Русская литература и медицина: Тело, предписания, социальная практика
Шрифт:
Литература
Вишневецкая 1999 / Вишневецкая М. Вышел месяц из тумана. М., 1999.
Вишневская 2001 / Вишневская Я. Сестры // Время рожать: Россия, начало XXI века. М., 2001.
Габриэлян 2001 / Габриэлян Н. Хозяин травы. М., 2001.
Галина 2002 / Галина М. В конце лета // Брызги шампанского. М., 2002.
Гура 1997 / Гура А. В. Символика животных в славянской народной традиции. М., 1997.
Мулярова 2001 / Мулярова Е. Хроника двух дней Жени Д. // Время рожать: Россия, начало XXI века. М., 2001.
Ровенская 2003 / Ровенская Т. Как стать «настоящей женщиной», или Практики женской телесной инициации глазами современной женской прозы // Гендерные исследования. 2003. № 9.
Рыбакова 1999 / Рыбакова М. Анна Гром и ее призрак. М., 1999.
Садур 2003 / Садур Н. Злые девушки: Романы и рассказы. М., 2003.
Сазонова 2001 / Сазонова М. Прекрасен младенец // Время рожать: Россия, начало XXI века. М., 2001.
Татаринова 1993 / Татаринова О. Сексопатология // Чего хочет женщина. М., 1993.
Ткаченко 2002 / Ткаченко К. Ремонт человеков. М., 2002.
Токарева 1996 / Токарева В. Система собак // Октябрь. 1996. № 3.
Толстая 1998 / Толстая Т. Лилит // Толстая Т., Толстая Н. Сестры. М., 1998.
Фоменко 2000 / Фоменко Л. Время уже коротко: Избранное. N.Y., 2000.
Фрейденберг 1978 / Фрейденберг О. М. Миф и литература древности. М., 1978.
Щербакова 2001 / Щербакова Г. Уткоместь, или Моление о Еве. М., 2001.
Гезине Древс-Силла
Телесные опыты человека-собаки: «Собака Павлова» Олега Кулика
ИНТЕГРАЛЬНАЯ ГУМАНИЗАЦИЯ ЖИВОТНОГО СОВПАДАЕТ С ИНТЕГРАЛЬНОЙ АНИМАЛИЗАЦИЕЙ ЧЕЛОВЕКА
265
[Agamben 2003: 86].
В 1996 году была учреждена новая европейская биеннале — «Манифеста». Цель «Манифесты» — дать возможность молодым художникам из разных стран представить свои работы, при этом особое внимание уделялось участникам из Восточной Европы. В первый год ее существования на биеннале в Роттердам приехали семь независимых художников из Москвы.
Олег Кулик вместе с женой и соавтором Людмилой Бредихиной представляли проект под названием «Собака Павлова». К тому времени Кулик уже в течение двух лет успешно играл роль человека-собаки и приобрел известность не только в своей стране, но и за рубежом. Впервые он изобразил собаку перед дверью московской галереи Гельмана («Бешенный пес, или Последнее табу, охраняемое одиноким Цербером», 1993, в соавторстве с Александром Бренером), а его следующее появление в образе пса в Кунстхаузе Цюриха закончилось легким скандалом: в течение некоторого времени публика не могла проникнуть в здание, поскольку вход на вернисаж «охранял» голый человек на четвереньках («Reservoir Dog», 1995) [266] . Когда же год спустя человек-собака покусал шведского куратора выставки «Интерпол» в Стокгольме Яна Амана («Dog House», 1996), скандал получился уже нешуточный. После этого инцидента участие Кулика в роттердамской «Манифесте» оказалось под вопросом, но в конечном счете он все-таки был принят [267] .
266
Ср.: [Drews-Sylla 2004].
267
С точкой зрения русского соучредителя можно познакомиться в статье: [Мизиано 1999].
Акции Кулика не сводились только к подражанию собаке. Несколько раз он изображал птиц, корову, читал проповеди перед рыбами. Во время проекта «В глубь России», осуществленного в сотрудничестве с Владимиром Сорокиным, он публично продемонстрировал фотографии, на которых были изображены его якобы сексуальные контакты с животными [Сорокин/Кулик 1994], и, кроме того, объявил о создании «Партии животных». Но именно роль собаки принесла Кулику широкую известность в мире искусства [268] .
268
Полное описание акций, относящихся к «Зоофрении»: [Кулик/Бредихина 1997]) [Кулик 2001].
Созданный Куликом собачий образ имеет в русской культуре два наиболее значимых претекста, хотя и принадлежащих к совершенно разным областям, но при этом тесно связанных, с одной стороны, между собой, а с другой — с историей развития русского медицинского дискурса. Я имею ввиду научные эксперименты над собаками И. П. Павлова и литературный эксперимент М. А. Булгакова «Собачье сердце». Подробному анализу этих претекстов и посвящена настоящая статья.
Осуществленная в Роттердаме художественная акция стала первым случаем в карьере Кулика, когда он публично пребывал в образе собаки столь продолжительное время — в течение четырех недель. Пространство акции было организовано как экспериментальная лаборатория. При участии Бредихиной и профессора Московского государственного университета биолога А. А. Каменского над жившим в лаборатории Куликом был поставлен ряд экспериментов.
Исследовались его реакции на различные культурные продукты: тексты, изображения, фильмы; измерялись скорость его реакции, давление, температура и т. д. Кулика кормили собачьей едой, а персонал неизменно обращался с ним как с собакой. Сама Бредихина или кто-то из персонала регулярно выгуливали его в залах «Манифесты» или на улицах Роттердама. Никаких скандальных инцидентов, подобных тем, что имели место в Цюрихе или Стокгольме, насколько мне известно, не произошло. «Между мрачной утопией и увлекательным шоу» — так охарактеризовала атмосферу акции Бредихина (ср.: [Бредихина 1996:85]).
В дополнение к продемонстрированному на выставке перфомансу предполагалось представить результаты эксперимента в рамках интернет-проекта, который, однако, не был доведен до конца. К сожалению, впоследствии сайт был полностью уничтожен, и мне не удалось познакомиться с ним. Планировалось сотрудничество с местным телевидением и университетом (в первую очередь с биологами и медиками), которое также не состоялось. Таким образом, изначально задуманный как достаточно интерактивный проект в конечном счете свелся к акции, продемонстрированной на «Манифесте».
В портофолио акции сообщается:
В основу акции «Собака Павлова» положены известные опыты ученого-физиолога И. П. Павлова над собаками, его «хронический эксперимент», проблема соотношения психической деятельности и физиологических процессов, происходящих в коре головного мозга. В центре внимания этого научно-художественного опыта — процессы, которые происходят в организме человека (художника), сознательно отказавшегося от человеческого статуса с целью реабилитации в себе природного начала. Усилием воображения художник Кулик пытается ощутить себя существом рефлекторным, а не рефлексирующим. Он отказывается от привычного человеку способа существования (живет на четвереньках, отказывается от языка культуры, питается собачьей пищей) и привычной для художника дистанции от исследования.
Цель акции — сбор квалифицированной научной информации о работе систем человеческого организма в ситуации, когда они полностью мобилизованы на реставрацию в себе нерефлексирующего существа, а также механизмов продуцирующих и воспринимающих искусство. Объект наблюдения — физиологические изменения в организме (регулярно проводится медицинское обследование: температура тела, давления, анализ крови, мочи и т. д.), а также изменения в системе ценностей (поведенческих, художественных, сексуальных предпочтений, предпочтений в рационе питания и т. д.) [269] .
269
Портофолио было любезно предоставлено мне персоналом «Манифесты». На закрывшемся к настоящему моменту интернет-сайте действительно были представлены некоторые квазинаучные результаты эксперимента. Поскольку в контексте настоящей статьи они не представляют специального интереса, я не буду говорить о них подробнее. Информацию о них можно получить также через сотрудников «Манифесты».
Научная биография Павлова, прославленного отца-основателя физиологической психологии, внешнего фундаментальный вклад в формирование современных методов лечения психических заболеваний, хорошо изучена (см.: [Gray 1979:122ff, [Joravsky 1989], [Ruting2002: 15ff.]). Наибольшую известность ему, несомненно, принесло открытие «условного рефлекса», вплоть до сегодняшнего дня привычно демонстрируемого на собаках — сакраментальных «собаках Павлова» [270] .
В портофолио сообщается, что цель своей акции Кулик видел в том, чтобы попытаться преобразовать в себе существо рефлексирующее в существо рефлекторное. Иными словами, поставить себя на место одной из подопытных собак Павлова. В тексте упомянут также павловский «хронический эксперимент» как основа и образец акции в целом. Суть этого исследовательского метода, как поясняет в книге «Павлов и Новый человек» Т. Рютинг, состояла в следующем:
270
Описанная ситуация (А) отвечает классическому положению, разработанному Павловым: незадолго до кормления нейтральный раздражитель (лампочка) подает сигнал. Животное учится реагировать на нейтральный раздражитель только условной реакцией, т. е. слюноотделением. В ситуации (В) пища выступает уже как новый нейтральный раздражитель, при этом в комбинации с электрическим раздражителем, который заставляет животное поднять лапу. Внизу (С) на исходный световой раздражитель у животного присутствуют обе условные реакции, слюноотделение и поднятие лапы (ср.: [Birbaumer/Schmidt 2003:574].