел на Милаву, потом на меня, и вздохнул.

— Ладно, — забормотал он. — Только не надо… не надо… Я все скажу.

— Вот и славно, — я присел на корточки рядом с ним. — Начнем с простого. Имя. Как звали вашего нанимателя?

Разбойник замотал головой.

— Я же говорил, не знаю… он не назывался.

— Это ты мне рассказываешь? — приподнял я бровь. — Ты же сам сказал, что старейшина. Какой старейшина? Наш, из Березовки? Или какой-то другой? Неужели у старейшин нет имен? Или он у вас как Волан-де-Морт, «Того-чье-имя-нельзя-называть»? Ну, давай, рассказывай поподробней.