Чтение онлайн

Кто-то спрашивает должника: "Когда же заплатите вы мне свой долг?" - "Я и не знал, что вы так любопытны",- отвечает тот. [29, с. 438.]

Умному К. советовали жениться на умной и любезной девице Б. И она, и он были рябые. "Что же,- отвечал он,- вы хотите, чтобы дети наши были вафли". [29, с. 395.]

(Некий) проказник-мистификатор читает в Петербургских Ведомостях, что такой-то барин объявил о желании иметь на общих издержках попутчика в Казань. На другой день, в четыре часа поутру, наш мистификатор отправляется по означенному адресу и велит разбудить барина. Тот выходит к нему и спрашивает, что ему угодно. "А я пришел,- отвечает он,- чтобы извиниться и доложить вам, что я на вызов ваш собирался предложить вам товарищество свое, но теперь, по непредвидимым обстоятельствам, раздумал ехать с вами и остаюсь в Петербурге. Црощайте: желаю вам счастливого пути!" [29, с. 415.]

В приемной комнате одного министра (подобные комнаты могли бы часто, по французскому выражению, быть называемы salle des pas perdus - сколько утрачено и в них бесполезных шагов?) было много просителей, чающих движения воды и министерских милостей. Один из этих просителей особенно суетился, бегал к запертым дверям министерского кабинета, при

Стр. 240

слушивался, расспрашивал дежурного чиновника: скоро ли выйдет министр? Между тем часы шли своим порядком, и утро было на исходе, а наш проситель все волновался и кидался во все стороны. Кто-то из присутствующих вспомнил стихи Лермонтова и, переделывая их, сказал ему:

Отдохни немного, Подождешь и ты.

[29, с. 431.]

В игре секретарь задан был вопрос: "Что может быть неприятнее полученной пощечины?" - "Две",- сказано в ответ. [29, с. 433.]

– Каким образом ушиблен у тебя, братец, глаз?

– Не образом, а подсвечником, за картами. [54, с. 438.]

Одна дама, услышав, что сало вздорожало по причине войны, вскричала: "Ах, Боже мой! неужели армии будут сражаться при свечах?" [139, л. 22.]

"Как хвалят военные вашу четверку (лошадей)!" - "А еще более тройку",отвечал N., отец трех молодых и прекрасных девиц. [54, с. 432.]

Спрашивали ребенка: "Зачем ты солгал? Тебе никакой не было выгоды лгать".- "Боялся, что не поверят мне, если правду скажу". [29, с. 438.]

Кто-то говорил об одной барыне, которой он не видал: она, должно быть, лицом дурна, потому что приятели ее говорят о ней, что она очень стройна. Это напоминает слово князя Козловского. Чадолюбивая мать показывала ему малолетних детей своих, которые были одно некрасивее другого, и спрашивала его: как они ему кажутся. "Они должны быть очень благонравные дети",отвечал он. [29, с. 244.]

9-279

Стр. 241

Вот черта из домашней жизни моего почтенного: друга. Четырехлетний сынок его, вылитый отец, маленький Фальстаф III, однажды в его отсутствие повторял про себя: "Какой папенька хлаблий! как папеньку госудаль любит!" Мальчика подслушали и кликнули: "Кто тебе это сказывал, Володя?" "Папенька",- отвечал Володя. [81, с. 160-161.]

Т *** говорит про начальника своего Б ***: "Я так уверен, что он говорит противное тому, что думает, что когда скажет мне - садитесь, я сейчас за шляпу и ухожу". [29, с. 484.]

Однажды в сильную грозу убило громом несколько человек. "Жаль, сказал один: не тех бы, кого надобно". [54, с. 430.]

Старичку одному дали при отставке чин, которого с нетерпением он ожидал. Приехал к нему приятель поздравить. Обнялись, поцеловались, сели. "Малой!
– закричал хозяин,- подай скорее... знаешь?" Гость думал, что подадут шампанского; но как же удивился он, когда человек подал хозяину календарь и тот начал что-то писать в нем. "Что вы это делаете?" - "Отмечаю, братец, кто приезжал ко мне с поздравлением или присылал поздравлять".- "Да для чего же это?" - "Для того, что когда умру, так бы знали, к кому послать похоронные билеты". [54, с. 324.]

Один старый эстляндский помещик, у которого спальня была подле кладовой, посылал туда по необходимости во время своей болезни кухарку: но, опасаясь, чтобы она там не съела чего-нибудь или не выпила, заставлял ее читать вслух молитвы или петь псалмы. [54, с. 310.]

Покойный П. Р., имевший некогда собственный дом в Москве в самом отдаленном и пустом месте, держал у себя большую дворную собаку. Он чрезвычайно любил ее, но принужден был продать, во-первых, потому,

Стр. 242

что собака очень много ела, а во-вторых, по той причине, что за нее дали ему весьма хорошую цену. Стараясь утаить от своих соседей, что продал собаку, и устрашить воров, выбегал он каждую ночь на двор и лаял там, что в нем ни было силы. [54, с. 311.]

– Частенько трудитесь, батюшка?
– спросил врач священника на похоронах.

– По вашей милости,- отвечал с поклоном священник. [54, с. 437.]

У одной деликатной дамы вскочил на лице или на руке прыщик. Увидела, испугалась и в ту же минуту послала за доктором. Приезжает доктор, степенный, серьезный старичок, осматривает язву и требует немедленно чернил и бумаги: "Скорее, скорее! Боюсь, чтобы не зажило, пока напишу рецепт". [54, с. 436.]

Г-жа Б. не любила, когда спрашивали ее о здоровье. "Уж увольте меня от этих вопросов,- отвечала она,- у меня на это есть доктор, который ездит ко мне и которому плачу 600 р. в год". [29, с. 137.]

– Вставай-ка, брат, да пойдем с тобой в часть - опохмелиться,- говорил городовой, поднимая упавшего в грязь пьянчугу.

– Нет, в часть не хочу,- отвечал тот,- а в половину, пожалуй, пойду. [47, № 55.]

Была приятельская и помещичья попойка в деревне ** губернии. Во время пиршества дом загорелся. Кто мог, опрометью выбежал. Достопочтенный А. выбежать не мог: его вынесли и положили наземь на дворе. Послышались встревоженные крики: воды, воды! Спросонья А. услышал их и несколько сиповатым голосом сказал: "Кому воды, а мне водки!" (рассказано свидетелем). [29, с. 375.]

Двое секретарей посольства, английского и австрийского, отправились на медвежью охоту в окрестностях Тосны. Два медведя были обойдены за неделю до их

9*

Стр. 243

приезда и, по наблюдениям стороживших их крестьян,! получавших за то хорошую плату, оба преспокойно сосали лапы в своих берлогах; но в самый день приезда охотников, как будто встревоженные предчувствием ожидавшей их беды, вдруг исчезли, и охотники, проехавшие около ста верст, нашли только одни логовища да свежие следы скрывшихся мишуков. Молодые дипломаты предались ужасному негодованию и гневу, обвиняя мужиков, что медведи ушли по одной их неосторожности и что, следовательно, они должны возвратить им полученные за обход деньги. Сколько ни уверяли мужики, что они вовсе не причиною такого своеволия медведей, но дипломаты не хотели ничего слушать и требовали возвращения своих денег. К счастью, один крестьянин, посмышленее других, вызвался поставить им "охоту" почище медвежьей - охоту на лося. "Вот извольте, отцы мои, покушать да поотдохнуть, а уж к утру вам будет лось". Охотники согласились. "А видали ли вы, мои батюшки, лосей-то?" Оказалось, что ни один из них живых лосей не видывал. "Ну так завтра же изволите увидеть, родные мои: такого представлю, что на подивленье". Поверив обещанью, горячие охотники, в нетерпеливом ожидании застрелить незнакомого им зверя, расположились ночевать в деревне, а между тем проворный крестьянин добыл где-то старую, яловую и комолую корову бурой шерсти, отвел ее в самую чащу леса и, бросив голодной яловке охапку сена, явился ни свет ни заря к охотникам с донесением, что он обошел следы молодой лосихи и что для удачной охоты должно следовать за ним тотчас, чтоб на месте быть до рассвета. Разумеется, охотники тотчас же поскакали с вожатым своим в лес и, несмотря на темноту ночи, успели разглядеть в чаще лосиху, смирно стоящую и не замечающую их появления. Думать было нечего: оба Нимврода взвели курки, прицелились и в одно время дали залп, которым бедное животное было убито наповал. Происшествие кончилось тем, что дипломаты щедро наградили своего вожатого и, сверх того, поручили ему за известную плату немедленно доставить убитую ими лосиху в Петербург на показ их приятелям. "Но вы можете угадать,сказал Челищев в заключение своей истории,- как исполнил мужичок это поручение: лосиха-корова была съедена крестьянами моей деревни, за здравие проницательных охотников". [46, с. 482-483.]

Стр. 244

Один чиновник шел по Эртелеву переулку поздно вечером и видит, что сзади его кто-то догоняет.

Ему представилось, что это непременно должен быть мошенник, и он достал из кармана табакерку. Как только мошенник стал догонять его, он ему весь табак в глаза, а сам давай Бог ноги. На другой день сидит он в департаменте и слышит разговор в соседней комнате: "Представьте себе, господа... мошенники теперь завелись; вчера один в Эртелевом переулке залепил мне в глаза табаком, а сам удрал".