Чтение онлайн

Скажу честно, меня не особо впечатлили города США, которые я посетил. «Даунтаун» всегда представлял собой массу небоскребов и многоквартирных домов, здесь не было ничего интересного с исторической или архитектурной точки зрения, а главной достопримечательностью всегда был какой-нибудь панорамный вид с верхних этажей этих гигантских зданий. Гуляя, нужно было быть осторожным, особенно вечером. Было опасно вторгаться в сомнительные районы. Самые популярные телевизионные программы были совершенно дурацкими, в основном это были ток-шоу в стиле Джерри Спрингера, где обездоленные и невежественные люди рассказывали свои абсурдные истории и заканчивалось всё тем, что они оскорбляли или избивали друг друга. Часто в местных новостях рассказывали о городских перестрелках, одна из таких даже произошла в нескольких кварталах от нас. Помню историю её подруги, которая как ни в чём не бывало рассказывала, что её бывший парень в порыве ревности поджёг ей квартиру. Среди негативных воспоминаний также бесчисленное количество бездомных и психов, встреченных мною во время поездок в чикагском метро «The L». Просто дикий ужас.

И подумать только, чтобы прилететь к ней я продал свою коллекцию культовых комиксов “Dylan Dog” в оригинале! В тот момент я был готов продать душу дьяволу, только чтобы найти деньги и прилететь к ней! Как и во всех поездках, которые я совершал в юности, билеты я покупал в агентстве Клаудио Микуччи «Volare» в Пинета Саккетти. Мой постоянный выбор для покупки авиабилетов. Спустя годы Клаудио приезжал ко мне в гости в Санкт-Петербург, мы вместе ходили смотреть «Зенит» на стадионе. Позже наши отношения безвозвратно испортились из-за противоположных взглядов на Путина и Россию. Он стал взаимодействовать с Amnesty International и, вследствие сотрудничества с этой неправительственной организацией, он практически стал русофобом.

По прошествию двадцати лет, проведенных в России, я рассматриваю свой горький американский опыт, как полезное приключение, которое помогло мне найти моё место на этой планете. Благодаря ему я осознал, что мне не нравится. Мой опыт путешествия в Штаты был очень полезен для сопоставления заокеанского образа жизни с теми ценностями, которые я обрёл, отправившись на Восток. Приехав в Россию, несмотря на первоначальные трудности, у меня не было сомнений, что я попал в контекст, почти идеально совпадающий с теми идеалами, в которые я верил. Завершая политическую ноту, этот контраст во взглядах на мир и общество сегодня достиг пика столкновения цивилизаций, фронт которого проходит через Украину. Ранее я посещал Германию, Берлин, где встречал Новый 2000 год на Александерплац под ритмы «Fuck the Millenium» группы Scooter и «The Final Countdown» группы Europe. Однако немцы меня тоже не впечатлили: слишком жесткие, схематичные, почти роботизированные. Моя немецкая подруга Сабрина тогда была способна устроить истерику из-за тюбика зубной пасты, выдавленного сверху, а не снизу, или обидеться и не разговаривать со мной несколько дней, если я отказывался пробовать артишоки её матери. В то время я не любил артишоки, а от тех, что готовила её мама, меня просто тошнило.

Ещё раньше я также пробовал жить в Швейцарии, с милой Николь. Хорошая девушка, спокойная атмосфера, но жизнь там мне показалась довольно скучной и предсказуемой. Честно говоря, моей детской мечтой была Голландия. Мне очень нравились голландские девушки и я имел у них большой успех. Может быть, потому что меня зовут Марко, «как Марко Борсато!». Марко Борсато – голландский певец, добившийся значительного успеха на родине после того, как в 1994 году начал петь на голландском языке с песней «Dromen zijn Bedrog» («Мечты – это обман»), кавером на композицию Риккардо Фольи «Storie di tutti i giorni». Помню, как в 4 утра эту песню крутили в клубе «Лас-Вегас» в Бланесе, на побережье Коста-Брава, и как мы зажигали под неё! У меня были короткие романы с голландскими девушками, самый продолжительный из которых длился целых две недели, с Элиз в 1996 году.

Помимо этого, не стоит забывать бесчисленные каникулы, которые я проводил в путешествиях по Европе, между университетскими экзаменами. Эти приключения помогли мне узнать и оценить различные культуры и народности. Вместе с моим другом Франческо мы зарабатывали, раздавая «Facip» листовки о легендарном «Сеньор Клаудио». Целевое распространение мы обеспечивали, в том смысле, что оставшиеся листовки оказывались в мусорном ведре, когда мы метко в него целились.

Должна была быть причина, почему я остановился именно в Санкт-Петербурге. И я был не единственным, кто сделал этот выбор. Я знаю некоторых итальянцев с опытом, похожим на мой. После долгих рассуждений они все же решали остаться в России. Так же, как и я.

5 марта 2001 года в Санкт-Петербурге был очень холодный день. По крайней мере, мне так показалось, когда я приехал, одетый в мокасины и кожаную куртку, без шарфа и шапки. Проще говоря, «настоящий итальянец», заботившийся о своей внешности, но ещё не считающийся с синуситом, который вскоре заставит его носить шапку, несмотря на испорченную причёску. У Ольги же была нелепая шуба, похожая на те, что носили в то время в Италии пожилые дамы, ходящие в церковь. До сих пор помню контраст этой коричневой шубы (так и не понял, была она из натурального меха или искусственного), с её аккуратно накрашенными голубыми ногтями, которые в свою очередь идеально сочетались с её прекрасными глазами.

Аэропорт Пулково в то время был крошечным, я не помню ни ресторанов, ни магазинов, всё было очень просто. На паспортном контроле была жёсткая, злая дама в военной форме и фуражке, которая говорила мне какие-то непонятные слова, внимательно рассматривая мой паспорт. Несмотря на трудности понимания, мне всё же удалось пересечь границу и, забрав чемодан с багажной ленты, я вышел в зал и наконец-то увидел Ольгу.

Мы вышли искать такси, а точнее «ловить машину». Дословный перевод русского выражения даёт лучшее представление о том, что мы делали. Мимо нас проезжали только Жигули (автомобили советского производства, похожие на ФИАТ 124) и несколько старых БМВ с тонированными стеклами. Обеспокоенный, я спросил её: «А нет ли здесь службы такси или номера, по которому можно его вызвать?». Она ответила, что в Санкт-Петербурге останавливают такси вытянув руку, а потом договариваются с водителем о цене. «Лучше, если ты встанешь за мной, так как, если они поймут, что ты иностранец, цена может сильно увеличиться»! В конце концов остановился полуржавый «Жигули» со шторками на окнах, за рулем которого находился иммигрант из средней Азии, то есть одной из стран бывшего Советского Союза, с юго-восточной азиатской стороны.

Мы направились к её дому по разбитым дорогам, слушая нелепые песни по радио. Пока мы ехали мне рассказали русскую поговорку «в России две беды: дураки и дороги».

Когда мы приехали по адресу, со мной случился первый настоящий шок. Перед нами была пятиэтажная хрущёвка в районе Звёздной. Хрущёвками в России называют дома, построенные во времена правления Никиты Хрущёва, но этот дом был более поздней постройки, 70-80-х годов. Как только мы зашли в парадную, меня сразил сильный запах мочи. Её дом был явно в аварийном состоянии: с трещинами на стенах, отсутствующей на полу плиткой, полуразрушенными ступеньками и грязью вокруг. Лифт был крошечным, шатким и скрипучим, весь изрисованный граффити. Когда мы добрались до третьего этажа, там нас «встретила» железная дверь, напоминающая дверь старой тюрьмы. Стоит отметить, что по итальянским меркам это был бы второй этаж, но в России нет понятия нулевого этажа, тут считают сразу с первого. Ольга вставила в скважину дверного замка очень длинный ключ, чтобы отпереть дверь. В этот момент в моей голове проносились разные мысли: «эта девушка очень бедна, и я для неё «билет в красивую жизнь». Или, того хуже, я подумал: «Сейчас она откроет дверь, а за ней будет пара бандитов, которые пустят меня на органы».

Но нет, она открыла дверь, и я оказался во вполне обычной квартире! Ничего роскошного, это была небольшая, но опрятная квартира-студия с гостиной, кухней и ванной (причем, туалет был отделён от ванны, так было принято в то время в восточных странах). По сравнению с подъездом сама квартирка выглядела, как дворец. Ольга предложила мне удобно располагаться, а сама спустилась вниз, купить что-то в магазине «продукты 24 часа» (продуктовые магазины, которые в России открыты круглосуточно и ежедневно, включая выходные и праздничные дни).

Гостем квартиры так же была кошка, которую перед отъездом Ольге оставила в наследство её сестра Наташа. Её звали Клеопатра, Клёпа для близких друзей. Со временем я понял, что это мы её гости, а не наоборот. Первые несколько дней мы спали в комнате с закрытой дверью, так как я боялся, что кошка прыгнет на меня, пока я сплю и, возможно, расцарапает мою руку, свисающую с кровати. Потом я привык к её присутствию и начал неистово любить кошек.

Ольга вернулась из магазина с продуктами, в тот день я впервые попробовал типичные русские продукты, такие как сметана и сгущёнка. «Это молоко», – сказала она мне, открывая консервным ножом что-то вроде консервной банки. Я подумал: «Что это, чернобыльское молоко!?». Чтобы меня как можно больше удивить, на следующий день она решила приготовить «варёную сгущенку», положив закрытую банку со сгущенкой в кастрюлю кипятиться, чтобы потом использовать потемневшую сгущенку для блинов (знаменитые типичные блины русской кухни). «Нужно быть осторожным, иначе она взорвется и придется перекрашивать кухню», – предупредил она. Банка не взорвалась, а блины получились очень вкусными.

В то время я ничего не знал о России. Я слышал только о Красной площади в Москве и, основываясь на американских фильмах (а я вырос на таких фильмах, как «Рокки IV»), представлял себе русских, людьми неприятными и злыми. Я был уверен, что за пределами Москвы нет ничего примечательного. И действительно, когда через пару дней моего пребывания в России мне позвонил брат и спросил: «А как там Невский проспект?» – Я ответил: «Невский проспект? Ну, кажется, так называется станция метро, на которой мы выходим, чтобы оказаться в центре». Каким же невежественным я был! Кто бы мог подумать в тот момент, что потом я стану владельцем туроператора и что Невский проспект станет центром моей жизни!?