Чтение онлайн

Этот великий собиратель Литовско-Русского государства погиб в борьбе со своими злейшими врагами — тевтонскими рыцарями. Он был убит при осаде в 1241 году немецкого замка Баербург, причем из огнестрельного оружия. Тело князя отвезли в Вильню и здесь, подле города, на громадном костре кремировали его по древнему литовскому языческому обычаю, облаченного в торжественные одежды и с полным вооружением, вместе с любимым слугой и конем, тремя пленниками-немцами и частью военной добычи. Великое княжество Литовское и Русское к тому времени уже, безусловно, обрело свои суверенные цели и задачи, реализация которых в том числе не позволила растащить западные, северо-западные и юго-западные земли Киевской Руси по частям, лишить их население этнической и религиозной идентичности. И лишь только за это оно уже заслуживает признательности и уважения потомков.

Внезапная смерть Гедимина, вероятно, не позволила ему назначить преемника. Между тем у этого князя было семь сыновей, каждый из которых владел уделом. Князь Карачевский и Слонимский Монвид умер вслед за отцом, но оставались в живых еще шесть наследников: Наримонт (в крещении Глеб) — князь Туровский и Пинский; Ольгерд — князь Витебский; Кейстут — князь Троцкий (Тракай, Жемайтия, Подляшье, города Гродно и Брест); Любарт (в крещении Владимир) — князь Волынский; Кориат (в крещении Михаил) — князь Новогродский (Новогрудок) и Евнут (Явнутий) — князь Виленский. Не совсем понятно, почему обладателем Вильни и ряда других больших городов в центре ВКЛ тогда стал младший из них — Евнут, формально возглавивший государство в 1341–1345 годах, ибо пользоваться всеми правами великого князя в глазах своих старших братьев он, без сомнения, не мог. В очередной раз возникла опасность распада Великого княжества Литовского на несколько мелких уделов, так как сразу же после гибели Гедимина его сыновья начали междоусобную войну за право наследования верховной власти в стране. В 1345 году наиболее энергичные из них Ольгерд и Кейстут (сыновья одной матери) отстранили от власти Евнута и стали соправителями ВКЛ. По словам литовского летописца, после успеха заговора Кейстут предложил Ольгерду первенство в делах как старшему по возрасту. Между собой братья договорились жить мирно, а Евнуту выделили во владение Изяславль. Соловьёв, однако, считает, что при захвате власти Ольгерд и Кейстут выступали против двух других своих братьев — Наримонта и Евнута, которые после бежали. Наримонт — в Орду, а Евнут в Москву к князю Симеону Ивановичу, где был крещен под именем Иван. Вскоре, однако, он вернулся и получил в удельное княжение Заславль и отдельные земли на Волыни.

Среди историков есть еще мнение, что выступление Кейстута и Ольгерда спровоцировали тревожные вести о готовящемся большом походе на Литву тевтонских рыцарей, поступившие зимой 1345 года, и о том, что на помощь им из Западной Европы идут сильные рыцарские отряды. Такого удара разобщенная Литва могла не выдержать. Кроме того, пользуясь междоусобицей в ВКЛ, великий князь Московский Симеон Гордый получил в Орде ярлык на Великое княжество Владимирское, дававший ему право на верховную власть во всех землях Руси, зависимых от татар. Как сильный и способный политик, после этого Симеон Гордый стал претендовать чуть ли не на все русские земли, склонившиеся к Литве при Гедимине. Совершив переворот, Ольгерд и Кейстут действительно смогли собрать необходимые силы, и, когда рыцари вторглись в Литву, они сами напали на Ливонию, заставив тем самым противника озаботиться защитой собственных владений вместо нападения. Поход рыцарей, грозивший большой опасностью, кончился ничем.

Заняв трон Великого княжества Литовского, братья-соправители поделили между собой его земли и вытекающие из этого обязанности, так как остальные родственники признавали их верховную власть. Ольгерд, которому в 1345 году исполнилось 50 лет, получил во владение восточную часть земель ВКЛ, большинство русских, находящихся в зависимости от Литвы, а многих одновременно и в вассальной зависимости от Золотой Орды. 35-летнему Кейстуту достались западные земли: Жемайтия, Ковно (Каунас), Гродно, Волковыск, Брест и Подляшье, а Любарт Волынский стал его вассалом. Таким образом, каждый из братьев выбрал собственное направление деятельности как в обороне, так и в наступлении. В сфере ответственности Кейстута оказалась тевтонско-ливонская проблема, а также Польша. Ольгерд стал ответственен за политику в русских княжествах, Новгороде, Пскове и в Орде.

Совершенно разные, братья словно дополняли друг друга. Каждый из них был в достаточной мере силен, поэтому помощи друг от друга они практически не получали. Ольгерд превосходил Кейстута умом и славолюбием, вел жизнь трезвую, деятельную, не пил вина и крепкого меду, не терпел шумных застолий, и когда другие тратили время в суетных забавах, он был сосредоточен на поиске способов распространения своей власти. Нужно отметить, что Ольгерд был сыном русской княжны и сам был дважды женат на русских княжнах, принял православие (в крещении Александр), был поклонником русской культуры и покровителем православных христиан. Вместе с тем Ольгерд стал достойным продолжателем дела отца и с успехом продолжал территориальную экспансию на сопредельные русские земли. Как следствие, за время его правления территория Великого княжества Литовского увеличивается вдвое — были присоединены Брянская, Северская, Киевская, Черниговская и Подольская земли. С этого времени ВКЛ стало официально называться Великим княжеством Литовским и Русским.

Ольгерд.

Кейстут.

В отличие от него Кейстут всю жизнь оставался язычником, имел рыцарский характер, отличался храбростью и воинскими дарованиями, был любим народом и был самым популярным государственным деятелем в княжестве. В общем, если Ольгерд сосредоточился преимущественно на присоединении русских земель, то Кейстут возглавлял оборону от иноземных захватчиков ядра собственной территории ВКЛ. И забот у него хватало. К началу XIV века Орден владел Пруссией, Курляндией, Семигалией, частью Ливонии и Жемайтии.

Ко времени княжения Кейстута и Ольгерда война с тевтонцами принимает невиданные масштабы. В 1340–1410 годах крестоносцы совершили 97 крупномасштабных походов на Литву и Чёрную Русь, не считая кратковременных набегов, которых ежегодно совершалось по 4–8. Проще говоря, война велась постоянно, так как язычество, все еще царившее в Жемайтии — современной Литве, в известной степени оправдывало агрессию Тевтонского ордена в Восточной Европе, которая мотивировалась благой целью окрестить языческие народы. Правда, поляки-католики страдали от этой агрессии немного меньше язычников литовцев.

Рыцари Великого княжества Литовского начала и конца XIV века.

В 1345 году поход крестоносцев на Литву сорвался потому, что их войско завязло в болотах. Но зимой 1347–1348 годов был организован новый поход и в битве на реке Страва литвины потерпели поражение. Был убит Наримонт, однако захватить литовские земли крестоносцам опять не удалось. Далее Кейстуту пришлось отражать крупные рыцарские рейды в 1353, 1354, 1356 и 1358 годах. На каждый из них он отвечал опустошительным вторжением в прусские владения Ордена. Кейстут дважды оказывался в орденском плену — первый раз он был отпущен, дав обещание «не поднимать меча» против тевтонцев, а во второй раз просто бежал.

Проблема была еще в том, что экспансия Ольгерда в Юго-Восточной Руси оттягивала силы литвинов от западных границ, а собственного военного потенциала Кейстуту явно не хватало. Несмотря на ряд побед, в 1361 году его войска вновь были разгромлены крестоносцами, а сам Кейстут второй раз попадает к ним в плен. Сложность ситуации подстегнула недовольство подвластных ему дворян. В 1365 году был раскрыт заговор литовской знати против Кейстута, лидером которого стал сын князя Бутовт. После провала заговора его участники укрылись в Ордене, а Бутовт был крещен крестоносцами в католическую веру и находился при дворе германского императора как основной претендент на литовский престол. Главным помощником князя-соправителя в войнах с крестоносцами долгое время был его старший сын Пиринг, но он тоже был замешан в заговоре против отца. За что его сослали на восточную границу княжества, где Пиринг и погиб в битве с татарами.

Воспользовавшись тем, что большинство литовских войск было переброшено на восточные границы для ведения военных действий против Москвы и Орды, в 1367 году крестоносцы основали свой новый форпост — крепость Мариенбург чуть ли не у самого Ковно (Каунуса). Ответом на это стал совместный поход братьев-соправителей в Пруссию в 1370 году. В сражении на льду озера Рудава погиб великий маршал Тевтонского ордена, но и сами литвины понесли столь большие потери, что крестоносцы даже посчитали себя победителями. Поход Ордена, предпринятый в следующем году, был отбит с большим трудом, но натиск временно приостановился, крестоносцам тоже нужна была передышка. В то же время польский король Казимир, воспользовавшись неблагоприятной для Литвы ситуацией, заявил о своих претензиях на волынские земли, а до того занял галицкие земли. Кроме Польши, на них претендуют ВКЛ, Золотая Орда и Венгерское королевство. Вследствие чего вспыхивает война за галицко-волынское наследство. В общем, в период правления братьев страна не выходила из воинских конфликтов почти по всему периметру своих границ, а недолгие мирные передышки были лишь подготовкой сил для новых столкновений.

Так, боясь оказаться в политической изоляции в борьбе за Волынь, ВКЛ идет на мирные переговоры с Москвой (1349), отказывается от притязаний на Новгород и Псков, а Ольгерд женится на тверской княжне Ульяне, родной сестре жены московского князя. Одновременно Кейстут и Ольгерд мирятся с братом Евнутом и за отказ от претензий на княжеский стол наделяют его уделом в Литве. Не опасаясь больше удара в спину, Литва обрушивается на Польшу. В 1350 году войска Кейстута, Ольгерда и Любарта захватывают все галицко-волынские города и входят во Львов. В расчете на поддержку папы римского они отправляют к нему посольство, изъявляя готовность принять католичество. Но в следующем году польский король наносит им тяжелое поражение, Кейстут и Любарт попадают в плен. Пришлось пойти на мировую и компромисс — владения Любарта сохранялись за ним (Луцк и Владимир), а в Белзе (город в Галицко-Волынской земле) был посажен на княжение сын Наримонта Юрий, ставший вассалом Польши и Литвы одновременно. За Польшей остались города Галич, Львов и Холм, а Подольская земля — за Золотой Ордой.