Чтение онлайн

– Мариночка, – как можно мягче заговорил Саша. – Мы бы все равно мимо него не прошли. Это главная деталь городища.

– Ты не понял, – терпеливо разъясняла девушка. – Мы стали умышленно следовать этому указанию и тогда нашли фриз. Лично для меня это знак. Этот фриз – какой-то этап твоих поисков.

– Возможно, – смирился Саша. – И на что он указывает?

– Этого я не знаю. Будем думать.

Знакомый рык сотряс городище, когда они вышли на площадь перед пирамидой.

– И здесь ревуны? – удивилась Томина.

– Джунгли же, хоть и сухие, как ты выразилась.

– Вот они! – Марина задрала голову. – Вот это да!

В центре площади росли несколько деревьев, чьи кроны хорошо просматривались.

– Какие они симпатяги! Черненькие! – восхищалась Марина.

– Ты любитель живности, я погляжу, – засмеялся Саша.

– Ревунами любуетесь? – К ним подошел охранник.

– Да, мы их впервые видим, хотя уже не раз слушали их концерты, – улыбнулась Томина.

– Здесь у нас семья живет. Мы их подкармливаем. Имена им дали, – охотно рассказал охранник. – Это их территория.

Три крупных обезьяны-ревуна проворно перемещались по веткам деревьев, цепляясь лапами и длинными черными хвостами, и шумно переговаривались.

– Мне здесь понравилось, – говорила девушка, когда они шли к машине. – Восторг! Каждое городище по-своему незабываемо, у каждого есть своя изюминка, своя визитная карточка, что ли!

– Это ты красиво сказала! – похвалил Беловежский и в порыве обнял ее за плечи.

Марина ощутила невольный трепет от этого, казалось бы, дружеского жеста.

Но Саша тут же зачем-то перевел все в шутку:

– Здесь совершенно пустынно. Мы совсем одни. Ты в моей власти. Боишься меня?

– Нет, не надейся, – улыбнулась Марина. – Вот тебе.

И она резко повернулась к нему и подергала его за бороду. Потом вдруг перестала улыбаться.

– Я всю дорогу с тобой вдвоем, и вся в твоей власти, – двусмысленно пролепетала она и ласково огладила его бороду, легонько коснулась пальцами его губ, очертила брови.

Он замер. Она пыталась оценить его взгляд: он казался ей насмешливым, хотя, вероятно, во взгляде просто сквозило озорство, которое он не успел затушить. Она внезапно потеряла контроль над собой и запустила обе пятерни в его вечно всклокоченную шевелюру, словно стараясь пальцами придать ей божеский вид, а на самом деле наслаждаясь возможностью трогать его волосы. Все это время она не отрываясь наблюдала за выражением его лица, а он внимательно следил за ней. Взгляд его посерьезнел, потеплел. Даже зелень глаз стала интенсивнее. Он порывисто обнял ее и прошептал:

– Значит, не боишься меня? Значит, в моей власти?

– Нет, – тихо охнула она.

И уже стало не важно, на какой из вопросов она ответила отрицательно. Они стояли совсем одни в недрах прозрачной, хрустальной сельвы на ухоженной дорожке в двух шагах от парковки и самозабвенно целовались.

– Педро!

– Тата?

– Что там у вас?

– Их теперь четверо. Они сменили автомобиль. Едут на Юкатан.

– Педро, я теперь точно знаю, они идут за «васихой». Если они ее еще не нашли, Юкатан – самое вероятное ее местонахождение.

– Пожалуй. Какие указания?

– Подключайся сам. Нужны люди посвященные. Пусть эхекуторы их задержат, пока вы доберетесь до места.

– Вас понял.

– Курс на Калакмуль? – спросила Томина.

– Нет, ни в коем случае.

– Но ведь через пару километров будет поворот, – удивилась Марина. – Да и в списке Гарсии это следующий пункт.

– Калакмуль – огромное и очень важное для меня городище. И на знакомство с ним нужен целый день. А сейчас уже вечер, – возразил Беловежский.

– Ах, если два часа дня для тебя уже вечер, то конечно, – засмеялась Марина.

Александр почувствовал крайнее волнение от мысли, что совсем скоро он окажется в этом вожделенном городе майя. Но надо еще потерпеть, надо продлить это предвкушение, чтобы как следует подготовиться к встрече с мечтой.

– Едем в Бекан. И еще, вероятно, успеем посмотреть Шпухиль.

– Как скажешь.

Они вырулили на основную трассу и скоро с замиранием сердца проскочили поворот на Калакмуль. Изумительной красоты и превосходного качества дорога весело несла их, будто на крыльях, по полуострову Юкатан. Солнце, любовь и готовность к новым впечатлениям наполнили душу Беловежского радостным возбуждением.

– Саша, – Марина опустила его на землю серьезностью тона, – от кого Гарсия мог узнать о наших планах? Это не дает мне покоя. Он мне очень симпатичен. Но после разговоров с Гуровым и Быстровым мне страшно кому-либо доверять.

– Не знаю, Мариночка. Он мог узнать от кого угодно. Жаль, мы забыли его спросить впопыхах. От Гурова, от Быстрова, – он помрачнел, – даже от Полонски или от какого-нибудь Рамиреса.

– А Рамирес тоже про нас знает? Откуда?

– Теперь я полагаю, это совсем не исключено.

– Как?

– Ему мог невзначай сказать Полонски.

– И ты думаешь, Леонардо также знаком с Полонски и с Рамиресом? – поразилась Марина.

– А почему бы и нет. С Рамиресом, уж во всяком случае, наверняка.

– М-да. Этот Рамирес что-то мне совсем не нравится.

– Потому что я назвал его напыщенным индюком?

– Возможно. Еще потому, что он поддерживал версию про наркодилеров.

Беловежский думал предостеречь Марину, что, дескать, Гуров был прав: если знает хоть один, знают все. И теперь им надо быть очень осторожными. Опять же Полонски, вероятно, уже рассказал о нем Буеналусу. И неизвестно, в каком контексте это прозвучало. Однако, не желая пугать и без того обеспокоенную девушку, он решил ее подбодрить:

– Давай все же полагаться на твою интуицию. Леонардо Гарсия с самого начала производил на тебя впечатление надежного человека.

– Это да, – согласилась она.

– И еще. Давай порассуждаем… – И Сашу вдруг осенило. – Если предположить, что Гарсия знал о сосуде с самого начала и он, мол, и есть тот человек, который за ним охотился, то совершенно нелогично наличие каких-то других людей, тех, что на всем пути их следования рылись в их вещах.

– Он мог поручить это кому-то для отвода глаз.