Чтение онлайн

Обращение к Чепалову, люди которого участвовали в набеге на российские владения (о чем в Астрахани знали), имело закономерный характер. С одной стороны, было очевидно, что Чепалов не афиширует свое участие в набегах. С другой стороны, эндиреевский владетель был зависим от России, так как совсем недавно, в 1686 г., московские власти поддержали Чепалова в конфликте с Аюкой. В свое время калмыцкому правителю ответили отказом, когда тот просил в Москве военную помощь для похода на Чепалова, а когда этот поход все же состоялся, от Аюки потребовали вернуть эндиреевскому правителю все захваченное во время набега. В августе 1687 г., когда Аюка вновь попросил в Москве помощи против Чепалова, он снова получил отказ [1999] . Российские власти понимали, что эндиреевский владетель не может идти на открытый конфликт ни с Будаем, ни с Россией и вынужден лавировать между более сильными соседями. Это превращало его в возможного посредника в переговорах с Будаем.

1688–1689 гг.

В 1688 г. начались военные действия в Кабарде. По данным В. Т. Тепкеева, азовский бей извещал хана Аюку о том, что в Кабарду идет калга, действия которого не направлены против калмыков [2000] : «а калга-салтан со многими войски на Кабарду по Узют реке поехали, и от него к нам никаких убытков не будет, и вы б безопасно жили» [2001] . Более подробные данные о походе содержатся у П. Л. Юдина: «сераскир Казы-Гирей с огромной ратью… прошел всю кабардинскую землю… достиг Терека и уничтожил городки тамошних казаков» [2002] . Последующие исследователи, касавшиеся данных сюжетов, опирались на эту публикацию. К сожалению, сам Юдин не указал источник своих известий. Следует отметить, что, возможно, сведения его не вполне точны. Достаточно вспомнить, что турецкое наименование «сераскир» обычно не применялось для обозначения ханских военачальников, направленных в Кавказский регион. Таким образом, хотя сам факт похода сомнений не вызывает, вопрос о том, каковы были причины нападения, кто в нем участвовал и каковы были результаты, остается открытым. В общих чертах о целях похода можно судить по его результатам — в следующем 1689 г. черкесы присутствовали в составе войска крымского хана, вышедшего против полков В. В. Голицына [2003] . Можно предполагать, что калга стремился заставить черкесов максимально активно участвовать в борьбе Крыма против Москвы.

Российские власти предприняли попытку нанести удар по туркам с территории Грузии. Живший в Москве князь Имеретии Арчил Вахтангович 30 июня 1688 г. отбыл из российской столицы вместе с детьми «в свою землю на время, для очищения своей отчины и для промыслу и поиску над турскими воинскими людьми» [2004] .

В 1688 г. мы впервые сталкиваемся с новой для Северного Кавказа военной силой — бежавшими с Дона казаками-старообрядцами. Последние старообрядческие городки были разгромлены на Верхнем Дону в апреле 1689 г. Однако еще в 1688 г. часть старообрядцев перебралась на Кавказ. В конце апреля 1688 г. отряд под предводительством Льва Маноцкого впервые отправился на Куму. На Куме их благожелательно принял князь Большой Кабарды Мисост Казыев, и раскольники вернулись за своими товарищами, вместе с которыми вновь отправились на Куму 20 июля. Переселяясь на Кавказ, старообрядцы вошли в контакт не только с Мисостом, но и с другими горскими владетелями. Маноцкий ездил к шамхалу Будаю с 300 людьми, предлагая принять его с товарищами на службу; Чепалов присылал казакам подарки, зовя их к себе. Те раскольники, которые ушли к Будаю, поселились на Аграхани, а тех, которые остались у Мисоста, владетель Кабарды поселил на урочище Можары [2005] (на месте современного Буденовска, то есть в степи, вне своих земель) [2006] . В итоге они построили «земляной городок со всяким строением в урочищах промеж рек Кумы и Домалы (современная р. Томузловка. — Авт. )… посторонь старых Мажар» [2007] . Донские казаки сообщали о том, что Мисост снабжает старообрядцев хлебом и собирается идти с ними «нас на Дону разорить». Кроме того, донцы извещали о том, что старообрядцы «ходили на море воровать судовою (ратью. — Авт.) и добылись добычею великою, погромили стружки, которые шли к Астрахани, а на весну де суды готовят и хотят идти еще на воровство» [2008] . В последнем случае речь, очевидно, идет об аграханских старообрядцах Будая. Атаманом ушедших на Аграхань раскольников стал Герасим Купреянов, а после его смерти — Лев Маноцкий [2009] . Как видим, угроза Будая перенести боевые действия с Россией на Каспийское море стала реализовываться благодаря казакам-старообрядцам.

Следует, впрочем, отметить, что отношения между горскими правителями и старообрядцами не выглядят вполне доверительными. Как Будай поселил их в удалении от Тарков, так и Мисост отказал старообрядцам в просьбе поселить «под Бечтовыми горами» [2010] . Ценные союзники оставались чужаками.

Между тем положение России на Кавказе с 1689 г. существенно осложнилось. Источники сообщают, что в конце 1688 г. или начале 1689 г. пожар уничтожил значительную часть Терков, главного опорного пункта России на Северном Кавказе. Пока не удалось найти информацию о причинах пожара. Был ли он связан с отмеченным в 1688 г. походом крымских татар под командованием калги, другими боевыми действиями или же какой-то случайностью — нам не известно. Городские укрепления пришлось отстраивать заново. К февралю удалось возвести стены в десять бревен, несколько ворот и башен [2011] . Для строительных работ на Терек отправляли стрельцов из разных городов [2012] .

В апреле 1689 г. с Кумы вернулось на Дон 40 семей казаков-старообрядцев. Они говорили, что позднее придут и другие старообрядцы, которые не хотят идти с Маноцким войной на Терек [2013] . Для московских властей эти новости, с одной стороны, были хорошими, поскольку распадалась старообрядческая община, находившаяся под покровительством князя Мисоста. Действительно, после 1689 г. мы не встречам данных о каких-либо активных действиях старообрядцев с Кумы. С другой стороны, становилось очевидным, что ушедшие с Маноцким к Будаю старообрядцы включились в борьбу с Россией на Кавказе. Позднее донские казаки сообщили в Посольский приказ, что переход старообрядцев с Кумы на Аграхань состоялся по договоренности между Мисостом и Будаем. Будай приезжал в Большую Кабарду «по них нарочно» и «шертовал, что он их никому не выдаст и не отпустит, и будет беречь» [2014] .

Крайне интересные данные о раннем «кабардинском» периоде жизни старообрядцев на Северном Кавказе сообщил казак Моисей Васильев сын Мисюрка. Из его рассказа понятно, что какое-то число старообрядцев во владениях Мисоста осталось после 1689 г., но жили они не в отдельном поселении, а в кочевье крымских татар, находившемся на землях Мисоста. Мисюрка попал в плен к раскольникам во время возвращения из Астрахани на Дон. Его рассказ записан осенью 1694 г. и относится к началу 1690-х гг.: «Напали на них воры роскольщики донские казаки, которые передались к озовцом и преж сего жили на Куме-реке. И привели ево в Каберду, в их поганское кочевье к Сабез-Гирею-салтану. Тому ныне третей год ис Каберды с тем выше помянутым салтаном пошел на Кубань волею своею, и с ними роскол держал» [2015] .

Упомянутый Мисюркой салтан — это Шахбаз-Гирей, сын хана Селим-Гирея, который позднее, уже будучи калгой, сыграл важную роль в истории Кабарды. Как видим, в начале 1690-х гг. он также находился в Кабарде, способствуя сохранению власти хана над регионом. Из данного сообщения становится очевидным, что он имел связь с кумскими старообрядцами, а также что какая-то группа старообрядцев осталась при Шахбазе после того, как большинство казаков перебралось с Кумы на Аграхань.

Следует отметить, что для Маноцкого сотрудничество с горскими правителями было одновременно и службой султану. Об этом он заявлял, будучи в 1689 г. в Азове, где договаривался о совместном походе черкес, старообрядцев и азовцев на донские казачьи городки [2016] . Большую Кабарду старообрядцы рассматривали как территорию, подчиненную хану. По крайней мере на угрозы, что против них на Аграхань будут посланы войска, старообрядцы отвечали, что «по ведомости они поидут к хану в Болшую Кабарду» [2017] .

Весной 1689 г. противник впервые осадил Терский город, который вовремя успели отстроить после пожара. Сведения об осаде крайне отрывочны. Жившая в городе княгиня Таука Салтанбековна Черкасская [2018] сообщала в Москву о «службах» терского дьяка К. И. Уланова, который «в приход к Терку неприятельских воинских людей в осаде сидел и великим государем служил, в городе над караулы по вся дни и ночи смотрил и от всякие шатости осадных людей берег и государскою милостию обнадеживал» [2019] .

Енбулат Эльмурзин, уздень Тауки, сообщал в своей челобитной, что город осаждали шамхал Будай «и иных многих владеней владелцы з горскими черкесы и крымского хана сын с крымскими татары» [2020] . Здесь же рассказывается о том, что перед приходом врага осажденные сожгли находящиеся вне укреплений дворы, чтобы «воинским людем к городу пристанища не было». Защитники Терков неоднократно делали вылазки. В ходе одной из них в плен к крымским татарам попал племянник челобитчика, что и стало причиной составления челобитной. Поскольку в нападении участвовали черкесы, можно предполагать, что упомянутый в документе не имевший титула сын крымского хана — это живший в Кабарде.

К сожалению, в упомянутых документах не указано точное время осады. Оно восстанавливается по косвенным упоминаниям в источниках. В середине апреля 1689 г. п ушки и пушечные припасы выдавались для отряда из 550 астраханских, казанских и московских стрельцов разных приказов, направляемых под Терки «для поиску крымских воинских людей» [2021] .

Очевидно, что в это время в Астрахани о происходящем вокруг Терков получали лишь отрывочные сведения. Недостаток информации пытались компенсировать данными разведки. Так, в начале апреля астраханские власти выдавали с Зеленного двора полковую пищаль с припасами астраханцу Денису Сербину, посылаемому по указу боярина и воеводы Алексея Петровича Салтыкова на море с семью стрельцами и десятью юртовскими татарами «для проведывания воровских воинских людей» [2022] . Эти данные также подтверждают, что война была перенесена на море и сообщение с Терками оказалось затруднено.

Другие сообщения касаются финального эпизода обороны Терков. 1 мая 1689 г. табунные головы Ишей и Танай Кашкарины были посланы из Астрахани проведывать, отошли ли воровские люди от Терского города или нет. 9 мая Кашкарины вернулись обратно и сообщили, что люди тарковского шамхала Будая, эндиреевского владетеля Муртазалея (сменившего Чепалова) и иных горских владетелей, а также и «воровские казаки раскольщики», видя «свое безмочество» и государевых ратных людей «крепкое сидение», а также услышав о приближающейся подмоге, «от Терского города побежали». Информация была получена Кашкариными от «степных татар» Аюки, которые узнали об этом от осаждавших город горцев. После неудачи под Терками последние отправились «для воровства» на Волгу. 12 мая служилые люди из Терского города сами подтвердили, что нападавшие прекратили осаду города и ушли [2023] . Стрельцы, которых в апреле посылали на помощь Теркам, вернулись в Астрахань к концу мая [2024] . Им пришлось поучаствовать в военных действиях. Об этом мы узнаем из документов о награждении раненых в бою под Терками с «крымскими воинскими людьми» и «казаками раскольщиками» [2025] . Таким образом, время осады приходится на апрель 1689 г.