Чтение онлайн

Я как-то слышала диалог между матерью и ребенком. Ребенок: Мне кроссовки бесплатно дали!Мать: Да не бесплатно, а подарили!Как говорится, почувствуйте разницу.

В пятилетнем возрасте моя дочь поинтересовалась, будут ли на Первое мая подарки. Ну, раз это праздник. Я сказала, что подарков не будет, а просто выходной и можно погулять. Тогда она спросила, что это, собственно, за праздник. Пришлось, конечно, слегка упростить: международную солидарностья опустила, а трудное субстантивированное причастие трансформировала. Это,говорю, такой праздник в честь тех, кто много трудится. — Понятно,говорит, — день Золушки?А что, пожалуй, это не лишено.

Вообще люди стремятся даже новым праздникам придать какой-то свой, близкий им смысл. И как на Масленицу или на Святки ясно чувствуется память о языческом прошлом русского народа, так и в советских праздниках люди всегда находили что-то, связанное с фундаментальными основами бытия.

Проще всего было с Международным днем борьбы женщин за свои права — 8 марта.Разумеется, ни для кого этот праздник не ассоциировался ни с какой борьбой за права, а называли его всегда просто 8 мартаили женский день, женский праздник.Героиня Наталии Гундаревой из фильма «Сладкая женщина» говорит: Я ведь как раз под женский праздник оформилась(в смысле, поступила работать на завод). День 7 ноября— красный день календаря, день революции, получил народное название октябрьские праздникиили просто октябрьские.У Ф. Абрамова читаем: Пожар вспыхнул под утро в Октябрьские праздники, и пока подгулявшие накануне люди приходили в себя да раскачивались, поселок сгорел начисто.А вот из В. Аксёнова: На гулянке под Октябрьские завели на патефоне старую пластинку «Саша, ты помнишь наши встречи в приморском парке на берегу?»Между прочим, уже мало кто помнит, что этот праздник переименовали было в День примирения и согласия— или согласия и примирения.Не прижилось, для всех так и осталось — октябрьскиеи октябрьские.Хотя и в ноябре. Теперь, правда, все запуталось окончательно, поскольку седьмое переименовали в четвертое, примирение в единство, а Ленина в Минина и Пожарского.

День международной солидарности трудящихсятоже не мог существовать под таким названием. Не спасал и официально-задушевный вариант Праздник весны и труда —слишком неочевидна была связь между тем и другим. И 1 Маяполучило в народе название майские.

Таким образом, основные идеологические праздники превратились в сезонные: октябрьскиеи майские,осень и весна. А вскоре за майскими следовало 9 мая— праздник совершенно особый. Тут тебе никаких умозрительных солидарностей и единств. День Победы— это все понимают.

Но в последнее время многие люди под майскими праздникамистали подразумевать сразу все: и несколько выходных на 1-е мая, и выходные на 9-е, и поскольку во многих организациях делают нерабочими также и дни между праздниками, то получается, что майские— это такие большие, дней на десять, весенние каникулы, когда можно куда-нибудь уехать или заняться сельским хозяйством на садовом участке. Кстати, во многих западных странах есть такое понятие — мостмежду праздниками, время, когда официально не выходные дни, но практически никто не работает. Думаю, скоро оно привьется и у нас. Появились даже такие сочетания, как первыеи вторые майские праздники,например: Между первыми и вторыми майскими праздниками остается очень мало рабочих дней.

Тут надо сказать, что разные люди употребляют слова майские праздникиили майскиепо-разному, причем различие это в значительной степени поколенческое. Пару лет назад в конце апреля у меня произошел примечательный разговор с кассиром нашего института. Я спросила у нее, когда будет зарплата, и услышала в ответ: После майских!Я огорчилась: Значит, числа 13-го? — Да, нет, почему же? Числа 6-го. Я же Вам сказала — после майских.Ну, говорю, я думала, после вторых. — Нет, — твердо ответила она . Майские — это майские, а 9 мая — это 9 мая, День Победы.

В великой книге «Москва — Петушки» сказано: «Вот видите — сколько в природе загадок, роковых и радостных, сколько белых пятен повсюду!» Лично для меня самая жгучая загадка: как в иных самых мелких словах помещается невероятное количество смысла? Приведу лишь один пример.

Допустим, вы обратились к своему собеседнику с просьбой, но с первого раза у вас ничего не вышло. Тогда у вас, как говорится по-английски, два выбора. Можно плюнуть, а можно решиться повторить просьбу. В этом последнем случае язык предписывает снабдить вашу просьбу специальным ярлычком, чем-то вроде пометки Повторнона почтовом извещении. Проще всего выбрать одну из трех частиц: ну, даили же.Как, например, в одном из рассказов Аверченко:

Казалось бы, какая разница — хватай первое, что на язык попадется: «Ну скажи мне!» или «Да ответь же!» Однако за каждой частицей стоит своя, особая стратегия уговаривания.

Проще всего воспользоваться ну– стратегией. Услышав отказ, надо набрать побольше воздуха и начать: «Ну давай, ну пожалуйста, ну прошу тебя!» Что означает: у меня нет никаких новых аргументов, я не знаю, чем мне подкрепить свою просьбу, но мне очень хочется, чтобы ты ее выполнил, и я от тебя не отстану, пока она не будет выполнена. Это называется умолять, канючить или клянчить. Данная метода имеет ряд достоинств. Во-первых, нудопускает бесконечное повторение, так что все зависит от упорства просящего. Во-вторых, эта частица не требует изобретательности и интеллектуального напряжения. И наконец, она довольно результативна (это известный эффект зануды). Однако есть и существенный недостаток: канючащий жалок, налицо потеря достоинства. Поэтому если маленькие дети без колебаний прибегают к ну– стратегии, то взрослые обычно предпочитают сначала попробовать что-нибудь другое. Например, да– стратегию.

— «Скажи!» — «Нет!» — «Да скажи!» Что это значит? Да скажи,произносимое со специфической небрежной интонацией, значит примерно следующее: не ломайся, я-то знаю, что у тебя нет никаких причин отказывать мне в этой мелкой просьбе; все твои аргументы мне заранее известны и просто смешны, мы с тобой хорошо это понимаем. Дане предполагает бесконечного повторения. В отличие от предыдущего случая, где собеседник берется измором, да— это скорее наскок.

Для успешного выполнения здесь требуются внезапность и то, что называется понт. Просящий должен быть абсолютно уверен в себе — настолько, чтобы его уверенность передалась собеседнику. Тогда тот, может быть, растеряется и выполнит просьбу, прежде чем поймет, что произошло.

Если да– атака удалась, то она покрывает победителя неувядаемой славой: он добился своего не только не потеряв достоинства, но и доказав свое моральное превосходство. Впрочем, если да– атака захлебнулась, можно переходить к ну– осаде.

Воспользуемся примером из другого рассказа Аверченко. Пожилой чиновник, гуляя по берегу реки, смутно видит у другого берега силуэт купальщицы. Он отчаянно пытается рассмотреть хоть какие-нибудь подробности, но все бесполезно. Вдруг он замечает гимназиста, который разглядывает купальщицу в бинокль.

За этим Да дайте!слышится совсем другая интонация, чем за откровенной мольбой Ну дайте!О многом говорит это да!Рука у чиновника дрожит, душа пылает, но он еще не сломлен, он не хочет терять лицо. Он пытается сделать вид, что просьба-то пустяковая, что бинокль и не очень ему нужен, просто умный мальчик не станет отказывать в такой ерунде солидному человеку.

Бедняга! Уже через несколько минут он будет умолять, потом угрожать, потом отдаст алчному юнцу все деньги — чтобы в финале узреть в бинокль собственную престарелую супругу.