Чтение онлайн

У генерала Уикса есть такие карточки, генерал Клей хотел бы получить их.

Жуков: Кроме хлеба, мы выдавали также крупу, мясо, жиры, сахар, соль, кофе натуральный и суррогатный, чай, картофель. Это питание выдавалось населению на основании решения советского правительства. Часть продуктов была взята из трофеев, которые захватили наши войска, и из того, что мы собрали в городе, а часть из своих войсковых запасов. Сейчас запасы подходят к концу. Мы имеем сейчас в городе такие запасы: мука — на 6 суток, крупа — на 6 суток, мясо — на 7 суток, жиры — на 2 суток, соль — на 13 суток, сахар — на […] суток, кофе — на 10 суток, картофель — на 10 суток. Этих запасов, как видите, хватит ненадолго. Нужно будет решать этот вопрос. Как вам известно, город своей какой-либо продовольственной базы не имеет. Иначе большой город, с большим количеством населения будет обречен на голод, а отсюда, следовательно, и все последствия. Я хотел бы слышать мнение генералов по этому вопросу.

Клей: В американской зоне Германии совершенно нет пищи. Вы же выдавали пайки и в нашей зоне раньше.

Жуков: Это делали мы только в Берлине, Дрездене и Хемницах. В других местах продовольствия совершенно нет, так как оно было съедено немецкими войсками и доедено нашими. Следовательно, сейчас наши зоны находятся в одинаковом положении.

Клей: Нас интересует, есть ли такие же недостатки продовольствия в советской зоне оккупации.

Жуков: Да, очень тяжелое положение. Особенно это осложняется тем, что из Померании, восточнее Одера, все население переходит к нам. А как база эта территория для нас потеряна. Кроме того, из Чехословакии идет очень много беженцев, которые нацоднили нашу зону, и, более того, мы имеем [437] около 4 млн. своих репатриантов, советских граждан, которых вынуждены кормить. Наши продовольственные ресурсы съедены, мы находимся в очень тяжелом положении. Мы сейчас занимаем после ухода союзников зону. Народ в Саксонской провинции значительно сытнее живет.

Клей: Да, это богатая часть страны.

Жуков: Но пока там это все на корню, хлеб нужно убрать. Саксония богата, а Тюрингия бедна.

Уикс: Наша британская зона считается самой бедной из всех трех зон.

Жуков: Если считать с точки зрения промышленности, то она самая богатая, особенно Рур, у американцев самая богатая в продовольственном отношении Бавария.

Клей: Та пища, которая сейчас завозится, является ли она исключительно из советских источников или имеется рынок, который под советским контролем?

Жуков: Рынка вообще сейчас нет. Мы разрешаем продавать продовольствие. Но это существенного значения не имеет. Это черный рынок. Поскольку нет центральной власти, город замкнут в своей жизни. И каждая провинция живет своей жизнью.

Клей: Каждая зона имеет некоторые продукты в большем количестве. Поэтому мы можем обмениваться ими.

Жуков: Это вопрос доброго согласия. Мы можем это сделать. Сейчас нужно решить вопрос, как будем питать город, с какого времени вы свои зоны питаете самостоятельно, т. к. продовольствия у нас нет, и использовать запасы своих войск для американских и английских зон я не могу и у меня их нет. Этот вопрос передадим нашим правительствам или решим на Контрольном совете. Так как каждая зона занята соответствующими войсками, то этот вопрос с продовольствием должна решать каждая зона.

Клей: Было бы большой ошибкой, если в разной зоне были бы разные пайки.

Жуков: Я предлагаю сохранить наш паек и пересмотреть его тогда, когда соберется Контрольный совет.

Клей: Мы говорим только про пайки в Берлине. Пища для нас сейчас самое главное, она связана и с транспортом. У нас нет железных дорог.

Жуков: Я предлагаю по порядку решать вопросы, сначала с продовольствием, а потом и с транспортом.

Клей: Есть ли у Вас цифры, которые Вы можете дать для нашей части Берлина, и что мы должны добавить.

Жуков: Я ничего не могу дать. Вы обязаны сами кормить свои зоны.

Клей: Мне кажется, что в пайке есть вещи, которые можно было бы привезти из другой зоны. Например, вам легче было бы везти картофель, чем муку.

Жуков: Это вопросы обмена. Мы могли бы об этом договориться. Все продовольствие привозить на демаркационную линию, чтобы не возить к нам. Однако это технические вопросы. Нужно решать вопрос принципиально.

Клей: Ведь Берлин всегда питался хорошо.

Жуков: Но он никогда не находился в таких условиях. Он входил в империю. А теперь его никто не признает. Раньше он давал запросы в другие провинции и питался за их счет. Базой для Берлина была еще и Восточная Пруссия. Но оттуда немцы все вывезли, там были бои, и затем она отошла к Польше.

Клей: Мы этого даже не знаем.

Жуков: К этому наш вопрос не имеет никакого отношения. Этот вопрос не нашей компетенции. Нам нужно кормить Берлин.

Клей: Если мы желаем обсудить вопросы пищи в Германии, то нужно знать, откуда брать пищу.

Жуков: Каждый командующий должен найти ресурсы у себя, чтобы кормить свой народ.

Клей: Германия должна кормить себя сама.

Жуков: Но в целом за Германию никто не может решать, кроме командующих. [438]

Клей: Наши страны согласились говорить с Германией как с единицей.

Жуков: Никто от имени Германии не может выступать. В дебри давайте не уклоняться. Для нас важна практическая сторона. Если вы не будете кормить свой народ, у нас будут очень большие осложнения.

Клей: Мы хотим рассматривать Берлин как единое целое.

Жуков: Поэтому я проявляю такой интерес. Я в этом заинтересован.

Уикс: Для того чтобы решить это практически, желательно знать, сколько продовольствия потребуется на следующие 30 дней.

Жуков: Мы можем вам дать такую справку и сколько нужно продовольствия до 1 января 1946 г. Нужно иметь запас до нового года, а не на месяц. Мы можем сообщить вам сведения в тоннаже и в номенклатуре. Вас интересуют сведения по зонам или город в целом?

Клей: Вы не можете дать пищи, кроме вашей зоны?

Жуков: Советскую зону я должен обеспечить.

Клей: Если это так, то мы ничего по этому вопросу сделать не можем. Мы заявим об этом нашему правительству.

Жуков: Нужно решать этот вопрос скорее, иначе будут неприятности.

Клей: Мы принимаем это предложение на время, пока мы доложим об этом нашему правительству.

Жуков: Я хотел бы слышать подтверждение с английской стороны принять это предложение на время, пока доложат об этом правительству.

Клей: Меня интересует число, после которого вы не будете предоставлять продовольствие.

Жуков: Я сказал, от 6 до 10 суток, а жиров хватит только на 2 суток. После этого срока нужно подвозить продовольствие.

Уикс: Ваш паек содержит 2 тыс. калорий.

Жуков: В калориях меньше. Я могу дать справки и о калориях пайка.

Уикс: Нужно понимать, что после известного срока нам придется самим кормить население?

Жуков: Да, только так стоит вопрос.

Клей: Для нас трудно решить этот вопрос, т. к. раньше нам ничего не было известно об этом. Нам нужно знать, где получать продовольствие, как подвезти его.

Жуков: Мы можем отложить этот вопрос, если соберемся завтра или через день.

Все согласились отложить этот вопрос до вторника, 10 июля с. г., на 13 часов по московскому времени.

Жуков: Вторым очень важным вопросом является вопрос топлива. Сейчас мы имеем запасы в угле от 3 до 5 дней. Я говорю относительно угля для питания электростанций, газа, предприятий, водонасосных станций и прочих коммунальных предприятий. Мы имеем сейчас запасы в зоне союзников 13 650 т угля, в советской зоне 12 тыс. тонн, а всего имеется 25 тыс. тонн угля. Потребность в угле 7,5 т в день. В последний период времени мы подвозили со всех концов, собирали, где только можно было. Вывезли и с советской территории, из Польши, из Верхней Силезии. Нам нужно будет решить вопрос относительно подвозки угля. Ежемесячно нужно 225 тыс. тонн угля, если расходовать по 7,5 тыс. тонн в день.