Чтение онлайн

– Слишком крупная конструкция, а вот то здание вполне сойдет за невысокую пирамиду, – с азартом гончей, взявшей след, провозгласил Александр.

Они свернули за ее левый угол. Перед ними замаячила небольшая площадь, где они разглядели толпившихся людей.

– Турье набежало, – хмыкнул Саша. – Мексы.

– Саша, по-моему, это не туристы. Погоди, не выходи на открытое пространство. Давай понаблюдаем.

Беловежский кивнул и потащил Марину на пирамиду, чтобы с высоты обозревать происходящее. И они различили большой круглый алтарь посреди площади.

– Сейчас будет казнь! – дурашливо нагнетал Александр. – Сейчас прольется кровь!

– Да ну тебя! – Девушка потрепала его за бороду. – Ой!

Из стоящего посреди алтаря пузатого керамического сосуда тонкими струями тянулся черный дым. Нижнее кольцо алтаря было завалено кульками и тюками разного размера. Человек пятнадцать, мужчины и женщины, окружили алтарь. Мужчины были одеты в современные брюки и светлые рубашки. Одежда женщин отличалась разнообразием, от современной, вплоть до брюк, до национальных уипилей. В руках все держали крупные пиалы.

– Это посудина из тыквы, – предположил Саша. – А вот и жрец или шаман, кто он там у них.

На верхней ступеньке алтаря мужчина со странным головным убором, имитировавшим перья, воздел руки и что-то громко и монотонно произносил.

– Аминь! – сострил Беловежский.

Марина прыснула, потому что жрец совершенно отчетливо и громко воскликнул:

– Amen! [68]

– Вот наглядный пример смешения вер! – отметил Александр. – Язычество и христианство рука об руку, и никакого фанатизма!

– Боюсь, у них может быть свой фанатизм, – возразила Марина.

Тем временем собравшиеся вокруг алтаря, как по команде, начали пить из тыквенных пиал. Жрец выкрикивал отрывистые слова и задергался в ритуальном танце. Сначала неуклюже, затем все более и более слаженно задвигались люди, повторяя движения вожака. Хороводом они пошли вокруг алтаря, смахивая капли из пиал, на лежащие кульки.

Томина внезапно закрыла глаза и застонала. Саша испугался:

– Что с тобой?

– Пойдем. Они пили кровь, смешанную с каким-то алкогольным напитком.

– Что-о? Откуда? Чью кровь?

– Саша, не спрашивай, не знаю. Но я не хочу видеть, что с ними будет дальше.

– Эх ты, а еще этнолог! – пожурил Саша. – Но, пожалуй, нам пора.

Пока они выбирались из археологического комплекса, он вдруг спросил:

– Это тоже знак?

– Еще какой!

– Шпухиль? Какое смешное название! – хихикнула Томина, когда они, быстро преодолев семь километров между Беканом и Шпухилем, уже шли по территории последнего.

– Ага! Перевод еще смешнее – «кошачий хвост». Вроде это юкатекское название какого-то растения, которое в изобилии растет здесь возле водных источников, – пояснил Беловежский.

– Не эти чудесные деревья? – И Марина указала на небольшую рощицу изящных деревьев с блестящими, будто отполированными тонкими красно-коричневыми стволами.

– Вот уж не могу сказать. Но рощица прелестная!

Восхищала и главная достопримечательность Шпухиля – сооружение с тремя огромными башнями-руинами. Пробивающееся сквозь ярко-белые облака закатное солнце неожиданно контрастно выдвинуло прямо на них три каменных громады, принявшие за века забвения неровные очертания.

– Три башни? Нетипично для стиля Рио-Бек, – рассуждал Александр.

– Но, похоже, майя четко соблюдали космологические принципы, – поразилась Марина. – Фасад обозначает восток, две башни – север и юг, а третья, вдавленная, – запад.

– Да, Мариночка. И только ты с твоим воображением можешь представить, какой красоты и мощи было это здание когда-то! – позавидовал Беловежский.

Марина рассмотрела рисунок, данный в аннотации к сооружению, и возразила:

– Нет, Саша, это оно сейчас выглядит тяжеловесным и мощным. Тогда оно смотрелось изящно и невесомо. Это просто удивительно!

– Кажется, здесь нет небольших пирамид?

– А эта? Мы тут уже шли. Лес кругом, в смысле лесок как раз. Что ж, заходим за левый угол? – предложила Марина.

– Нам как раз по пути, – сострил Саша. – И видим…

– Ой, кто это?

– И видим зверька.

– Симпатяга! Я такого никогда не видела.

– У тебя все симпатяги: крысы, пауки, ревуны, – хмыкнул Саша. – Нашла симпатягу! Похож на огромную крысу без хвоста. Ходит смешно, кверху попом, задние лапы выше передних.

– Милый все равно. Только кто это?

– Думаю, это агути. Если это они, майя их употребляли в пищу.

– Бедненькие!

– Кто, майя?

– Издеваешься?

– Зато я могу расшифровать этот знак, на что он указывает на нашем пути. Это знак, что пора подкрепиться, – ерничал Саша.

И все же, прежде чем предаться заслуженной трапезе, Беловежский предложил заскочить в интернет-кафе городишка Шпухиль на случай новой информации. Он нутром чуял: «сосуд Ветрова» здесь, на полуострове Юкатан, на этом отрезке прямой от Эскарсеги до Четумаля. Конечно, в Москве уже все спят, хотя теплилась надежда пообщаться с Танеевым, доложить ему об увиденном. Однако действительность превзошла ожидания. Пришло сообщение от Николая Быстрова с просьбой позвонить. Саша не стал жеманиться и тут же набрал его контакт в Скайпе:

– Николай Андреевич, извините. Ночь у вас…

– Здравствуйте, Александр, – перебил Быстров. – Не скрою, слова Марины ранили меня в самое сердце. И, видимо, я должен вам помочь.

Они приникли к монитору, затаив дыхание.

– Игорь Ветров не доверил бумаге название городища, а велел мне его запомнить. И дал мне листок с весьма условной схемой.

– Есть схема? – обрадовался Александр.

– Схема была, но я никак не могу найти листок. Очень надеюсь, что он не был выброшен. Столько лет прошло.

– А по памяти не воспроизведете? – взмолился Саша.

– Вряд ли. Я его особо не разглядывал. В тот момент не думал, что пригодится, а потом…

– Как же называется городище?

Николай Быстров замялся, явно силясь вспомнить:

– Боюсь, не вспомню оригинальное название. Но там упоминалась вода и камни.

– Понятно, – пробормотал Саша, как в воду опущенный и камнями пришибленный.

– Я попробую вспомнить и поищу листок со схемой, – снова заговорил археолог. – Удачи вам! На связи!