Русская православная церковь в 1917 - 1927 годах
Шрифт:
В это время Церковь вместо того, чтобы настаивать на полной независимости своей от светских властей все еще пыталась удержать некоторые из былых своих привилегий и административных функций (например, отказываясь передавать властям метрические книги). Значительная часть духовенства примкнула к белому движению. Но уже с 1919 года руководство Церкви говорит о своей аполитичности (хотя и раньше оно никогда не призывало к открытой борьбе с новой властью) и пытается встать «над битвой». Голод 1921–1922 года дал шанс к возможному сотрудничеству властей и церкви на почве благотворительной деятельности. Вместо этого борьба с народным бедствием была превращена в политическую кампанию и использована властями для новых репрессий против Церкви. Церковь не была допущена даже к минимальному контролю за изъятием у нее же богослужебных ценностей. Вместе с тем неуступчивость руководства Церкви в этом вопросе также сыграла отрицательную роль.
Для того, чтобы дезорганизовать работу Церкви власти стали действовать «не стесняясь никакими средствами» (выражение одного из секретных документов того времени). Органы ГПУ обрушивали репрессии на неугодных церковников, прямо вмешивались во внутрицерковную жизнь, поощряли обновленческий раскол. Чтобы не допустить полного хаоса в церковной жизни, патриарх Тихон заверил власти в своей лояльности и развернул борьбу с церковной схизмой. Его смерть была использована властями для еще большего расстройства церковных дел путем поощрения новых расколов и репрессий против духовенства. Когда к руководству Церкви пришел в качестве Заместителя Местоблюстителя патриаршего престола митрополит Сергий (Старогородский), он встал на путь постоянных уступок властям, не затрагивавших, однако, «область веры». Результатом этих уступок стала его «Декларация 1927 года», которая вызвала недовольство у части церковных иерархов, но позволила Церкви хоть как-то легализовать свою деятельность (был зарегистрирован Временный Патриарший Синод при Сергии). И хотя дальнейшие уступки властям не привели к нормализации церковной жизни (репрессии наоборот усилились), только такая «гибкая» политика позволила Сергию сохранить некое подобие центральной Церковной власти «до лучших времен».
БИБЛИОГРАФИЯ
1. Русская Православная Церковь и коммунистическое государство. 1917–1941. Документы и фотоматериалы. М. 1996.
2. Русская Православная Церковь в советское время. Материалы и документы по истории отношений между государством и Церковью. Кн. 1–2. М. 1995.
3. Митрофанов Георгий, свящ. Православная Церковь в России и эмиграции в 1920-е годы. СПб. 1995.
4. Цыпин Владислав, прот. История Русской Православной Церкви 1917–1990. М. 1994.
5. Корзун М.С. Русская Православная Церковь 1917–1945. Минск 1987.
6. Плаксин Р.Ю. Церковная контрреволюция и борьба с ней. 1917–1923. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Л. 1968.
7. Он же. Крах церковной контрреволюции. Л. 1967.
8. Рослоф Э. Советское правительство и обновленческий раскол в Русской Православной Церкви (1922–1923). В кн. История России. Диалог российских и американских историков. Саратов 1922.
9. Козлов В. Р. Исчезновение Первопрестольной. В кн. Отечество. Краеведческий альманах. Вып. 1. М. 1990.
10. Поспеловский Д.В. Русская Православная Церковь в ХХ веке. М. 1995.