Чтение онлайн

Герхардт ошеломленно посмотрел на меня.

– Об этом я не подумал. У тебя же нет доказательств, что ты член высшего со-ве-та...

– Но даже если бы и были, то высший совет не указ Ауредию. Он вполне резонно может сослаться на мнение своего монарха, которое в данном случае, гораздо важнее. Ведь он командует большим отрядом, чем союзные силы вместе взятые.

– Да эту шваль можно разогнать за полчаса...
– начал было Герхардт, потом замолчал и тихо закончил, - но это, наверное, не самая подходящая идея в данной ситуации. А они тебя никогда не признают.

– Вот именно. Вы по-прежнему будете настаивать на попытке смещения Ауредия.

Герхардт промолчал.

– Ну почему ты так молод?!
– с отчаянием вскричал он.

– Не переживайте, может еще выберемся.

– Ага. Этот идиот ничего не хочет слышать! Он и не видит ничего, кроме складов с серебром Ротона. Все факты, которые его не устраивают, он попросту игнорирует!

Как и предсказывал Герхардт, имперская армия встретила нас у перевала. Четкие ряды пехоты, конница, отодвинутая слегка назад (и здесь Герхардт оказался прав - поле совсем не годилось для использования кавалерии). Я прикинул силы. Крестьянин прав, здесь не меньше пятидесяти тысяч. Но самое скверное было в том, что у противника было много легкой пехоты. Гораздо больше, чем у нас.

По всем нашим полкам понеслись вестовые с приказом изготовиться к бою. Вперед выходили китижские полки, отводили кавалерию. Всюду стоял шум и гам. Враг был замечен давно, но, казалось, он застал нас врасплох. Поднялась жуткая неразбериха, в которой большую роль играли именно рогнарцы со своими телегами с барахлом. Везде слышалась ругань.

– Куда прешь, зараза?! Не видишь, пехота идет?!

– Обозы вертай! Обозы назад!

– Конница откати! Освободи дорогу, я сказал!

Я, как обычно, находился рядом с Герхардтом около штаба и с высоты холма наблюдал за всей суетой. Рядом стоял бледный Ауредий.

– Что делается? Что делается?
– растеряно повторял он.
– Откуда здесь армия? Ее не может быть здесь! Ведь разведка говорила, что в этой районе у Сверкающего не больше пяти тысяч солдат, а их мы разбили! Мы ведь разбили их! Разбили!

Пока он причитал, офицеры пытались навести порядок.

– Стой здесь, - велел мне Герхардт и поскакал к своему полку. Рядом стояли встревоженные Рон и Артер. Никто ничего не понимал.

Враг, естественно не стал ждать, пока мы выстроимся для боя и плавно двинулся вперед. В наши ряды полетели первые стрелы. В ответ грянул нестройный залп с нашей стороны, который не причинил врагу никакого вреда.

Первыми под удар попали рогнарцы. Ауредий поставил их впереди войска, чтобы иметь возможность беспрепятственно заниматься "реквизицией" - как он это называл. Рог-нар-цы же рассчитывали, что им придется грабить Ротон, поэтому с радостью шли впере-ди армии, но они совсем не рассчитывал на то, что им придется сражаться. Первым побежал полк Зетия, собутыльника Ауредия. Сам Зетий незадолго до этого появился у нас на холме.

– Все пропало! Мы разбиты!
– вопил он.

– Полковник!
– В ярости завопил Артер.
– Вы оставили свой полк!
– В этот момент Артер не думал, что перед ним взрослый, более, того, старший по званию! Видя такое пренебрежение долгом, он просто не мог сдержаться.

– Ах ты, щенок!
– закричал в ответ Зетий.
– Сейчас я покажу трус я или нет!
– Он обнажил меч и бросился на Артера.

Я выехал вперед и остановился у него на пути.

– С подростком воевать храбрости у вас хватает!
– в бешенстве заявил я ему.
– Лучше бы вы так же храбро сражались там.
– Я махнул на поле.

– А ну прочь, щенок!

Но в этот момент на холме стали собираться остальные командиры полков рогнарской армии. Покинутые командирами, рогнарцы уже не могли оказывать сопротивление и побежали. Поле было не слишком широким и бежать они могли только назад. В результате рогнарцы налетели на ряды китижской пехоты, которая выдвигалась вперед. Росичам, чтобы вступить в бой, приходилось прорубаться сквозь своих союзников.

Зетий, с приходом друзей, вмиг забыл об обиде.

– Бежать! Все погибло!
– Эти крики слышались чаще всего.

Многие вестовые, которые были здесь из тевтонских полков, глядя на это зрелище, поскакали назад к своим, справедливо решив, что здесь им делать нечего.

– Егор, поехали отсюда!
– Артер схватил меня за руку, злобно глядя на Ауредия и его друзей, которые в панике метались по холму.

– Подожди! Я хочу досмотреть.
– Я достал бинокль, который взял с собой и стал смотреть за боем. В результате катастрофу я видел до конца.

Некоторым отрядам Амстера и Китижа удалось добраться до врага, и они вступили в бой, но максимум, что они могли, так это задержать продвижение противника. В этот момент во фланг ударил еще один полк имперцев. Дальше битва превратилась в побоище.

Тут на холме появился тевтонский отряд.

– Егор, где ты?!
– Герхардт оказался около меня.
– Быстро уходим! Скоро имперцы будут здесь.
– Потом он повернулся к рогнарцам.
– И вы господа, если хотите, то можете присоединиться к нам.

– Конечно-конечно, господин полковник, - льстиво заметил Ауредий.
– За мной, господа.

– Рон, держись за мной!
– велел я.
– Артер, пожалуйста, присмотри за Роном.

Тот кивнул и пристроился рядом с мальчишкой. Мы спустились с холма и оказались в потоке отступающих войск. Полки перемешались и теперь пешие росичи шли рядом с конными тевтонами, здесь же шагали амстерцы. Около нас остановился Аскольд.

– Герхардт, отводи всех, я задержу врага! Всем все равно не уйти!

Герхардт мрачно кивнул.

– Что он имел в виду?
– спросил я.

Герхардт промолчал.

Эти мгновения запомнились мне на всю жизнь. Когда-то я считал, что нет ничего хуже, чем убивать кого-то, теперь знаю, что есть. Гораздо хуже смотреть как убивают твоих друзей, зная, что ты не в силах помочь им. Рогнарцы бежали так, что сносили все кордоны, с помощью которых их пробовали задержать. Они путали весь порядок. Только отъехав подальше, мы могли перевести дух.

– Егор, - позвал меня Герхардт.
– Ты спрашивал об Аскольде.
– Надо же, я и не думал, что он запомнит.
– Пошли, я хочу, чтобы ты это видел.

Герхардт быстро поехал по направлению ближайшего высокого места. За мной увязались Рон и Артер. Поднявшись на холм, Герхардт указал на то поле, откуда мы только что бежали. Удалиться мы успели километров на пять-шесть, не больше, но отсюда было видно все. Тем не менее, я поднес к глазам бинокль: китижский полк стоял поперек дороги, по которой мы отступили, и отбивал атаки превосходящего по численности врага. Первая его шеренга уже полегал вся, но вторая, стоя на коленях, отбивала атаку короткими копьями. Более мощные лежали на их плечах, и держала их третья линия. Враг наседал отовсюду. Его было в десять раз больше, но он никак не мог сломить этого отчаянного сопротивления. А в самой гуще битвы гордо реяло знамя китижского полка. Вот некоторые отряды пошли в обход, и вскоре полк уже сражался в окружении, но он сражался. Он сражался, давая нам драгоценные мгновения для отступления. Каждая лишняя минута спасала жизнь сотне наших солдат. Росичи, казалось, понимали это - отраженное эхо донесло до нас громовое ура, и вот враги попятились, они побежали. Правда они тут же восстановили порядок и снова пошли в атаку, но, тем не менее, они отступили. Тут из-за поворота вылетел отряд тевтонов и амстерской легкой конницы. Они врубились во фланг наступающим врагам, прорываясь к своим товарищам. Они пробились, но я видел, что из этого отряда осталось едва два десятка человек.