Чтение онлайн

– А что это такое было?
– деловито перебила Химеру Гейша.

– Специальное упражнение, Большая. У женщины был небольшой пищик, которым она издавала звук определенного типа, плюс нужные движения и некоторое воздействие на психику зрителей. Такие же примерно ощущения, испытывает птичка, когда перед ней "танцует" кобра.

– Ты можешь показать?

– Я никогда не была сильна в "dancu bukimi" - танце смерти, но я попробую. Это обязательная дисциплина, её учат все молодые Химеры. Хотя уже давно никто не танцует. Можно я возьму вот это?

Хима взяла со стола какую-то бумажку, оторвала от неё кусочек, вытащила заколку из волос. Я обнаружил, что у неё длинное черное каре. До этого мне почему-то казалась, что она коротко стриженная.

"Дэха! Не вздумай мешать со своей заботой. Никаких защит, хочу посмотреть, послушать".

Что и как было, я почти не помню. Только смутные ощущения. Было чего-то жаль и хотелось плакать. Ещё было страшно. Страшно, что танец прекратится. В бреду пришло озарение: "Значит, через силу пытающиеся пятится от кобры птички, не боятся гибели. Просто не хотят, чтобы с их смертью танец закончился".

Выдавливаясь кое-как из забытья, осознал, что всё ещё сотрясаюсь в рыданиях. И футболка у меня спереди, мокрая, как половая тряпка. Химера полусидела, полустояла упершись рукой в пол. Видно было, что ей тоже пришлось нелегко. Губы толи искусаны, толи распухли... В любом случае они стали прекрасны. Очень чувственные и кроваво красные. Вспомнилась песня: "...и губы, губы алые, как маки...". Глаза тоже, расширились до состояния японских мультиков. Белков не было совсем, только два огромных, нестерпимо чёрных и блестящих зрачка. Глубоких, как пропасть.

Стоящая у стены Гейша, на контрасте, была совершенно белой. Светлые волосы казались толи платиновыми, толи седыми.

Холли, растрепанная сидела на кровати и судя по всему удивлялась, как она не промахнулась и не села на пол.

– Мама Жоржи! Ну, мы долго ждать будем?
– пробормотала Ларек хрипловатым шепотом.

– Что б я сдохла!
– появилась на виртуальном мониторе Медуза Горгона.

– Что это было, Жора?
– подала свой голос и Холли.

– Судя по всему, как бы визуальный наркотик. Даже здесь, не имея всех ощущений, меня прилично торкнуло. А уж как вас там плющило, я молчу.

– Мужиков сильнее, - морщась и растирая виски, ткнула в меня пальцем Холли.

– На них и рассчитывалось, - покивала головой Жора, - хотя на баб, наверно, действие тоже самое, только на один-два сеанса надо больше проводить. Верно?

– Да, Старшая, - устало подтвердила Хима.

– Мужчинам для полной зависимости надо три танца?

– Да, Старшая.

– Женщинам на танец больше?

– Да, Старшая.

– Максимально возможный перерыв между сеансами, чтобы не пропал эффект, 3-5 дней?

– Семь, Старшая.

– Сколько времени сохраняется зависимость?

– Бесконечно, Старшая. Воздействуемый сразу всё вспомнит.

– Они приезжали забирать заведение через полгода?

– Через год, Старшая.

– Всё понятно. "Танец смерти" был в основном для хозяина или хозяйки таверны, заведения, притона.

– Да что это было, Жора!? Ты терапевт или где!?

– За терапевта по рылу получишь! Джива, что ты до меня докопалась!? Или я Пушкин? Она ж таки-не просто вас в транс зафигачила, а сходу подсаживать на повтор начала. Девчура! Какой эффект привыкания для мужчин и какой для женщин?

– У женщины сформировывается фанатичная привязанность, по типу материнской. Как правило, они потом никогда не брали деньги за своё заведение, при продаже. У мужчин сильнейшее сексуальное влечение. На уровне: "а потом, хоть виселица!". Особенно удобно, что все активировалось только при последующем, непосредственном контакте Химеры с объектом. До контакта, воздействуемый ведет нормальную жизнь, не выказывая никаких изменений в глазах окружающих.

– Ой-вэй! А как излагает, собака... Круто! Не наркотик в прямом смысле этого слова, но по воздействию не хуже. Тут и кодировка, и черт знает, что ещё... Отдайте девочку мне! Доча! Пойдем к нам, в докторы!

– Щас! Разбежались! Девка боевик от Бога. За ней, поди, вереница покойников, длиной в два этих сухогруза числится, а ты её к вам, в клистирную!?

– Терапевт раз, клистирная два! Голландия, с тебя спарринг! Сука старая!

Хима! Я не прощаюсь! Мы ещё поговорим!

Горгона пропала.

– Ну, вот... Теперь на базу хоть не появляйся, - хмыкнула Холли.

– Холл, Жора на тебя обиделась?
– спросил я осторожно.

– Называй сразу "Калидор" или "Прихожая", чего уж там... Никто не обиделся, Георгия моя лучшая подруга! Но триндюлей насыплет, повод есть.

– А сможет?

– Ещё как! Она у Тени 2-3 боя из семи выигрывает.

– Ладно, проехали. Хима! А как так Химера вляпалась, что её замочили? По песне, там какой-то козленыш укуреный, во фраке. Зарезать её умудрился.

– Ты знаешь, почти так и вышло. Это была молодая, сильная Химера. Её звали Сасайакимасу - Шёпот. Она получила известие, что может зачать ребенка. Это безумная радость для Химер. В вашем мире нет настолько радостного события, которое я могла бы назвать для сравнения её состояния. Время для зачатия очень короткое - три дня. Никакая любовь и прочие глупости Химер не волнуют. Но это должен быть лучший мужчина! Лучший из лучших! И он никогда больше не сможет стать отцом. Силу мужскую не потеряет, но будет абсолютно стерильным. Химера заберет для своей дочки ВСЁ. И отец будущей девочки должен быть японцем, без вариантов.

Шёпот выбрала сына одного из оябунов якудза. Для переговоров с Триадой, приехавшего в Гонконг. Она пришла в роскошную гостиницу, где остановился японский мафиози, ни моргнув глазом, прошла через охрану, зашла в большой, обеденный зал, где отец с сыном кушали сырую рыбу, прямо с тела голой девушки.

"За мной!" - сказала сыну негромко и не оборачиваясь, пошла обратно. По-прежнему не обращая ни на кого, ни малейшего внимания. В том числе и на "большого оябуна". Молодой человек побежал за ней падая и запинаясь. Путаясь от волнения в собственном одеянии.

– Кто, кто это был!?
– в истерике заорал отец, тряся первое, что попало ему под руку.

Это оказалась голая девушка, с тела которой они недавно ели.

– Мы только что видели настоящую Нуэ, Господин!
– ответила та, потихоньку отходя от страха.

Её звали Юкио Танака, совершенно без башенная едва ли не первая, японская женщина-журналист. Подкупив шеф-повара отеля, она заняла место служанки на обеде отца с сыном.

– Как она попала сюда!? Охрана!!!

– Для Химеры нет преград в нашем мире, Господин...