Чтение онлайн

Последний аккорд из 51 отправленной и 14 принятых радиограмм в «концерте» четверки лейтенантов прозвучал 30 января 1944 года. В радиограмме во вражеский разведцентр было передано о боевом столкновении агентов с советскими пограничниками при подходе к прифронтовой полосе. Затем связь была прекращена, из чего финская и немецкая разведки должны были сделать вывод о захвате или гибели своих разведчиков.

Считая, что свою задачу радиоигра выполнила, советская контрразведка решила операцию «Концерт» прекратить. «Концерт» была не единственной радиоигрой, проводившейся с немецкой и финской разведками противника на северо-западе. Подобные же игры проводили контрразведчики Вологды, Ярославля, Ленинграда, Рыбинска, Москвы. Поэтому дезинформация, передаваемая по рациям захваченных разведгрупп противника, строго определялась Генеральным штабом РККА. Результатом таких игр стало введение в заблуждение военного командования фашистской коалиции относительно планов нашей военной кампании в 1943 году.

Учитывая заслуги бывших немецко-финских агентов, по ходатайству «СМЕРШ», Главная военная прокуратура СССР прекратила уголовное дело в отношении Матвеева и Фадеева, а Особое совещание НКВД прекратило дело в отношении радиста группы Сергеевского. Всем им было зачтено предварительное заключение, после чего их оставили в Архангельске под подписку о невыезде. Исаеву же дали 3 года исправительно-трудовых лагерей, мотивируя это тем, что участия в радиоигре он не принимал.

Эпизод с этой группой, выброшенной в мае 1943 года на побережье Белого моря, еще раз подтвердил, что финская разведка плотно сотрудничала с германской военной разведкой — «абвером» и обменивалась с ним разведывательной информацией, а также брала на себя подготовку немецких агентов в части обучения выживанию в северной тайге и тундре, лыжным переходам и маскировке в условиях севера.

Говоря об успешных операциях отечественной контрразведки на севере, стоит задаться вопросом: а всех ли агентов-парашютистов, засланных финской и немецкой разведками, удавалось выявить и нейтрализовать? Несмотря на оптимистические рапорты контрразведчиков, авторы полагают, что далеко не всех.

К. Бутыгина во время войны была мобилизована в истребительный батальон Вытегорского района. Молодые девушки и парни, вооруженные винтовками, в голодное военное время прочесывали глухие вытегорские леса в поисках диверсантов, дезертиров и бандитов. Она вспоминала, что очень часто находили в лесу парашюты [407] .

Густые и труднопроходимые леса еще длительное время после окончания Великой Отечественной войны хранили в себе свидетельства той ожесточенной борьбы, которую вела неприятельская разведка против СССР на северо-западе. Так, например, 23 июня 1971 года, через 26 лет после окончания войны, в Вожегодском районе близ станции Явенга лесорубы нашли в лесной чаще металлический контейнер с боеприпасами, оружием и большой суммой денег. Чьи они были — неизвестно. Куда делся агент-парашютист немецкой или финской разведок, неясно и до сих пор [408] . А в Ярославской области, в Галичском районе, тайник с немецкой радиостанцией нашелся уже в 1989 году [409] . Может быть, эти агенты благополучно растворились в бескрайних просторах Советского Союза и благополучно дожили до конца своих дней. Не исключено, что на них после войны вышла какая-нибудь западная разведка.

Каждая противоборствующая сторона в войне, безусловно, старается чуть приукрасить действительность, поэтому в официальных послевоенных публикациях почти везде подчеркивается, что почти все действия финской разведки были вовремя нейтрализованы. Однако, думается, что в действительности это было не совсем так. Да, большинство разведгрупп противника выявлялись и арестовывались, но тайная война разведок не раскрыла еще все свои секреты. Разведка финнов имела и успешные операции, не выявленные советской контрразведкой. Для примера можно привести оперативную сводку Штаба истребительных батальонов УНКВД по Архангельской области:

По всей вероятности, рация принадлежала финской разведке, но в документах Архангельского управления НКВД больше не удалось найти ни одного упоминания об успешном розыске разведгруппы. Из чего вывод напрашивается сам собой: группа благополучно отработала в нашем глубоком тылу и ушла обратно в Финляндию.

В донесениях Службы воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) в Бабаевском и Кадуйском районах часто фигурировали самолеты «По-2», которые почти бесшумно кружили над расположением наших войск, совершали непонятные маневры над лесными массивами и исчезали в неизвестном направлении. Руководство НКВД не могло определить государственную принадлежность ночных гостей, но считало, что это самолеты финской армии. Ни одного из них сбить так и не удалось.

Действительно, финская разведка часто использовала трофейные советские самолеты «По-2» и летающие лодки конструкции Шаврова «Ш-2» для выполнения разведывательных задач в тылах 7-й армии на территории Карелии, Архангельской и Вологодской областей.

Подтверждение данных фактов нашлось в работе финских историков К. Кескинена, К. Стенмана и К. Ниски, посвященной морской авиации Финляндии в период Второй мировой войны [412] , а также в статье историка К.-Ф. Геуста, опубликованной в журнале «Авиация и космонавтика» [413] .

Вышеупомянутые авторы пишут, что финская разведка в 1942 году с помощью захваченных в плен советских радистов провела успешную радиоигру с руководством контрразведки 7-й армии. Радисты, действовавшие под финским контролем (они были незадолго до этого захвачены в плен в районе Петрозаводска), передали по радио, что карельскими партизанами захвачены несколько важных финских офицеров. Эвакуировать их сухопутным путем нет возможности, а поэтому для их переброски необходимо прислать самолеты на озеро Сапсаярви [414] .

Игра была разработана финнами четко и советская контрразведка в нее поверила. Две летающих лодки «Ш-2» из 2-й эскадрильи Северной объединенной авиагруппы ГВФ, приданной 7-й Армии, вылетели с заданием провести эвакуацию в Алеховщину, где располагался армейский штаб, «захваченных финских офицеров». Финны хорошо подготовились к встрече. Вечером 28 августа 1942 года оба гидросамолета «Ш-2» приводнились на озере, после чего финская засада открыла по ним стрельбу. После недолгого боя летающие лодки были захвачены финнами, а экипажи самолетов (П. Андреев, Ф. Мотуз, П. Чайкин и П. Шульга) погибли в перестрелке.

Один из самолетов, захваченный в результате радиоигры, стал связным самолетом подполковника Я. Совио, командира 4-го отдельного батальона — специальной разведывательной части финской армии, подчинявшегося непосредственно Генеральному штабу финской армии.

Как уже упоминалось, большое наличие озер позволяло использовать посадочный метод высадки разведчиков. Поверхность озер свободно использовалась и летом и зимой. Летом для приема гидросамолетов, зимой для посадок и взлетов самолетов на лыжах. На небольших озерах лед представлял практически идеальную взлетно-посадочную полосу.