Чтение онлайн

Он отозвался не сразу. Вынырнул из-за шторки с перепачканными мукой руками, выразительно на них глянул и спросил тут же с явным неудовольствием:

– Что там могло случиться, милая? Ты чего так голосишь?

– Не знаю! Народ какой-то возле подъезда напротив. Много народа!

– И что? Они там постоянно толпятся.

– Да нет же, там и милиция, и «Скорая». Вон смотри, смотри, кого-то выносят на носилках! Господи, одеялом накрыто с головой. Стас, там труп!!!

Ирина даже попятилась – настолько страшно оказалось ей выныривать из безмятежной беззаботности, в которой она только что плескалась, и окунаться снова в жизнь реальную. Снова с чьим-то горем, смертями, слезами и похоронами.

Широко раскрыв глаза, она наблюдала за тем, что разворачивалось возле подъезда соседнего дома, не забывая при этом торопить Стаса, чтобы он пришел и встал наконец с ней рядом. Ей же страшно, неужели он не понимает!

– Страшно – уйди оттуда, – посоветовал он ей не без раздражения и загремел на кухне. – Чего тебе там – медом намазано? Или принуждает кто смотреть?

Не принуждал, конечно, нет. А смотрела! Смотрела, вцепившись в перила так, что костяшки пальцев побелели. И мысли, мысли в голове кружили такие, что еще минута-другая – и побежала бы точно вниз. Прорвалась бы сквозь толпу сочувствующих зевак, добралась бы до носилок, установленных пока на землю, и сорвала с мертвого лица клетчатое одеяло.

Вдруг это он?! Вдруг это тот самый парень, что любил… нет, что продолжает любить ее! Вдруг он что-то сделал с собой, отчаявшись дождаться взаимности? Вдруг правда то, что успела она подумать, рассматривая толпу со своего балкона?!

– Эй, да что с тобой, не пойму? – Стас, оказывается, уже вышел на балкон и тормошил ее теперь, пытаясь оторвать от балконных перил. – Вот вцепилась, вот вцепилась! Нечего туда смотреть, идем в комнату.

– Стасик, милый! Я очень тебя прошу, сходи, узнай, кто там помер, а?

Зачем она попросила?! Зачем?! У нее же никого в том доме не было – ни знакомых, ни друзей. Не было и нет. И Стасу об этом было известно, зачем она просит его об этом с таким надрывом? Руки трясутся, голос срывается, в глазах неподдельный ужас. И надо бы себя проконтролировать, а как?! Хвала небесам, Стас сделал скидку на пережитый ею стресс в связи с Генкиными похоронами, а то неприятных объяснений было бы не избежать.

А разве объяснишь, что внутри все трясется при мысли о том, что под этим самым клетчатым одеялом может лежать теперь…

Как же он назвался тогда, как? Александром, кажется. Мысли от жары все путаются, черт! Да, точно Александр. И ее имя угадал безошибочно. Смех ее ему еще нравился.

Ну почему нравился, почему? Он и теперь, может, ему нравится, если, конечно же, это не его тело там внизу остывает под взглядами зевак. А она ведь сказала ему тогда сущую глупость. Замужем она! Будто он не знал! Или это могло помешать ему ее любить, к примеру! Вдруг он что-то сделал с собой?!

– Никуда я не пойду, очумела, что ли, Ир! – возмутился Стас и теперь уже силой поволок ее с балкона. – Совсем сбрендила, да?! Стану я каждого покойника теперь проверять, что ли? Тебе-то что, кто там? Я-то вот он – рядом: живой и здоровый. Ну успокоилась?

– Дд-а, кажется, прости, – забормотала она, вымученно улыбаясь. – Что-то с нервами. Прости меня, милый.

– Ничего, все в порядке. Идем в спаленку, Ириш, я уже забыл, когда любил тебя в последний раз.

Стас тут же без лишних слов сдернул с нее полотенце и принялся подгонять ее к кровати легкими шлепками чуть ниже поясницы.

Она точно сошла с ума! Сошла окончательно и бесповоротно! И Стас – не дурак – мгновенно уловил в ней перемену. Не стал особо надрываться, не уловив в ней взаимности. Очень быстро, очень сосредоточенно выполнил супружеский долг. Улегся рядом, отдышался и минуты через две, полностью восстановив дыхание, спросил:

– Ир, что происходит?

– Ты о чем? – Чувствуя себя с головы до ног виноватой, Ирина повернулась на бок и потянулась к его щеке с поцелуем. – Ты о чем, милый?

– О том, что ты сейчас была холодна как рыба! В чем проблема? Что-то во мне не так или ты… Слушай! А может, у тебя любовник появился, а? Как же я это сразу?.. – Резким движением отшвырнув ее руку, Стас рывком поднялся и заходил голышом по спальне, без конца теребя затылок. – Меня ведь постоянно не бывает дома, так? Так. Ты молодая, красивая, сочная баба.

– Прекрати, Стас. – Ирина поморщилась, ей очень не нравилось, когда он начинал говорить вот так – прямолинейно, не особо церемонясь в выражениях. – Нет никаких любовников, поверь. Просто… Просто я устала. Только после похорон. Выхожу на балкон, а там снова труп. Я от страха чуть сознание не потеряла!

– Да? – Он не поверил ни единому ее слову, именно об этом говорил его колючий взгляд. – Тогда с чего ты так хотела узнать, кто именно покоился под этим чертовым одеялом?! Ну стресс, да. Это понятно. Ну испуг от вида еще одного мертвого тела. Это тоже вполне объяснимо. Но какая тебе, в сущности, разница, кто умер? Ты же в меня вцепилась буквально, посылая узнать. Так как, Ир? Кого ты так боялась обнаружить под этим пледом? Кого и почему?! Отвечай, черт побери!

Разумеется, она не могла сказать ему правды. От размытых неясных подозрений его вон как перекорежило, а что с ним будет, узнай он о причине ее переживаний. Требовалось срочно соврать, а как?

– Стас, ты чего это так разошелся? – Она очень старалась изобразить недоумение, очень. – Я так напугана тем, что произошло в Наташиной семье, что просто переклинило. Ужас какой-то просто охватил. Так и казалось, что это… Что это снова с кем-то из близких беда. Ну чего ты? Успокойся, прошу тебя.

Объяснение было так себе, едва тянуло на троечку, но Стас неожиданно успокоился. Вернулся в кровать и требовательно потянул ее на себя.

– Теперь все в порядке? – замурлыкал он ей на ухо, лениво поглаживая ее кожу.

– Ну да… Все в порядке, милый.

– Давай тогда, показывай, как сильно ты меня любишь, Ир…

Она едва не провалила экзамен. Еле хватило сил снова не расплакаться от его требовательности и собственного нежелания идти у него на поводу. Первый раз, наверное, за все время замужества ей подумалось вдруг, что муж-то ее не так уж и хорош. И что многого в нем она не видела до этого момента. И не так уж был не прав тот печальный парень, любящий ее долго и безнадежно, взявший под сомнение безупречность ее семейного счастья. Не все так хорошо между ней и Стасом. Не все так хорошо, безмятежно и понятно.

Засыпала она со странными мыслями. В то время как голова ее покоилась на плече задремавшего супруга, голова эта была полна весьма запретными желаниями. Правильнее, одним-единственным желанием – хоть бы с Александром все было в порядке. Хоть бы он был жив и оставался жить еще очень-очень долго.

А кого выносили сегодня под тревожный рокот толпы зевак из подъезда, она все равно узнает. Еще не знает – как, но узнает непременно.

Три дня до выходных Ирина металась между собственным домом, работой и квартирой Наташи. Она буквально разрывалась на части, стараясь все успеть, никого не обидеть и никого не обделить своим вниманием. И если на работе ее рвение тут же было отмечено начальницей, и даже было обещано вознаграждение к отпуску, то в собственном доме и у Наташи все было совсем худо.