Чтение онлайн

Обстановка была успокаивающая, но Семцова понимала, что разговор с Хоупом будет тяжелым. Коды для использования ядерного оружия знает только он, и никто больше. Несмотря на то что Семцова взяла управление крейсером в свои руки, формальное капи-танство означало возможность использования лишь оборонительного оружия. Боеголовки держались за семью замками, и всю систему кодирования и расконсервации знал только настоящий капитан крейсера, на которого руководство флота и министерства обороны накладывали всю ответственность за их сохранность.

– Надеюсь, я не очень сильно вас ударила тогда?
– Семцова села в кресло, положив ногу на ногу, правая рука лежала на рукоятке засунутого за пояс пистолета скорее по привычке: Бишоп и Гор были рядом, да и за дверью остались двое "волкодавов".

– Да нет, ничего.
– Хоуп говорил вежливо, но в глазах сквозила настороженность.- Ловко вы, мисс Семцова, все это провернули. Мистер Хиллиард остался очень недоволен.
– Он вытащил из кармана сигареты и предложил Маше и Гору. Взяла только Семцова.

– Скажите, мистер Хоуп, на борту "Патны" есть ядерное оружие?

– Конечно,- кивнул капитан.- Это ни для кого не секрет: четыре термоядерных заряда по пятьдесят мегатонн и восемь тактических боеголовок по пятнадцать килотонн каждая. Почему вы об этом спрашиваете, разве вам это не известно?
– Хоуп уже начал понимать, что эту сумасшедшую интересует доступ к ракетам. Но зачем?

– Мисс Семцова спрашивает оттого, что нас интересуют коды для доступа к стратегическим ракетам, и вы, капитан, должны рассказать все, что знаете. Полковник в упор смотрел на Хоупа.
– Скажите добровольно, и вы избавите себя и нас от больших неприятностей. Вы не хуже меня видели, что происходило внизу, и понимаете, для чего нам нужна... э-э... бомба. Помогите нам, а заодно и всем людям Солнечной системы.

Хоуп молчал, поглаживая левой рукой подлокотник. Часы на стене показывали 5.29 утра.

Подобного шока медтехник Андрей Ильин не испытывал никогда. С этим не могли сравниться даже кошмарные часы, проведенные в транспортере возле корабля Чужих. Пулей вылетев из шлюза, соединявшего челнок с "Патной", он, судорожно озираясь, кинулся к лифтам и долго не мог попасть ладонью по кнопке вызова его била крупная дрожь. Чисто автоматически медтехник подумал, что его надпочечники, наверно, выбросили в кровь годовой запас адреналина. Широко раскрытыми от ужаса глазами Андрей оглядывал потолок грузового отсека, в полной уверенности, что вот-вот обнаружит на серой обшивке черные силуэты Чужих. Но огромный зал оставался пуст - ни единого шороха или движения. Только нагромождения контейнеров у стены да два небольших спасательных катера нарушали гладкое однообразие.

Около получаса назад он, Логинов и биологи закончили готовить робота-хирурга к операции. Покопавшись в данных компьютера, Ильин нашел запись хода операции, сделанной Семцовой, и программу, составленную еще на Земле, в медицинском центре "Уэйленд-Ютани". Конечно, Семцову оперировали высококлассные специалисты, не слишком полагавшиеся на робота, но их эвакуировали с "Патны", когда крейсер был еще на орбите Фиорины. Так что, как заключил Логинов, все придется делать самим, да вдобавок надо будет позвать Бишопа - в таких делах он разбирается хорошо, как, впрочем, и во всем остальном.

Когда все оказалось готово, Андрея послали в челнок - поставить одну из капсул на размораживание, да и Стеклы сказал, что сам вскоре пойдет туда, чтобы забрать труп одного из Чужих и перенести наверх, для продолжения исследований. Биологи гадали, разрешит ли Семцова отпустить к ним из заключения Блейка, ибо его знания в области биологии были исключительно обширны и работать с Чужими дальше без профессора было сложно.

Андрей почувствовал странный запах, еще когда спускался в модуль, но не придал этому значения. Лишь войдя в отсек, где стояли капсулы длительной гибер-нации, он понял, что произошло.

"Патна" перестала быть безопасным местом. В толстенных стеклах, которые и из пистолета-то было сложно разбить, зияли дыры с неровными краями, на полу валялись осколки и краснели капли крови. Ильин, с первого мгновения охваченный мерзким, липким страхом, заставил себя заглянуть внутрь одной из капсул и сразу же отскочил, с трудом подавив тошноту. Посмотрев на данные системы жизнеобеспечения капсулы, медтехник только успокоил совесть: все индикаторы сменили цвет с зеленого на красный. Человек был мертв. Второй - тоже. И туг Андрей наступил на что-то мягкое, но очень упругое...

Хуже всего было то, что лежащая на полу мерзость шевелилась. Медтехник зачарованно, словно кролик на змею, смотрел себе под ноги: серая паукообразная тварь, сползшая с лица своего носителя и выбравшаяся наружу из капсулы гиперсна, умирала, подергивая в агонии двумя десятками членистых ног.

Ильин попытался закричать, но голосовые связки издали только слабый стон.

И тут Андрей неожиданно понял, что эта умирающая нечисть уже не причинит ему никакого вреда. Убить может другой - тот, кто сумел сокрушить прочный корпус капсулы. И это существо может оказаться совсем рядом. Возможно, оно уже за спиной.

Ильин кинулся к выходу из челнока настолько быстро, что своротил по пути столик с сияющими титаном и сталью хирургическими инструментами, рассыпавшимися по полу с тонким дребезжанием...

– Послушайте, Хоуп, я не хотел бы прибегать к исключительным мерам, но вы прекрасно знаете, что подчиненные мне люди обучены... гм... специальному воздействию в случае, если противник намерен скрывать информацию.
– Гор многозначительно посмотрел на капитана, и его взгляд не предвещал Хоупу ничего хорошего.

– Вы не посмеете! Знаете, как это называется?

– Еще как посмеем!
– зло рыкнула Семцова. Долгое словоблудие ей уже изрядно поднадоело. Они потратили более получаса на вежливые уговоры, но Хоуп твердо стоял на своем: доступ к ракетам имеет только капитан, и он не собирается разблокировать систему обороны корабля.

– Ну что ж, я искренне сожалею...
– Гор поднялся и с невинным видом развел руками.
– Лейтенант, возьмите двоих солдат и проводите мистера Хоупа в медицинский блок. Заодно господину капитану там окажут первую помощь после беседы с вами.

Казаков стоял прислонившись к стене возле двери в коридор. Услышав слова полковника, он только подумал, что за такую "операцию" трибунал добавит лишние двадцать лет заключения. И хорошо, если суд будет в Санкт-Петербургской губернии - там хоть смертная казнь отменена давным-давно. А так - лет двести двести пятьдесят в общей сложности уже точно заработано...

Казаков оторвался от стены и уже направился к креслу Хоупа, но неожиданно капитан поднял руку:

– Ладно, черт с вами! Но на следствии я буду все отрицать, поняли?