Чтение онлайн

Скоро этими записями займется Елизаров – увы, от него так просто не избавиться – и исчезнувшая было за горизонтом мечта снова превратится в реальность.

Елена положила записную книжку в сумочку и, смеясь, бросила ее через плечо на заднее сиденье.

Потребовалось всего лишь двое суток работы… Впрочем, не без удовольствия. Этот Панфилов оказался неплох в постели, очень неплох… И вроде бы не дурак… Когда-нибудь в другой жизни они вполне могли бы… Но что теперь вспоминать?

Ей снова захотелось курить. Помня, что сигареты остались в сумочке, Елена чертыхнулась про себя – вот теперь надо шарить за сиденьем и искать.

Чуть-чуть сбросив газ, Филатова просунула руку между креслами и принялась шарить ладонью по салону.

– Да где же?

Она на секунду обернулась, увидела сумочку, потянула к себе, а когда снова взглянула на дорогу, из горла ее вырвался непроизвольный крик:

– Мамочка! Навстречу ей мчался огромный многотонный автопоезд. Маленький «Пежо» оказался на его – встречной – полосе.

Водитель автопоезда стал отчаянно сигналить.

Елена была опытным водителем, но на мгновение потеряла самообладание и дернула руль вправо.

Машина ушла со встречной полосы.

Гудящий, чадящий «КамАЗ» с фурой-полуприцепом пронесся мимо, но «Пежо» оказался на скользком участке дороги, его начало заносить и разворачивать поперек полотна. Филатова стала выкручивать руль обратно, чего ни в коем случае нельзя было делать.

А тут еще правое переднее колесо угодило на снежную кочку – машину резко подбросило вверх, и она, как спичечный коробок в камерной игре, перевернулась в воздухе несколько раз.

На лету распахнулась дверца. Филатову, которая никогда не пристегивалась ремнем безопасности, выбросило из машины словно куклу. Удар о покрытое льдом и укатанным снегом дорожное полотно оказался для Елены смертельным.

Тело ее, уже бездыханное, кувыркнулось несколько раз и неподвижно застыло на обочине. Измятая, с разбитыми стеклами, машина упала колесами вверх на сугроб, рядом с дорогой.

Когда рядом с местом аварии остановилась проезжавшая по шоссе «девятка», колеса «Пежо» еще вращались.

Жанна, открыв дверь рабочего кабинета Панфилова, удивленно сказала:

– Константин Петрович, там звонят из горбольницы.

Он поднял трубку и услышал голос человека, которому был обязан многим.

– Здравствуй, Константин Петрович. Узнал?

– Савельев? Здравствуй.

Звонил Евгений Савельев, врач из отделения реанимации городской больницы. Когда-то он спас жизнь Игнату Панфилову после перелома позвоночника. Константин по сей день считал себя обязанным лично Савельеву и всем, кто вытащил Игната в ту страшную ночь, а потому помогал больнице деньгами и медикаментами по первому требованию. Правда, врачи вели себя достойно и просьбами не досаждали. Потому звонок для Константина был в какой-то степени неожиданным.

– Что случилось? Бинты кончились? – шутливо спросил он.

– Нет, с бинтами все в порядке, спасибо. Тут вот какая штука… – замялся Савельев. – Поступила одна… гм, пострадавшая в автокатастрофе, мы тут посмотрели ее документы… В общем, все, что удалось собрать… В записной книжке нашли твою фамилию. Вот я по старой памяти и решил тебе сообщить.

– Кто такая? – уже догадываясь, о ком идет речь, спросил Панфилов.

– Филатова Елена, тележурналистка. На визитной карточке у нее так написано. Знаешь ее?

– Знаю. Что с ней?

– Скончалась… к сожалению. Я уже ничем не мог помочь – она была мертва еще до того, как ее привезли к нам в отделение. Перелом основания черепа, травматическое повреждение мозга, несколько компрессионных переломов позвоночника… В общем, травмы, не совместимые… Да…

– Где она?

– Пока у нас, но скоро придется отправить в морг.

– Подожди отправлять, я сейчас приеду.

Савельев отдернул белую простыню, показал Панфилову лицо погибшей.

Ссадины, царапины, правая щека, почерневшая и заплывшая, почти закрыла глаз.

– Вылетела из машины, несколько раз ударилась о дорожное полотно, – объясняя, Савельев двумя пальцами повернул голову Филатовой, показал шов на затылке. – Полчерепа всмятку, мозг совершенно разрушен. В каком-то смысле ей повезло – умерла мгновенно.

– Ну, да… Повезло как покойнику.

Нервничая, Панфилов не заметил, как машинально стал тереть шрам на лице.

– Что поделаешь… – вздохнул врач.

– Как это случилось?

– Не по адресу обращаешься, Константин Петрович. С таким вопросом не к нам, а в милицию. Могу только сказать, что столкновения не было. Парень, который ее привез, сказал, что перевернувшаяся машина лежала в кювете. А вот она, – Савельев показал глазами на труп, – прямо на шоссе.

Врач опустил простыню на лицо покойной, позвал Панфилова за собой:

– Там у меня в кабинете ее документы и все, что при ней нашли. Сумочка на дороге валялась. Глянь, Константин Петрович, на всякий случай.

– Куда ее потом отправят?

– Даже не знаю, – пожал плечами Савельев, открывая дверь кабинета и пропуская туда Константина. – Родственников будут искать, а пока в морге у нас полежит. Ты присаживайся к столу, там удобнее.

Опустившись на стул, Константин стал перебирать лежавшие на крышке стола вещи: пудреница, тюбик губной помады, пилочка для ногтей, пара визитных карточек, водительское удостоверение на имя Елены Филатовой, выданное в Москве, еще какая-то мелочь, пачка сигарет «Парламент», записная книжка в ледериновой обложке.

Панфилов открыл ее, пролистал. Цифры, даты, отметки о времени, опять цифры… Вот это, через восьмерку, кажется номера телефонов. Международных, сплошные Штаты… Этот код Панфилов знал хорошо. Рядом с номерами телефонов пометки из буквенных сокращений на английском языке. Вот, наконец, и записи… Тоже на английском. Какой-то Мигель Хелесарос, номер телефона с американским кодом. Еще один номер, тоже американский. А вот этот, судя по всему, московский.

На другой стороне того же листочка – Константин Панфилов, город Запрудный, фирма «Лидер», генеральный директор… Что?!!