Чтение онлайн

Вечером генерал Ноги отдал приказ об окончании штурма. Линии фронтов стабилизируются. Восточный фронт тянется от г. Лаперовская через Митрофаньевскую-Морской Кряж-г.Отрожная-Укрепление N1 и завершается на Форте N1. Западный фронт расположился на линии: Укр.N5-РедутN3-Батарея “Д”-РедутN5-Укрепление N4. Северный фронт - на линии: Батарея “Г”-ФортN4-Батарея “В”- д.Шаличедза.Потери составили: японцы 11-12 тыс. Русские убитымии ранеными - около 6 тыс.

По итогам штурма был созван военный совет. На совете Стессель ни слова не говорил о положении крепости, да истинного состояния ее и не знал. Обратившись к присутствовавшим, он предложил высказаться “что делать”? Хотя Стессель не поставил вопроса прямо, сдавать крепость или продолжать оборону, офицеры поняли, что он собрал их именно для этого. По обычаю говорили сначала младшие чином. Практически все офицеры, кроме Фока высказались за продолжение борьбы. Японцы не сумели взять 2-ю линию обороны. Оставалась еще 3-я. Положение с припасами не было критическим.

После неудачного штурма 3-я армия Ноги, в составе 11-й, 9-й дивизий и 4-й резервной бригады перешла в Манчжурию, где впоследствии сыграла основную роль в нанесении поражения русским войскам под Мукденом. Под Порт-Артуром остались 1-я дивизия, две резервные пехотные бригады и саперные части. Активных действий до апреля 1905 года в районе Порт-Артура более не происходило. Периодически шли вялотекущие спорадические перестрелки, изредка стреляла осадная артиллерия. Еще реже ей отвечала крепостная артиллерия. В крепость в январе и феврале приходили пароходы с припасами. Осадная армия вела “беспокоящий” обстрел крепости. Единственные части, ведущие активные действия были саперы, ведущие минную войну и прокладку траншей и разведчики. В крепости все время шли работы по достройке 3-й линии обороны, восстанавливаются разрушенные фортификационные сооружения. Наиболее крупным успехом японских саперов в это время стал подрыв стены Форта N4.

Пятый штурм

В конце марта в распоряжение 3-й армии возвращены 11-я и 9-я дивизии, 1-я пополнена резервами, дополнительно Ояма передал в распоряжении Ноги 3-ю и 7-ю дивизию. Осадная артиллерия начала интенсивный артобстрел крепости. Последний штурм начался после 2-х дневной артподготовки, атакой со всех сторон, в штурме участвовало порядка 50000 японцев. Ноги планировал атаковать Порт-Артур со всех сторон, чтобы не дать гарнизону возможности оперировать резервами, что принесло неудачу во время предыдущего штурма. После артобстрела частично разрушены оборонительные сооружения на РедутеN3, Укрепление N4. Полностью разрушено Укрепление N5, защищавшие его части вынуждены были покинуть укрепление и перейти к Редуту N3.

На каждом из направлений ударов японцы имели, в среднем, 5-6 кратное превосходство над защитниками. 27 марта в 9 часов утра японская армия семью штурмовыми колоннами начала последний штурм. На Западном фронте одна колонна наступала на Редут N3, вторая на Укрепления N4. На севере основными объектами атаки стали - г.Кладбищенская и ФортN5. На восточном фронте - позиции русских на ггг. Курганная, Скалистый кряж, Митрофаньевская.

В течении всего дня японцы пытались взять штурмом высоты Митрофаньевскую, Лаперовскую, Укрепление N4, Батарею “Д”, но все атаки были отбиты. Атаки чередуются с сильным артиллерийским огнем. Генерал-майор Белый отдал приказ о минировании всех батарей береговой обороны, из состава артиллеристов формируются резервные роты.

После серии подрывов фугасов японцы 29 марта сумели взять Форт N4, люнет Двуугольный, перебив всех защитников. Батареи “Г” и “В” сумели отразить атаку. Стоявшие в бухте Белого Волка замаскированные под берегом “Сторожевой” и “Статный” подготовлены к выходу в море. Вечером к Порт-Артуру подошла “Монголия” под флагом красного креста. Оставшиеся на плаву паровые катера и портовые баарказы с тралами расчистили фарватер.

В 9 часов 29 марта японские штурмовые группы начинают очередную атаку на позиции Митрофаньевской и Лаперовской, одновременно с ними штурмовая группа атакует позиции на г. Кладбищенской. Гора Лаперовская в течении дня переходит из рук в руки, ожесточение боев достигает предела - пленных и раненых не берет ни одна сторона. Русские части, испытывающие недостаток боеприпасов, постоянно переходят в штыковые. В одной из атак погиб генерал Горбатовский, и наконец, сломив соспротивление русских, к 15 часам японцы, наконец, окончательно сумели захватыватить Лаперовскую и Митрофаньевскую. Остатки защитников, а также штаб восточного фронта отошли к Арсеналу и Морскому кряжу. На г. Владимирской защитники оказались в окружении и расстреляв все патроны пошли в штыковую. Ночью к Арсеналу подошли сводные роты, сформированные из артиллеристов, во главе с генералом Белым. Стессель ранен осколком и полностью потерял управление вверенными ему частями. Вечером началась погрузка раненых на “Монголию”. Врачей и медсестер грузили на корабль чуть ли не силой, объясняя, что завтра их помощь уже никому не понадобится. Многие раненые, понимая, что на корабль они не попадут, уходили в сторону города, где полыхало зарево, и шел бой. На плавгоспиталь привезли раненых Стесселя и Григоровича. В процессе погрузки произошел достаточно забавный казус, жена Стесселя - Вера Алексеевна попыталась погрузить на корабль свое имущество, как рассказывали очевидцы - несколько десятков чемоданов и баулов, увидивший сие непотребство капитан Монголии, обычно спокойный и сдержаный Измаил Дмитриевич, послал генеральшу матом и приказал все баулы выкинуть за борт. Инцидент имел продолжение, когда уже в безопасной обстановке Стессель пытался призвать Костюнина-Охотского к ответу, однако морское руководство, оценив ситуацию, не только проигнорировало Стесселя, но и повысило Измаила Дмитриевича в должности и дало награду.

Взять Старый город с ходу японцам не удалось, разрушенные здания и узкие улочки помогают защитникам отбить атаки. Морской кряж и части окопавшиеся около Арсенала отбивают все атаки. 11-я дивизия японцев вымотана боями и понесла тяжелые потери. Русские, испытывая нехватку припасов, подпускают японцев, дают два-три залпа в упор и переходят в штыковую. Ноги переносит основной удар на северный фронт, к полудню японцы захватывают г. Кладбищенскую, однако остановлены у Кладбищенской Импани и Суворовском плаце. После непродолжительного затишья 9-я дивизия начинает новую атаку и к вчеру входит в город. Дальнейшее продвижение японцев задержано последним резервом генерала Смирнова, который лично повел солдат в штыковую, где и был ранен в живот.

Японцы захватывают батареи “Д” и “Голубиная”, защитники отошли в укрепление N4, на Редуте N5 идут бои. Кондратенко находится при штабе 27 восто-сибирского стрелкового полка. Защитники Укрепления N4 сумели отбить все атаки и контратакой в полдень выбили японцев с Батарей “Г” и “Д”. Редут N5 в течении дня также отбил все атаки, но к 17 часам японцы, неся большие потери, захваватили редут N3 и г. Каменоломная, и выходят к Новому городу. В 19 часов Кондратенко принимает решение о прорыве частей и штаба полка с редута N5 в Новый город. Отдан приказ о взрыве всех батарей на Ляотешане и Тигровом хвосте, а 28 стрелковому полку вместе с 27-м полком прорываться в город. В 21 ч. 30 мин. оба полка сосредоточенные под Саншугоу и прорвались в сторону Нового города, выйдя к 23 часам, в расположение русских частей, Кондратенко тяжелоранен и его в бессознательном состоянии эвакуируют на миноносец “Статный” (Генерал пришел в себя спустя два дня в германском госпитале в Циндао). Одновременно начались подрывы заложенных фугасов на батареях, складах и арсеналах. На рассвете корабли снимаются с якоря и уходят в Циндао. В течении ночи идет беспорядочный бой в Новом городе. Утром русские части прекращают сопротивление и начинают сдаваться в плен.

В ставку Ноги привели двух генералов - Белого и Надеина. Ноги предложил им, как единственным представителям военной власти в городе (раненые Стессель и Кондратенко эвакуированы из крепости, Смирнов в бессознательном состоянии. Фока и Рейса нигде нет) подписать капитуляцию крепости, на что получил категорический отказ. Английский офицер Б.В. Норригаард, в своей книге “Великая осада. Порт-Артур и его падение” писал: “Перед генералом Марэсуки Ноги стояли два русских генерала, один старик, а другой раненый. Оба наотрез отказывались подписать капитуляцию крепости, так как считали что не имеют полномочий. Единственно, что подписал генерал-майор Белый - приказ о прекращении огня, так как некоторые узлы обороны еще продолжали сражаться. Спустя некоторое время привели еще одного русского генерала. Как он разительно отличался от остальных - в чистом мундире, без следов боя. Это был Фок - начальник сухопутной обороны, после Стесселя. Он и подписал акт о капитуляции крепости. Даже после этого настроение в штабе Ноги царило унылое - вместо капитулировавшего гарнизона было около 9 тыс. раненых, больных людей, ни одного флага, вместо трофеев - полностью разрушенный город и уничтоженные склады.

Японцы потеряли во время последнего штурма около 9 тыс. чел, потери русских составили около 6 тыс. чел. Все береговые батареи были взорваны, город, и порт сильно разрушены бомбардировками.

Глава VII. Действия ВОК до соединения с 1 ТОЭ. Операции вспомогательных крейсеров на торговых путях.

25 февраля 1904 г. отряд Владивостокских крейсеров стал именоваться “Отдельным отрядом крейсеров флота Тихого океана”. Вследствие того, что сообщение с Порт-Артуром через некоторое время было нарушено, и отряд вынужден был действовать самостоятельно, начальник отряда был наделен правами командующего флотом. В ночь на 27 января начальник отряда крейсеров капитан 1 ранга Н.К.Рейценштейн, получил приказ наместника на Дальнем Востоке адмирала Е.И.Алексеева, начать военные действия и нанести, возможно, более чувствительный ущерб сообщениям Японии с Кореей. Корабли были в боевой готовности и в этот же день крейсера: “Россия”, “Громобой”, “Рюрик” и “Богатырь” вышли в море и взяли курс в Сангарский пролив. За пятидневное крейсерство они потопили пароход “Никаноура-Мару” (1084 тонн) и один малый каботажник “Зенсо-Мару” (323 тонн) обстреляли, после чего он сильно накренился и ушел к видневшимся невдалеке японским берегам. Русские корабли не стали его преследовать, в надежде на то, что ему удастся добраться и выброситься на берег, известив там своих о появлении русских крейсеров в японских водах, что собственно и являлось главной задачей этого выхода. Разыгравшийся шторм в 9 баллов вынудил прервать поход, и 1 февраля крейсера вернулись на базу. Корабли обледенели настолько, что даже в стволах орудий образовались мощные ледяные пробки, из-за которых комендоры в случае встречи с противником, не смогли бы открыть ответный огонь. Результатом этого выхода, стало создание вице-адмиралом Х.Того, специальной “сдерживающей” эскадры, под командованием вице-адмирала Г.Камимура, в которую вошли 4 броненосных крейсера: “Идзумо”, “Адзума”, “Токива”, “Ивате” и 2 бронепалубных крейсера “Кассаги” и “Иосино”, предназначенной для пресечения активных действий Владивостокских крейсеров, которые своим появлением на морских просторах, могли сорвать не только поток военной и финансовой помощи от стран союзников Японии, но и серьёзно затруднить переброску сухопутных сил на материковую часть суши.

10 февраля ВОК в полном составе вышел в море к корейскому побережью, для нарушения судоходства на линии Гензан-Цугару, и осмотра корейского побережья, с целью проверить, не выгружают ли японцы в этом порту свои сухопутные части. Но, проведя около берегов Кореи 5 суток и не обнаружив, ни одного судна, отряд вернулся во Владивосток.

22 февраля вице-адмирал Камимура с эскадрой из пяти броненосных крейсеров : “Идзумо”, “Адзума”, “Якумо”, “Асама”, “Ивате” и двух бронепалубных крейсеров: “Иосино” и “Кассаги” вышел к Владивостоку. Войдя в Уссурийский залив в 13 ч. 35 мин. пять броненосных крейсеров приблизились к крепости на дистанцию 45 кабельтовых и маневрируя у бухты Соболь, открыли огонь по городу и приморским фортам Суворова и Линевича, причём расстояние до русских берегов сократилось к концу бомбардировки до 20 кабельтовых. Русских батарей на этом участке береговой обороны ещё не было, а форты имели на вооружении всего лишь противоштурмовые орудия и пулемёты и были готовы только к отражению вражеского десанта. Японская эскадра за 45 минут бомбардировки, выпустив в общей сложности по городу и крепости 200 снарядов, смогла добиться лишь двух попаданий оказавшихся роковыми для жителей города: первый снаряд попал в здание Морского госпиталя, убив при этом пятерых больных матросов на кроватях, второй снаряд рассёк пополам беременную женщину Арину Кондакову. Один из снарядов попал в дом полковника Жукова разворотил всю обстановку и ударившись в стенку взорвал денежную кассу, выбросив при этом часового стоявшего возле знамени 30-го Стрелкового полка. Вопреки всем уставам знамя полка из объятого пламенем дома вынесла жена полковника: Мария Константиновна Жукова. Во время стрельбы неприятельские крейсера держались вне досягаемости огня орудий Петропавловской батареи и мортир Уссурийской батареи N 15. В 14 ч. 20 мин. Каммимура прекратил огонь и ушёл в море. Русские крейсера бывшие каждую минуту наготове, из-за неповоротливости командующего отрядом Рейценштейна, смогли выйти в погоню лишь после того как японская эскадра скрылась из виду за островом Аскольд (правда этому в немалой степени помешал “Громобой”, который после съёмки с якоря стал дрейфовать в сторону “России” и портовым баркасам пришлось долгое время растаскивать крейсера в разные стороны). Некоторое время бригада, пытаясь настичь неприятеля, шла по вероятному маршруту движения уходящих сил противника, ориентируясь лишь по едва видневшемуся на горизонте клубам дыма японских крейсеров, но пройдя так 20 миль и поняв, что с наступлением темноты визуальный контакт будет потерян окончательно, а дальнейшее продвижение на юг может обернуться ловушкой для Владивостокского отряда, Рейценштейн отдал команду возвращаться во Владивосток. Приказом коменданта крепости Владивосток был объявлен на осадном положении.

Спустя два дня, разобравшись с безнаказанным обстрелом Владивостока крейсерами Камимуры, Макаров принял решение: капитана 1 ранга Рейценштейна за неспособность командовать “Отрядом крейсеров эскадры Тихого океана” от командования отрядом отстранить и направить в Порт-Артур, а на его место назначить, младшего флагмана эскадры Тихого океана контр-адмирала Иессена. 22 марта, в Владивосток прибыл крейсер “Алмаз” и вошел в состав отряда.

10 апреля крейсера “Россия”, “Громобой”, “Богатырь”, “Алмаз” и миноносцы N 205 и N 206 в 18 часов вышли в рейд к побережью Кореи (“Рюрик” как самый медлительный оставили во Владивостоке). Днем раньше, адмирал Камимура вышел для действий против Владивостока и в этот же день заходил в корейский порт Гензан за углем и водой. Русские не знали об этом. На море стоял густой туман; крейсера шли малым ходом. В этот поход была спланирована бомбардировка Хакодате. Утром 12 апреля отряд подошел к о.Халезова. Высланные около 9 утра в Гензан миноносцы потопили стоявший на рейде пароход “Гойо-Мару” водоизмещением 550 тонн, (утопил торпедой миноносец N 206), после чего миноносцы вернулись к крейсерам. От о.Халезова отряд пошел на север к бухте Шестакова. Ближе к вечеру потопили каботажное судно “Хагинура-Мару”. Снабдив миноносцы углём, Иессен отпустил их во Владивосток. Затем отряд пошел к Сангарскому проливу. В 22 ч. 20 мин. встретили военный транспорт противника “Кинсю-Мару” и потопили его. Пока транспорт тонул, японские солдаты до последней минуты своей гибели, стреляли из своих винтовок по русским крейсерам. Узнав от пленных, что эскадра Камимуры находится в море и имея на борту кучу пленных, Иессен отказался от бомбардировки Хакодате, после чего русские крейсера направились во Владивосток, куда прибыли 14 апреля.