Чтение онлайн

СТРУКТУРА КАРТОГРАФИЧЕСКИХ АТЛАСОВ

Устройство двух антропологических атласов русского народа описано ниже (раздел 5 Приложения). Мы провели картографический анализ двух систем антропологических признаков: соматологии (физического облика) и дерматоглифики (кожных узоров). Под термином «антропологические» часто имеют в виду данные только соматологии, и мы тоже порой будем использовать их в этом привычном значении. Но правильнее все же различать сома-тологические, дерматоглифические, одонтологические, палеоантропологические признаки, объединяемые под общим понятием «антропологических» данных.

В основу анализа данных соматологии легла сводка, составленная профессором кафедры антропологии МГУ В. Е. Дерябиным (раздел 5 Приложения). В нее вошли все основные данные по антропологии русского населения (работы В. В. Бунака, Т. И. Алексеевой, М. В. Витова, В. П. Алексеева). В основу анализа данных дерматоглифики легла сводка, составленная известным специалистом в этой области — сотрудником Института этнологии и антропологии РАН к.б.н. Н. А. Долиновой. В нее вошли все основные данные по дерматоглифике русского населения. Работа по составлению сводок и их включению в геногеографический анализ велась в сотрудничестве генетиков и антропологов в рамках проектов РФФИ[25].

Напомним (глава 3, раздел 3.2., раздач 5 Приложения), что картографические атласы антропологии включают несколько разделов «простых» карт и «обобщённых» карт.

1) География каждого признака соматологии по данным Русской антропологической экспедиции («РАЭ»): 107 популяций, 30 признаков. Изученные РАЭ популяции охватывают весь «исконный» ареал русского народа. Лишь Русский Север изучен менее подробно. Он был основным предметом исследований М. В. Витова, работавшего почти одновременно с РАЭ.

2) География каждого признака соматологии по объединённым данным РАЭ и М. В. Витова («АБВ»[26]): 180 популяций, 18 признаков. Совместный анализ этих массивов данных выполнен впервые. С 1953 по 1957 годы М. В. Битовым были обследованы около восьми с половиной тысяч русских мужчин (82 популяции). Чтобы включить в единый анализ все популяции, изученные РАЭ и М. В. Битовым, нам пришлось сократить перечень признаков: далеко не все они поддаются коннексии. Объединив данные из двух источников, и анализируя уже не 107, а 180 русских популяций, мы можем создать карты лишь 18 признаков. Однако эти признаки являются ведущими и дают весьма полное представление об антропологическом облике русского народа.

3) География каждого признака дерматоглифики: 28 популяций, 7 ведущих признаков дерматоглифики. Дерматоглифические данные по русскому народу картографируются впервые.

4) География ведущих закономерностей антропологии. Эти разделы Атласа включают: обобщённые карты многомерных расстояний (РАЭ и АБВ) и канонических переменных (РАЭ и АБВ) по соматологии; обобщённые карты главных компонент по дерматоглифике. Именно эти разделы Атласа мы рассматриваем как основные. Они позволяют, во-первых, обобщить антропологические данные, и, во-вторых, сравнить данные антропологии со свидетельствами прочих «очевидцев».

Фрагменты Атласа представлены на сайте www.genofond.ru. Общая характеристика карт разделов «отдельные признаки соматологии (АБВ)» и «отдельные признаки дерматоглифики» приведены в таблице 4.1.1.

«Простые» карты (для каждого отдельного признака) позволяют наглядно изобразить, рассмотреть и проанализировать изменчивость тех черт, которые составляют физический облик населения.

Обобщённые карты выявляют основные закономерности, скрытые в картах изменчивости отдельных признаков соматологии и дерматоглифики. Именно обобщённые карты выявляют пространственную структуру фенофонда.

Формально, уже карты отдельных признаков антропологии можно напрямую сравнивать с картами классических и ДНК маркёров. Ведь все они построены по одной технологии, по единой методике. Но намного информативнее и привлекательней будет сравнение иных — обобщённых карт антропологии и генетики. Здесь мы уже отвлекаемся от множества исходных признаков и переходим к признакам обобщённым, к обзору того единого здания, которое до этого рассматривалось каждой наукой со своей стороны. Такое сравнение пространственных структур генофонда и фенофонда русского народа позволит нам отделить «частное» (выявляемое только данной наукой) от «общего» каркаса генофонда, его архитектоники, его истории, который должен проявиться и в антропологических, и в генетических итогах изучения русского народа. Сравнение фенофонда и генофонда, сравнение свидетельств разных «очевидцев» является одной из главных задач нашей книги и её «многоочего» подхода.

Сопоставить антропологическую и генетическую обобщённые карты, когда они уже получены, несложно. Но когда генетик пытается создать антропологические карты, его поджидают как минимум две трудности.

Первая вызвана необходимостью в коннексии разных антропологических данных (в генетике коннексия обычно не нужна). Вторая — в методике многомерного анализа: для данных соматологии (связанных внутригрупповыми корреляциями) необходимо рассчитывать канонические переменные вместо привычных генетикам главных компонент.

КОННЕКСИЯ ДАННЫХ

Особенностью антропологических исследований является неизбежная поливариантность при измерениях одних и тех же признаков, причём разные антропологические школы используют несколько отличающиеся правила измерений. Поэтому при сопоставлении данных, полученных разными антропологическими школами (или даже одной, но в разные годы), возникает необходимость в коннексии данных. Коннексия — это пересчёт, приведение «к общему знаменателю», сведение в единую систему, перевод на «единый язык» данных разных исследователей. Для возможности такой коннексии разные авторы намеренно изучают ряд одних и тех же популяций — это даёт возможность найти коэффициенты для пересчёта данных в единую систему. Генетикам важно знать, что прямое объединение опубликованных антропологических данных (без коннексии) может привести к резкому искажению результатов. Немаловажно поэтому, что в нашем случае коннексия данных проведена специалистом-антропологом — профессором В. Е. Дерябиным.

КОМПЬЮТЕРНАЯ КАРТОГРАФИЯ

Напомним, что первые (значковые) карты изменчивости отдельных антропологических признаков в русском населении были созданы и описаны В. В. Бунаком и Т. И. Алексеевой в 1965 г. [Происхождение…, 1965], а их обобщённые значковые карты созданы недавно В. Е. Дерябиным [Дерябин, 1999,2002]. Однако значковые карты являются лишь иллюстрацией уже выявленных закономерностей — они не могут служить объектом дальнейшего статистического анализа. Их нельзя напрямую сопоставлять с данными генетики. Напротив, компьютерная геногеография, создаёт полностью сопоставимые интерполяционные карты любых признаков — и генетики, и антропологии. Поэтому методами геногеографии мы можем объективно сравнить антропологический и генетический портреты русского народа, у нас появляется возможность картографического синтеза данных антропологии и генетики.

Созданные картографические Атласы антропологии русского народа имеют и самостоятельную ценность: в них впервые представлены интерполяционные (а не значковые) карты отдельных признаков и обобщённых параметров фенофонда. Полезная особенность Атласов еще и в том, что в них впервые построены карты для соматологических признаков, учитывающие данные и В. В. Бунака, и М. В. Витова. Поэтому раздел атласа (по данным АБВ) является наиболее полным на данный момент источником картографической информации об изменчивости соматологических признаков в русском населении.