Чтение онлайн

Все уроки Егор думал только о книге. Она прямо маячила у него перед глазами. Ноздри чувствовали запах кожаного переплета и пожелтевших от времени страниц. И дверь зазывно манила. Он ведь как назло сидел лицом к ней и не мог отвести жадных глаз от заветной цели.

Несколько шагов, и он оказался бы там! Но с равным успехом его могла отделять от легенд Ранневековья бездонная пропасть. Короткое расстояние было пока непреодолимо.

Христофор Павлович несколько раз делал ему замечания:

– Что с тобой? У тебя сегодня совершенно рассеяно внимание. Ни на один вопрос толком ответить не можешь. Не заболел ли случаем?

– Совершенно здоров. – На какое-то время Егор старательно включался в занятия, но потом его вновь одолевали мысли о таинственной книге, а взгляд приклеивался к двери.

После пятого выговора кудесник добавил:

– Вечером заварю тебе травок. Выпьешь на ночь, утром проснешься как новенький. Диагноз мне ясен: весенний авитаминоз. Кстати, и Зое невредно попить. Для профилактики.

Ох и проклинала его потом на все лады девочка:

– Из-за тебя теперь эту горечь приходится пить! Меня от нее тошнит.

– Вылей, – посоветовал мальчик.

– Не могу, – покачала головой Зоя и шепотом добавила: – Видишь, Рюрик как зыркает на меня.

И она, давясь и зажимая нос, влила в себя остатки бурой жидкости из кружки. Егор тоже угостился снадобьем и ощутил себя после этого совсем скверно. В голове шумело, в животе урчало. Подташнивало. Даже про книжку думать совсем не хотелось.

«Просек кудесник о наших планах и отвлекает», – заподозрил он. Поднявшись к себе, он заснул, едва коснувшись головой подушки. А утром его растрясла Зоя:

– Быстро лезь в библиотеку! Я спровадила ворона, но не знаю, надолго ли.

– Куда ты его спровадила? – не понял Егор.

– Сказала, что над нашим домом летает подозрительная птица. Он очень заволновался. Да шевелись ты! Активизируйся! Вернется – больше чем на пять минут задержать его не сумею.

Егор кинулся в библиотеку. Новое препятствие: на двери обнаружился замок, и он был заперт.

– Лягушечек, миленький, открой, пожалуйста, и как можно быстрее! – взмолился мальчик.

Растолстевший Лягух с трудом втек в скважину и, кряхтя, заворочался там. Егору показалось, что прошла вечность, прежде чем раздался тихий щелчок. Замок отомкнулся, а Лягух вытек наружу. Квак его прозвучал не столько победно, сколько устало.

– Вот я и говорю: тренироваться почаще надо.

Егор запихнул обратно за пазуху еще не успевший обрести привычную форму розовый комок и, схватив со стола загодя зажженную Зоей свечу, стремглав кинулся в темную библиотеку.

Стеллаж, на вершину которого лазал кудесник, он нашел сразу. Но где же книга? Он перерыл всю полку, затем перебрался этажом ниже. После чего обшарил соседний стеллаж. Ни намека!

– Что ты там копаешься? – донесся до него встревоженный голос Зои.

– Сейчас. – Передвинув лестницу, он без труда отыскал книжку про Конкордию.

– Рюрик летит! Сейчас будет здесь! – прокричала девочка.

Уже выбегая наружу, Егор заметил: дверь в дальнюю комнату приоткрыта. Увы, времени заглянуть туда не оставалось. Он лишь успел запихнуть Лягуха в скважину. Зоя схватила «Жизнеописание Конкордии Третьей» и помчалась к себе в комнату. Лягух вытек из замка. Едва Егор спрятал его, в комнату влетел Рюрик.

– Отвр-ратительная инфор-рмация! Интер-рвенция постор-ронней сор-роки! С тр-рудом пр-рогнал. Подозр-реваю пр-ровокацию.

Оставшуюся часть дня Егор не переставал думать о «Легендах» и о приоткрытой двери в дальнюю комнату. Христофор Павлович не позволил взять две книги. Но повествование про Конкордию Третью почему-то не перепрятал, а «Легенды» бесследно исчезли. Выходит, они представляют какую-то важность, и именно их читать нельзя. По какой причине? Куда они подевались? Может, кудесник перепрятал их в дальнюю комнату? И вообще, что находится в ней? Слишком много загадок, и ни одной отгадки.

Христофор Павлович вновь отчитал Егора за рассеянность. Впрочем, он вскоре сам стал рассеянным. Рюрик вернулся после очередного облета окрестностей, уже третьего за сегодняшний день.

– Пр-роклятая сор-рока. Возвр-ращается и возвр-ращается. Не нр-равится мне. Стр-рашно подозр-рительно.

К удивлению ребят, кудесник заметно встревожился.

– Ты считаешь, в ней есть что-то необычное?

– Кр-райне нестандар-ртная, – объяснил Рюрик. – И кр-ричит, кр-ричит над нашей кр-рышей. Так и нор-ровит ныр-рнуть в окно. Пр-реследовал – вер-рнулась.

Кудесник нервно подергал себя за редкую бородку.

– Неужели вычислили? Ребята, ни в коем случае не выходите сегодня за территорию.

– Да мы и так почти не выходим, – ответил Егор. – Скоро в детей подземелья превратимся.

– Вообще не высовывайтесь, даже во двор, – сказал кудесник. – Очень надеюсь, что эта сорока просто случайность.

– Все р-равно отпр-равляюсь патр-рулир-ровать пр-ространство.

Зоя уже сидела землисто-бледная и кусала губы.

– Считаете, нас нашли и меня могут вернуть обратно в Башню?

– Ничего исключать не могу, – честно ответил Христофор Павлович. – Но ты не волнуйся. Мы за тебя еще поборемся. Правда, Егор?

Мальчик молча кивнул в ответ. У него на душе тоже было совсем не спокойно.

Сорока исчезла и больше не появлялась. Напряженная атмосфера из дома, однако, не уходила. Рюрик по-прежнему барражировал пространство вокруг. А Христофор Павлович впал в такую рассеянность, что посолил компот и посахарил суп. Ребята тихонько вылили свои порции в помойку. Кудесник, совершенно не замечая кошмарного вкуса обоих блюд, быстро съел и то и другое, после чего сразу направился в библиотеку и, заперев за собою дверь, там остался, явно забыв, что, согласно расписанию, должен продолжить занятия с Егором и Зоей.

Напоминать они ему не стали. Наоборот, обрадовались неожиданно появившемуся свободному времени, которое каждый решил использовать по-своему. Зоя углубилась в чтение книги про Конкордию. Егор же, которому порядком наскучили Эллипсоидные войны, вознамерился, наконец, обследовать территорию. У него была своя цель – найти поблизости какой-нибудь водоем и самостоятельно испытать подаренную Томом Джоновичем удочку. Что ей валяться без дела? Мальчик было совсем про нее забыл, но недавно обнаружил. Если сегодня удастся рыбу поймать, приготовят ее на ужин. Однообразно-вегетарианский рацион Христофора Павловича слов нет, как надоел. Хоть какое-то разнообразие.