Чтение онлайн

Сарафанов (Кудимову).Мой старший сын. Познакомились?

Кудимов. Да. Познакомились.

Возвращается Нина.

Сарафанов. Спасибо… (Нине и Кудимову.)Ну что ж, молодые люди, что ж… Вы давно все обдумали, решили, а мы… Мы принимаем так, как оно есть.

Такова уж наша участь.

В то время как Сарафанов говорит, Кудимов пристально всматривается в его лицо.

Да… Так вот. Сейчас, когда я возвращался домой, я размышлял о жизни. Кто что ни говори, а жизнь всегда умнее всех нас, живущих и мудрствующих. Да-да, жизнь справедлива и милосердна. Героев она заставляет усомниться, а тех, кто сделал мало, и даже тех, кто ничего не сделал, но прожил с чистым сердцем, она всегда утешит. Сегодня я хочу выпить за своих детей… (Замечая пристальный взгляд Кудимова.)Простите, отчего вы так на меня смотрите?

[Кудимов, не обращая внимания на то, что все пытаются его отвлечь, вспоминает, что видел Сарафанова на похоронах. Его бестактность и упрямство раздражают окружающих и вынуждают Сарафанова признаться.]

Сарафанов. Да, я должен признаться… Михаил прав. Я играю на похоронах. На похоронах и на танцах…

Кудимов. Ну вот! Что и требовалось доказать.

Сарафанов (Бусыгину и Нине).Я понимаю ваше поведение… Спасибо вам… Но я не думаю, что играть на похоронах позорно.

Кудимов. Акто об этом говорит?

Сарафанов. Всякая работа хороша, если она необходима…

Кудимов. Нет, вы не подумайте, что я вспомнил об этом потому, что мне не нравится ваша профессия. Где вы работаете – для меня не имеет никакого значения.

Бусыгин. Для тебя.

Сарафанов. Спасибо, сынок… Я должен перед вами сознаться. Вот уже полгода, как я не работаю в оркестре. Нина. Ладно, папа…

Кудимов (Нине и Бусыгину).А вы об этом не знали? Сарафанов. Да. Я скрывал от них… И совершенно напрасно…

Кудимов. Вот что…

Сарафанов. Да… Серьезного музыканта из меня не получилось. И я должен в этом сознаться…

Кудимов. Ну что же. Уж лучше горькая правда, чем такие вещи.

Бусыгин (показывает Кудимову часы).Десять минут. (Сарафанову.)Папа, о чем ты грустишь? Людям нужна музыка, когда они веселятся и тоскуют. Где еще быть музыканту, если не на танцах и похоронах? По-моему, ты на правильном пути.

Сарафанов. Спасибо, сынок… (Кудимову.)Вы видите? Что бы я делал, если б у меня не было детей? Нет-нет, меня не назовешь неудачником. У меня замечательные дети…

Из соседней комнаты выходит Васенька. Он в плаще, за плечами у него рюкзак.

[Он упрекает отца за то, что тот ходил к Макарской. Бусыгин пытается его остановить, но Васенька все равно уходит. Сильва с брошенными Васенькой билетами уходит к Макарской.]

Нина. Закатили… Очень красиво. Концерт для кларнета с оркестром.

Сарафанов (забегал по комнате).Вот-вот. А теперь твоя очередь. Вступай. Начинай. Пошли отца ко всем чертям. Не станешь же ты со мной церемониться!

Нина. Ну, начинается. (Кудимову.)Сейчас ты услышишь все, на что они способны.

Кудимов. Ничего, ничего… Я не обращаю внимания.

Сарафанов. Вот именно! Не обращайте внимания! Наплюйте! Делайте по-своему! (Убегает в спальню)

[Кудинов собирается уходить, не обращая внимания на происходящее. Нина пытается его удержать, но тот настаивает на своем и уходит. Появляется с упреками Сарафанов. Бусыгин успокаивает его, говорит, что не оставит, если дети покинут его.]

Сарафанов. Ты сказал…

Бусыгин. Да. Если ты останешься один, я перееду к тебе жить. Если ты захочешь… В вашем городе тоже есть мединститут.

Сарафанов (растроганно).Сынок… Ты у меня один… Ты единственный. Что бы я делал, если бы не было тебя?

Бусыгин. Успокойся… По-моему, тебе надо прилечь, ты сильно переволновался. Пойдем, ты отдохнешь, успокоишься… (Уводит Сарафанова в соседнюю комнату и возвращается.)

Нина. Ты в самом деле хочешь здесь остаться?

Бусыгин. Да… А как быть? По-твоему, можно оставить его одного? (Подходит к ней.)Сильно ты из-за курсанта расстроилась?

Нина. Да уж. Показали вы… выступили… проявили таланты. Бусыгин. Никто не хотел, чтобы ты расстраивалась.

[Между Ниной и Бусыгиным происходит объяснение. Он признается в том, что она ему нравится, а затем в том, что он ей не брат.]

Появляется Сарафанов. В руках у него чемодан и кларнет.

[Он принял решение ехать в Чернигов к матери Бусыгина.]

Сарафанов. Володя, я готов.

Бусыгин и Нина молча смотрят на него.

Нина. Собрался? Ничего не забыл? (Смеется.)

Сарафанов. Смотри на нее! Разве это дочь? Избавилась от отца и даже не скрывает удовольствия. (Нине.)Ну ничего. Ты меня еще вспомнишь! Боже мой, как все это нелепо! Подумать только, я мог остаться с ними! На всю жизнь! А ведь им нужен не я! Нет! Совсем другой человек! Всегда! С самого начала им нужен был другой! Ты понимаешь? Двадцать лет я жил чужой жизнью! Свое счастье я оставил там, в Чернигове. Боже мой! Почему я ее не разыскал? Как я мог! Не понимаю! Но теперь – кончено, кончено! Я возвращаюсь, возвращаюсь! (Бусыгину.)Ты увидишь, твоя мать будет счастлива… (чуть образумившись)если захочет… Что?.. Ты мне не веришь?..

Бусыгин. Нет, верю, но… Зачем же так спешить?

Сарафанов. Нет-нет! Немедленно! Закончить все разом! Разом – и конец! На вокзал! На вокзал!.. Ну что ты, сынок? Идем!

[Нина пытается уговорить его не ехать и объявляет о том, что она никуда не уезжает. На пороге появляется Васенька, который объявляет, что он поджег Макарскую и ее любовника.]

Все, кроме Васеньки, бросаются к окну. На пороге появляется Сильва. Лицо у него в саже. Одежда на нем частично сгорела, в особенности штаны. Он слегка дымится.

[Выясняется, что Васенька поджег через открытое окно штору и устроил пожар, который с трудом был потушен. Сильва страшно разозлен, а Макарская, напротив, прониклась к Васеньке симпатией. Перед уходом Сильва решил разоблачить Бусыгина.]

Сильва (в дверях).Ну, спасибо тебе, старичок, за все спасибо. Настоящий ты оказался друг… Я ухожу. Но вначале я должен открыть глаза общественности. Хату поджег он (указывает на Бусыгина),а не кто-нибудь. И воду тут у вас мутит тоже он. Учтите, он рецидивист. Не заметили?.. Ну смотрите, он вам еще устроит. И между прочим (Нине),он тебе такой же брат, как я ему племянница, учти это, пока не поздно. (Сарафанову.)А вы, папаша, если вы думаете, что он вам сын, то вы крупно заблуждаетесь. Я извиняюсь.