Русская инфинитивная поэзия XVIII–XX веков. Антология
Шрифт:
и «Заразу» (1867; оп. 1891) – эпиграмму на редактора «С-Петербургских ведомостей» В. Ф. Корша (1828–1883), лежащую на пересечении ИП и жанра миниатюры, с ИС 2-1 по формуле «лучше…, чем …»:
Легче мне бежать по свету И в глуши окончить век, Чем Корша читать газету: Ведь читая тупость эту, Окоршится человек!
[Щербина 1970]
61. Греческий мир
61. Каллистрат (Калликрат) – древнегр. архитектор, Полигнот – художник (V в. до н. э.). Антологичность обозначена «античным» размером (Д6/5), но Эллада представлена не как данность, а как цель мысленного – инфинитивного – полета (ср. №№ 35, 55). Зависимая ИС 2 покрывает с помощью распространяющих членов 11 из 12 строк – практически все длинное первое предложение (из двух).
62. «Когда она веселою порою…»
62. Перевод ст-ия Мицкевича «Moja pieszczotka» (1825), написанного в Одессе:
Moja pieszczotka, gdy w wesolej chwili Pocznie szczebiota'c i kwili'c , i grucha'c, Tak mile grucha, szczebioce i kwili, Ze nie chcac sl'owka zadnego postrada'c Nie 'smiem przerywa'c, nie 'smiem, nie 'smiem odpowiada'c I tylko chcialbym slucha'c, slucha'c, slucha'c. Lecz mowy zywo's'c gdy oczki zapali I pocznie mocniej jagody r'ozowa'c, Perlowe zabki blysna 'sr'od korali; Ach! wtenczas 'smielej w oczeta spogladam, Usta pomykam i slucha'c nie zadam, Tylko calowa'c, calowa'c, calowa'c.
ИФ 3+(2-1)+3+1+1+3 покрывают, с перерывами, весь текст Щ. и более или менее точно соответствуют ИП оригинала: 3+(2-1)+3+1+4. Тремя годами позже неопубликованного перевода Щ. появился перевод Мея, «Pieszczotka moja. (Из Мицкевича)» (1849; положен на музыку Чайковским, Римским-Корсаковым и др.), с приблизительно той же инфинитивной структурой (4-1)+3+4 и использованием сдвоенных «народных» инфинитивов: Как птичка, начнет щебетать-лепетать. Так мило начнет лепетать-щебетать… Что не сохраняется в переводах, это краткость и своеобразная строфика оригинала: ABACCBDEDFFE; ср. у Щ.: AbAbCCdEdEf[=b]GGf; у Мея AAbbCddCceeFFg[=b]HHg.
Николай Алексеевич Некрасов (1821–1877)
ИП появляется у Н. уже в 1840 г. и охотно используется им с тех пор во всех жанрах – пародиях (см. выше в связи с № 37), элегиях, водевилях, повествовательных очерках петербургской жизни, реалистических и сатирических поэмах. Таковы «Говорун» (1843–1845); «Пьяница» (1845); «Свадьба» (1855), с женской темой:
Будешь ребенка больного качать , Буйного мужа домой поджидать, Плакать, работать – да думать уныло <…> (ИС 5);
отрывок: Кто долго так способен был Прощать, не понимать, не видеть, Тот, верно, глубоко любил, Но глубже будет ненавидеть… (1855–1856; ИФ 1-3);
ИФ 1+1+1: Три тяжкие доли имела судьба, И первая доля: с рабом повенчаться, Вторая – быть матерью сына раба, А третья – до гроба рабу покоряться, с эллиптичным повтором управляющего слова доля и опять с «женским иным» («Мороз, Красный Нос» (1862–1863).
Ср. тж. «Балет» (1865–1866) и «Суд (современная повесть)» (1866–1867), с ИФ (1-7)+1-(2-1) в подчеркнуто прозаизированном метапоэтическом пассаже (об отношениях с музой):
С железной грудью надо быть , Чтоб этим ласкам отвечать, Объятья эти выносить, Кипеть, гореть – и погасать, И вновь гореть – и снова стыть. Довольно! Разве досказать, Удобный случай благо есть, Что я, когда начну писать, Перестаю и спать, и есть…;
фрагменты из гл. 2 сатирической поэмы «Недавнее время» (1863–1871):
Наслажденье его роковое Нюхать , чмокать, к свече подносить И раз двадцать вино дорогое Из стакана в стакан перелить. <…> Маловато прочесть два романа Да поэму «Монго» изучить (Эту шалость поэта-улана [т. е. Лермонтова]), Чтоб разумно и доблестно жить! Недостаточно ухарски править, Мчась на бешеной тройке стремглав, Двадцать тысяч на карту поставить И глазком не моргнуть, проиграв <…> (ИС 4+(2-1)+3);
и сокрушенно-гражданственную «Элегию (1874):
<…> Оплакивать их рок, служить им будет муза, И в мире нет прочней, прекраснее союза!.. Толпе напоминать, что бедствует народ, В то время как она ликует и поет, К народу возбуждать вниманье сильных мира – Чему достойнее служить могла бы лира?.., с ИФ 2+(1-2).