Чтение онлайн

По совету своего покровителя митрополита Московского Филарета (после долгих колебаний) о. Иоанн принял постриг под именем Иннокентия. На следующий день, 30 ноября 1840 г., иеромонах Иннокентий был возведен в сан архимандрита, а 15 декабря в Казанском соборе состоялась торжественная церемония хиротонии его в епископа новой епархии — Камчатской, Курильской и Алеутской. Скромный приходский священник как бы в мгновение ока вознесся в высший сан иерарха православной церкви.

30 января 1841 г. выехал новопосвященный епископ Иннокентий из Петербурга к месту своего служения, в Русскую Америку. По пути — короткие остановки в Москве, Иркутске, на родине, в селе Ангинском. Из Иркутска он перевел своих сыновей-семинаристов Гавриила и Иннокентия в Петербургскую семинарию. Следующая остановка — Якутск и затем тяжелый путь верхом в Охотск, куда он прибыл 15 июля 1841 г. В Новоархангельск он добрался только 27 сентября. Здесь епископ Иннокентий провел следующие одиннадцать лет своей жизни.

В 1850 г. он возводится в сан архиепископа, а через два года к его епархии присоединяют Якутскую область. Резиденция его переводится в Якутск, и архиепископ Иннокентий покидает Русскую Америку. Как вещественный памятник деятельности о. Иоанна в Новоархангельске остался построенный им в 1848 г. собор Св. Архангела Михаила. Часы, что он некогда смастерил и установил на колокольне собора, погибли, как и храм, в пожаре 1966 г. А письменный стол, сделанный епископом Иннокентием, до сих пор хранится в старом «миссионерском» доме, в котором когда-то была резиденция епископа.

В Якутске, на новом месте, архиепископ Иннокентий с той же энергией, как когда-то на Аляске, принимается за изучение якутского языка и затем переводит на него священные книги. Архиепископ совершает частые поездки по обширной территории своей епархии и в 1854 г. приезжает даже на Амур, как раз в то время, когда туда приходят сведения о начале Крымской кампании. В Русской Америке и на Дальнем Востоке опасаются нападения соединений англо-французской эскадры, крейсирующей в северной части Тихого океана.

В 1855 г., обеспокоенный судьбой жителей своей епархии, архиепископ Иннокентий решает отправиться в Аян, на берегу Охотского моря, по слухам занятый англичанами. Окончательная цель его путешествия — Амур. По пути архиепископ заехал в селение Нелькан, недалеко от Аяна, чтобы повидаться со старшей дочерью Екатериной Ивановной. Дочь была поражена, когда узнала, что отец едет в Аян: «Там же сейчас англичане!» — воскликнула она, пытаясь убедить его не ехать.

Но, несмотря на предупреждение, архиепископ Иннокентий отправился в Аян, куда прибыл 9 июля. Он нашел порт безлюдным. Все жители Аяна перед приходом англо-французской эскадры бежали в лес, за 13 верст от Аяна. В селении же все замки от амбаров и церкви Казанской Божьей Матери были сорваны и везде разбросаны прокламации на английском языке.

Архиепископ Иннокентий решил остаться в Аяне, и несколько раз посетил в лесу жителей селения. 21 июля, когда он совершал в церкви молебствие, в порту внезапно появился английский фрегат, а 22-го пришел еще один, со множеством солдат и офицеров. Следом за ним в порт вошел пароход, на котором находился взятый в плен священник-миссионер Махов.

Английские офицеры очень удивились, найдя в Аяне архиерея, и сообщили ему, что вынуждены взять его в плен. Архиепископ Иннокентий, однако, попытался убедить их, что он человек не военный и содержание его будет в убыток. На следующий день прибывшие с фрегата офицеры сообщили ему, что их генерал освобождает не только его, но и священника Махова. Тем и закончилось недолгое «пленение» архиепископа Иннокентия.

В начале 1856 г. владыке Иннокентию удалось добраться и совершить продолжительное путешествие по Амуру. Интересно, что его сын о. Гавриил Вениаминов, родившийся в Уналашке в 1824 г., принимал участие в Амурской экспедиции Г. И. Невельского в качестве священника.

Вернувшись из путешествия, архиепископ Иннокентий, прекрасно понимавший политическое значение и стратегическую важность занятия Амура, писал в своей статье «Нечто об Амуре»: «Перед устьем Зеи… прежде всех должен быть город, и не менее как губернский. Занятие Амура, т. е. заблаговременное приготовление места для будущих поселений, отнюдь не лишне и не безрассудно; напротив того, надобно это сделать как можно скорее, дабы кто-нибудь из европейцев не предупредил нас; а тогда без ссоры и без войны нельзя уже будет занять Амура».

Эта статья были им написана за два года до формального присоединения Амурского края. План владыки Иннокентия об основании крупного города при впадении Зеи в Амур был претворен в жизнь: этим городом стал Благовещенск, и 2 сентября 1862 г. владыка Иннокентий не только перенес туда управление епархией, но и сам переехал на постоянное жительство. Знаменательно, что город был назван в честь Благовещенской церкви в Иркутске, в которой владыка Иннокентий начинал свое священническое служение.

Через шесть лет, в 1868 г., произошло событие, кардинально изменившее жизнь стареющего архиерея. Ему уже было 70 лет, и он предполагал уйти на покой, когда неожиданно пришло сообщение о кончине московского митрополита Филарета и избрании Иннокентия 5 января 1868 г. на этот самый высокий пост в церковной иерархии России. 25 мая 1868 г. Москва торжественно встречала своего нового первоиерарха.

8 января следующего года Иннокентий, митрополит Московский и Коломенский, был избран почетным членом Русского географического общества в воздаяние его научных трудов по изучению языков народов Северо-Западной Америки. До этого, в 1865 г., Преосвященный Иннокентий был награжден высокой наградой — орденом Святого Александра Невского.

Одиннадцать лет пробыл митрополит Иннокентий на своем высоком посту. В начале 1879 г. он занемог и в Великую Субботу, накануне Святой Пасхи, 31 марта, скончался. Погребение его состоялось в исторической Троице-Сергиевой лавре. Он оставил миру богатое научное наследие.

6 октября 1978 г. русская православная церковь за рубежом причислила этого великого миссионера к лику святых.

В книгах о декабристах довольно глухо упоминается о связи некоторых из них с Российско-Американской компанией. Назову известные имена и первым — поэта, члена, а позднее одного из директоров Северного общества, К. Ф. Рылеева. К заговору были причастны плававшие на судах компании морские офицеры В. П. Романов и Д. И. Завалишин; подполковник корпуса инженеров путей сообщения Г. С. Батеньков, столоначальник правления компании Орест Сомов.

К. Ф. Рылеев служил правителем дел канцелярии Российско-Американской компании в Петербурге (помещение, кстати, находилось на Мойке). По плану Рылеева — в случае успеха восстания — все командные посты в компании распределялись между заговорщиками следующим образом: Г. С. Батенькову предстояло стать правителем Русской Америки в Новоархангельске (вместо морского офицера М. И. Муравьева); Д. И. Завалишину — правителем Форта Росс. Себя Рылеев прочил на пост главы правления компании в Петербурге. Чтобы иметь в американских водах верное судно, было решено отправить туда корабль под командованием В. П. Романова для «обследования» северных берегов Америки.

Вероятно, самое интересное и подробное описание деятельности компании в тот период оставил Д. И. Завалишин один из 121 участника восстания, осужденных на каторгу и отправленных в Сибирь; автор «Записок декабриста».

В 1822–1824 гг. Д. Завалишин в чине мичмана на фрегате «Крейсер» совершил кругосветное плавание в составе экспедиции адмирала М. П. Лазарева. Тогда-то он и обследовал положение Форта Росс, увлекся идеей расширения русских владений в Калифорнии и по возвращении в Петербург, незадолго до восстания декабристов, представил правлению компании и императору Александру свой детальный, но фантастический план. Об этом плане стоит рассказать подробнее.