Чтение онлайн

Правда, по свидетельству И. И. Проскурова, финнам удалось обнаружить и обезвредить большинство заброшенных агентов и групп. К тому же при организации довоенной агентурной сети 5-м управлением была допущена крупная ошибка. Рассчитывая, что финский поход Красной Армии будет похож на освободительный поход в Западную Украину и Белоруссию, агентов забрасывали «на пункты, находящиеся на территории противника. Через 10 дней, мол, придем в такой-то пункт, и доложишь материал, а выход наших частей в эти пункты не состоялся» [34] .

Что же касается агентов и групп, заброшенных разведотделом Северо-Западного фронта, то по данным одного из авторов книги, во время опроса работниками НКВД военнопленных красноармейцев, переданных финской стороной после окончания войны, некоторые из них в своих показаниях указывали, что встречали в плену 21 советского парашютиста, переодетых в финскую военную форму [35] .

Эти факты подтверждаются и другими документами из отечественных архивов. Так, при обмене военнопленных весной 1940 года в группе из 496 советских пленных оказалось 25 человек, которые заявили, что во время задержания на территории Финляндии у них было изъято: 41 374 финских марки, 1 пистолет-пулемет, 21 пистолет разных систем, 14 финских ножей, 34 гранаты, 2400 грамм тола, 2 парашюта, 13 компасов, 14 пар лыж, 8 комплектов радиоаппаратуры, а также другое специальное обмундирование и снаряжение. Из числа заявивших 13 человек имели финские фамилии, остальные — карельские и русские [36] . Можно с некоторой долей уверенности утверждать, что некоторые из них были агентами разведывательного отдела штаба Северо-Западного фронта. Это подтверждает следующий документ. 14 мая 1940 года на имя начальника Управления по делам военнопленных НКВД СССР капитана госбезопасности Сопруненко пришла телеграмма из Ленинградского военного округа за подписями начальника РО ЛВО комбрига Евстигнеева и батальонного комиссара Гусакова, текст которой гласил:

К настоящему моменту более конкретных сведений о действиях советских агентов и разведывательно-диверсионных групп в период «зимней войны» на территории Финляндии в архивах обнаружить не удалось.

В заключение стоит сказать, что опыт использования лыжных отрядов во время советско-финляндской войны 1939–1940 годов командованием Красной Армии был учтен и нашел свое применение в зимних кампаниях в период Великой Отечественной войны.

1 января 1935 года разведывательный (4-й) отдел штаба Краснознаменного Балтийского флота (КБФ) был выделен из его состава и реорганизован в самостоятельный Разведотдел КБФ, с подчинением непосредственно командующему флотом. Первым начальником РО КБФ был назначен А. К. Евсеев, а его помощником — Н. П. Тимофеев (с начала 1937 года — начальник РО КБФ, в конце этого года репрессирован).

На протяжении нескольких лет Разведывательный отдел КБФ пережил немало структурных изменений и реорганизаций. Согласно штатам, утвержденным наркомом ВМФ П. А. Смирновым 13 апреля 1938 года, Разведотдел КБФ располагал следующим командно-начальствующим составом. Начальником РО был капитан-лейтенант А. А. Филипповский, заместителем начальника — капитан Н. С. Фрумкин, заместителем начальника по кадрам — капитан-лейтенант Н. И. Андреев, помощником начальника по связи — лейтенант Д. Л. Штейнбах, помощником начальника по информации — старший лейтенант К. В. Денисов, военным цензором — батальонный комиссар С. Д. Антонченко, начальником плавучих средств — техник-интендант 2-го ранга П. П. Чумак, командиром морского погранично-разведывательного пункта № 1 — лейтенант И. Д. Штанько, командиром морского погранично-разведывательного пункта № 2 — старший лейтенант В. П. Сычев [38] . На 1 ноября 1938 года в РО КБФ состояло на службе 22 человека командно-начальствующего состава [39] .

К ноябрю 1939 года РО КБФ имел в своем составе следующие структурные подразделения:

1) информационное отделение;

2) агентурное отделение;

3) отделение специальной службы;

4) часть оперативной техники;

5) военную цензуру;

6) обслуживающий аппарат.

Начальником РО КБФ был капитан 2-го ранга А. А. Филипповский (исполнял эту должность с 10 декабря 1937 года), а военкомом — батальонный комиссар Г. В. Рябухин. Отделу были подчинены два морских погранично-разведывательных пункта (МПРП), радиоузел особого назначения, курсы военных переводчиков и 1-й береговой радиоотряд (БРО).

Общее штатное количество должностей в разведотделе и подчиненных ему частях равнялось 391 человек, из них командного состава — 95 человек, младшего командного состава и рядового состава — 296 человек. Но по списку, перед началом военных действий в Разведотделе КБФ налицо имелось: командного состава — 77 человек, младшего комсостава и рядового состава — 282 человека [40] .

Ситуация с укомплектованностью РО КБФ усугублялась тем, что из отдела перед началом войны и во время ее был откомандирован ряд командиров, перемещения которых были намечены еще в мирное время. В результате в информационном отделении, т. е. на наиболее ответственном участке работы, обеспечивавшем командование КБФ сведениями о противнике перед принятием решения, осталось всего лишь два молодых лейтенанта. Естественно, что даже имевшиеся в РО материалы, с правильной оценкой и выводами, полностью доложены не были.

Неоднократные требования в мирный период о назначении на должность помощника начальника отдела по информации квалифицированного и подготовленного в оперативно-тактическом отношении командира оставались без внимания. Только в середине января 1940 года был назначен на эту должность командир, снятый с учебы в Военно-Морской академии.

Агентурное отделение было полностью укомплектовано молодым командным составом, только что окончившим морские училища и не имеющим как жизненного и служебного опыта, так и хотя бы элементарных знаний по агентурной работе.

Аналогичное положение сложилось и на морских погранично-разведывательных пунктах. Там «специалистами» считались два командира, которые участвовали в проведении одной-двух операций по переброске секретных сотрудников через «зеленую» (т. е. сухопутную) границу.

Владеющих иностранными языками командиров, работающих в агентурном аппарате, оказалось всего-навсего пять человек.

Из работников агентурного аппарата, по-настоящему знавших дело, был только один заместитель начальника отдела, который учил личный состав в то время, когда необходимо было работать [41] .

Часть оперативной техники в отделе фактически не существовала. В августе 1939 года был назначен начальник части, который приступил к ее организации.

Отделение спецслужбы было полностью укомплектовано личным составом, окончившим специальную подготовку.

Военная цензура имела полный штат, и организационные вопросы здесь были отработаны.

Радиоузел особого назначения, имевший задачи осуществить радиосвязь с радиоточками за рубежом, начал организовываться в 1938 году, и к началу военных действий имел подготовленный личный состав и необходимую материальную часть для выполнения задач.

1-й береговой радиоотряд не имел необходимой материальной части и современного технического оборудования. Неоднократно поднимавшийся вопрос о. строительстве радиоразведки, на протяжении ряда лет так и не получил своего разрешения.

Командный состав радио-разведывательной службы, за исключением трех командиров, не имел специального морского образования. Оперативно-тактическая подготовка командного состава в целом находилась на достаточно низком уровне.

Рядовым и младшим командным составом 1-й БРО был укомплектован полностью, в начале военных действий в отряд было добавлено 57 человек [42] .