Чтение онлайн

Свой незаурядный писательский талант Успенский добровольно, подчиняясь духу времени, ограничил жанровыми рамками очерка и цикла очерков, желая показать жизнь настоящую, а не «литературную». В его стиле одинаково сильны художественная, образная – и научная, аналитическая и статистическая, составляющие. Он тяготеет к преувеличенно-заострённому изображению нелепостей жизни, часто использует в своих произведениях парадокс, иронию, гиперболу, гротеск.

Первый крупный цикл очерков – «Нравы Растеряевой улицы» – посвящён описанию характеров и бытовым зарисовкам русской провинциальной городской жизни. Успенский выводит социальные типы ремесленников, мелких чиновников, лавочников, мещан. Характеры и бытовые зарисовки не связаны общим сюжетом, что обусловлено жанровой природой цикла очерков. Художественный образ в нравоописательном очерке становится иллюстрацией авторского размышления. Такими яркими иллюстрациями авторской мысли об уродливой среде, в которой у гнетённые легко становятся угнетателями, являются истории Прохора Порфирыча, Семёна Ивановича Толоконникова, Балканихи, наслаждающихся мелким тиранством над своими ближними. Успенский подчеркивает беспомощность обитателей Растеряевой улицы перед своей бессмысленной уродливой жизнью, их неспособность ни объяснить, ни изменить её.

Очерк «Будка» («Отечественные записки», 1868) пронизан горькой авторской иронией. Успенский показывает, что в роли исполнителя законов выступает духовно и физически искалеченное военной муштрой и водкой, умственно неразвитое существо. Будочник Мымрецов успешно справляется со своими обязанностями, которые «…состояли в том, чтобы, во-первых, “тащить”, а во-вторых, “не пущать”». Поглощённый заботами о «шиворотах», Мымрецов не может разобрать, где правый, где виноватый, тупо и механически делает свое дело: тащит в полицейскую будку несчастную прачку вместо мужа, который её избивает, является к пьянствующему Данилке, когда он уже утихомирился и намерен жениться, готов схватить голодного оборванного старика-нищего, и только отсутствие «шиворота», за который нужно «тащить», останавливает блюстителя порядка. Каждая история, рассказанная в связи со служебной деятельностью героя «Будки», представляет собой настоящую трагедию.

В трилогии «Разорение» (1869–1871) появляются новые типы героев: рабочий-оружейник Михаил Иванович, бунтарь и проповедник открывшейся ему правды жизни, выгнанный с завода и произносивший обвинительные речи в адрес «грабителей», живших чужим трудом; интеллигент-разночинец из провинциальной глуши, наблюдавший за крестьянской жизнью, – Василий Черемухин.

В 1870-е гг. творчество писателя связано с идейными исканиями народничества. Он сблизился с Н. Михайловским, П. Лавровым, С. Степняком-Кравчинским, В. Фигнер, совершил собственное «хождение в народ»: в 1880–1881 гг. жил на мызе Лядно в Новгородской губернии, пристально изучал «хитроумную механику народной жизни».

В 1872 и 1875—76 гг. Успенский побывал за границей. В очерке «Больная совесть» (1873), размышляя о заграничной жизни, он писал: «Нет, у нас лучше!». Русской человечности писатель противопоставляет западный эгоизм, почти звериный, русской неопределенности во всем («ни да, ни нет») – чётко определённый принцип личной выгоды (здесь нет вопросов, «посторонних копейке»).

Однако и в России победно шествует «господин Купон». В очерке «Книжка чеков» (1876) этот процесс становится главным объектом изображения и исследования. Автор показывает зависимость крестьян от власти капитала, параллельно рассказывая историю их разорения и описывая деятельность фабриканта Мясникова. В центре этого произведения – яркий художественный образ превращения живого в мёртвое. «Книжка чеков» «вбирает» в себя леса, стада, превращая их в деньги, в капитал: «… глядишь, в две-три недели после появления в этом лесу Ивана Кузьмича – лес исчез <…> Стадо превращается в мясо, в солонину, в шкуры, в пуды, в фунты – и всё это скоро исчезает…». Самая трагическая среди этих метафор – превращение крестьянина в «чело века-полти ну». Разрыв связи с землёй ведёт русского крестьянина к духовной деградации, а то и к физической гибели.

Новый период в творчестве Успенского связан с созданием «крестьянских» циклов «Крестьянин и крестьянский труд» (1880), «Власть земли» (1882). Б них отразился кризис народничества как системы идей.

С любовью создавая в первом из этих циклов образ крестьянина Ивана Ермолаевича, Успенский раскрывает особую поэзию земледельческого труда. В этом цикле писатель использует фигуру «объективного» повествователя, не знакомого с крестьянским хозяйством: с этой «посторонней» точки зрения труд крестьянина лишён смысла, логики, поскольку может только прокормить крестьянскую семью. Смысл земледельческого труда оказывается доступным повествователю лишь с проникновением внутрь миросозерцания крестьянина. Он изучает жизнь Ивана Ермолаевича как тайну, вникает во все мелочи его повседневного быта и отношения с людьми, пытается разгадать мотивы его поступков. Образно-метафорическая разгадка этой тайны дана в заглавии второго из двух названных циклов.

«Власть земли» – заглавная метафора цикла, его ключевое понятие. Земля – главное в жизни крестьянина, она «забрала его в руки без остатка». Пытаясь осмыслить природу этого явления, Успенский пересказывает содержание былины о Святогоре-богатыре: «И вот в этой-то ежеминутной зависимости, в этой-то массе тяготы, под которой человек сам по себе не может и пошевелиться, тут-то и лежит та необыкновенная лёгкость существования, благодаря которой мужик Селянинович мог сказать: “Меня любит мать сыра земля”». Крестьянин неразрывно связан с природными ритмами, с органическим живым миром, разрыв с которым ведёт к тяжелым духовным последствиям. В земледельческом труде фундаментальное значение приобретает опыт поколений, а «…от нравственного падения человека удерживает почва под ногами».

Реальная картина деревенской жизни в изображении Успенского оказалась гораздо сложнее народнических иллюзий, построенных на идее общинного социализма Успенский показывает неистребимую тягу к собственности и индивидуализм русского крестьянина, его сосредоточенность на жизни своей семьи, своего двора, своего хозяйства. Автор анализирует и процессы разрушения крестьянской общины изнутри, превращение разоряющихся бедняков в деревенских пролетариев, а также оборотные стороны общинных отношений, мешающие полноценному и плодотворному труду человека на земле.

Один из самых ярких очерков Глеба Успенского – «Выпрямила» – написан в 1885 г. Герой-повествователь, сельский учитель Тяпушкин, «смятый» жизнью, пришедший в отчаяние от поразительного несоответствия идеала действительности, вспоминает событие, которое когда-то перевернуло всё его существо. Статуя Венеры Милосской, которую видит герой в Лувре, «выпрямляет» его душу, похожую на смятую в руке перчатку: «Что-то, чего я понять не мог, дунуло в глубину моего скомканного, искалеченного, измученного существа и выпрямило меня». Успенский спорит с Фетом, описавшим эту знаменитую статую как воплощение женской прелести. Для Тяпушкина Венера Милосская символизирует «красоту человеческого существа», «ощущение счастья быть человеком», возможность «для всех нас… быть прекрасными?».

Последние десять лет жизни Успенский провел в психиатрической лечебнице. В.Г. Короленко связывал обострение его душевной болезни со страшным голодом 1891 г.

Литература

Г.И. Успенский в русской критике. М.; Л., 1961.

Соколов Н.И. Г.И. Успенский. Жизнь и творчество. Л., 1968.

Пруцков Н.И. Глеб Успенский. Л., 1971.

Барабохин Д.А. Г. Успенский и русская журналистика (1862–1892 гг.). Л., 1983.

Николай Николаевич Златовратский родился в семье мелкого чиновника, первоначально закончившего духовную семинарию. Писатель был разночинцем во втором поколении. Их фамилия происходила от деда, который служил дьяконом Николо-Златовратской церкви во Владимире.

Будущий писатель закончил гимназию во Владимире, затем получил профессию землемера-таксатора и принимал участие в обмере земель перед крестьянской реформой 1861 г.

Важное влияние на формирование мировоззрения писателя оказала семья, в традициях которой соединялась церковно-религиозная культура и демократические общественные убеждения. В воспоминаниях Златовратский называет эту атмосферу «религиозно-семинарским романтизмом». Но это был не только «романтизм». Отец активно участвовал в подготовке и проведении крестьянской реформы, в 1859 г. организовал общедоступную библиотеку для народа. Сам Николай Николаевич с детства помогал отцу. Работая в библиотеке, он приобщился к чтению и книжной культуре. Понятно, что это была по преимуществу демократическая литература. Глубокое впечатление произвело на него знакомство в 1861 г. с Н.А. Добролюбовым, который был однокурсником дяди – Александра Петровича Златовратского по педагогическому институту Добролюбов приезжал во Владимир для обсуждения своей работы в планировавшейся для издания демократической газете «Владимирский вестник» (разрешение на издание не было получено).

На мировоззрение Н.Н. Златовратского решающее влияние оказали общие революционно-демократические настроения 60-х гг. и творчество писателей оппозиционного направления: Белинского, Добролюбова, Некрасова, Салтыкова– Щедрина. Был он знаком и с запрещённой газетой Герцена «Колокол».

Литературные наклонности Златовратского определились ещё в гимназии. Он выпускал рукописный журнал «Наши думы и стремления», создавал собственные произведения, подражая Кольцову, Некрасову, Тургеневу, Помяловскому. Вдохновлённый «Грозой» Островского создал драму из народной жизни.