Чтение онлайн

Так продолжалось некоторое время, а затем к Хубайбу подошел мужчина с копьем и разогнал мальчиков. Возможно, мальчики уже успели утомиться от этой потехи. Возможно, публика пресытилась созерцанием этой забавы. Этот человек занес копье и пронзил им сердце Хубайба, положив конец его мучениям. Два трупа были оставлены гнить привязанными к шестам.

Человек, организовавший эту потеху и подготовивший мальчишек для участия в ней, был не кто иной, как 'Икрима, сын Абу Джахла. Затевая это жуткое кровавое зрелище, 'Икрима не задумывался о том, что ему могут проститься его жестокое сопротивление Исламу и мусульманская кровь, пролитая им при Бадре и Ухуде, но не простится то, что он сотворил на этот раз. В тот день 'Икрима стал военным преступником.

Напомним, что перед тем как оставить поле битвы при Ухуде, Абу Суфйан пообещал мусульманам вновь встретиться с ними при Бадре через год, и Пророк принял его вызов. Это означало, что встреча должна была состояться в марте 626 г., но по мере приближения указанного срока Абу Суфйану расхотелось сталкиваться с мусульманами. В ту зиму дожди оказались еще более скудными, чем обычно, а поскольку зима прошла, то резко усилилась жара. Погода стояла жаркая и сухая, и год сулил выдаться крайне неудачным. Абу Суфйан решил отложить операцию и послал в Медину лазутчика, чтобы пустить слух, будто курайшиты собираются в великом множестве и намереваются прийти с гораздо большей силой, чем та, которой они располагали при Ухуде. Он рассчитывал запугать мусульман, вынудив их остаться в Медине, но когда эти слухи достигли Пророка, он провозгласил: «Я приду на назначенную встречу с неверными, даже если мне придется пойти на нее одному».[46 Ибн Са'д: с. 563.]

В конце марта мусульмане выступили из Медины. Их войско насчитывало 1500 человек, из которых 50 располагали лошадьми. Войско вышло к Бадру 4 апреля 626 г. (1 зу-л-ка'да, 4 г. хиджры), но там не было никаких признаков курайшитов.

Когда Абу Суфйан получил известие о выходе мусульман из Медины, он собрал вместе курайшитов и выехал из Мекки. В его войске было 2000 пеших воинов и около сотни лошадей, и вновь с ним были такие выдающиеся бойцы, как Халид, 'Икрима и Сафван. Впрочем, когда курайшиты добрались до 'Асфана, Абу Суфйан решил, что ни при каких обстоятельствах не станет вступать в бой. Он обратился к своим подчиненным с такими словами: «Год — самый неблагоприятный для ведения боевых действий. В стране засуха, редко когда бывала такая жара. Условия не подходят для сражения. Мы вновь дадим им бой в урожайный год».[47 Там же.] Изложив причины, по которым не следовало продолжать движение вперед, Абу Суфйан приказал возвращаться в Мекку. Сафван и 'Икрима яростно сопротивлялись такому решению, но их возражения были бесполезными. Мекканцы вернулись в Мекку.

Мусульмане стояли при Бадре в течение 8 дней. Затем, услышав, что Абу Суфйан вернулся в Мекку, они свернули лагерь и вернулись домой, в Медину.

После того как курайшиты вернулись в Мекку, между мусульманами и курайшитами мог бы воцариться мир, если бы не происки некоторых иудеев. Чтобы разобраться в причинах их действий, нам придется вернуться назад к тем дням, когда Пророк прибыл в Медину, бежав из Мекки.

Когда Пророк прибыл в Медину в год, который позднее будет назван первым годом хиджры, мусульмане образовали две группы, а именно, переехавших (мухаджиров), тех, кто переселился из Мекки, и помощников (ансаров), новообращенных мусульман-жителей Медины, которые пригласили Пророка переселиться к ним. Третью малочисленную группу, которую мусульмане впоследствии назвали лицемерами (мунафиками), составляли те жители Медины, которые признали Пророка и его веру, чтобы не выделяться среди остальных, но в душе не были мусульманами. Главным среди них был 'Абдаллах ибн Убайй, человек, занимавший почетное положение в Медине и чувствовавший, что прибытие Пророка так или иначе уменьшило его влияние и авторитет. Эти лицемеры были теми, кто покинул мусульманскую армию накануне битвы при Ухуде. Они собирались продолжать создавать помехи на пути Пророка и, не выступая открыто против него и его религии, делать все, чтобы ослаблять решимость мусульман всякий раз, когда им предстояло идти на битву.

Важной частью населения Медины были иудеи, принадлежавшие к трем племенам — бану кайнука', бану надйр и бану курайза. Когда Пророк прибыл в Медину, эти иудеи безоговорочно признали его и не видели для себя никакой потенциальной угрозы со стороны новой веры. Каждое из племен заключило с Пророком договор, который можно было бы охарактеризовать как договор о дружбе или о ненападении. Договор включал статью, согласно которой одна сторона по договору категорически обязывалась не помогать врагам другой стороны в случае, если против другой стороны будут предприняты враждебные действия.

Пока Пророк находился в Мекке, ниспослания Корана касались преимущественно вопросов духовной и религиозной жизни. Таким образом, в те времена Ислам носил исключительно духовный и религиозный характер, рассматривая отношения человека с Богом. Когда Пророк эмигрировал в Медину, Ислам стал играть более динамичную и существенную роль в жизни людей, охватив области общественной жизни, политики и экономики. Он начал рассматривать человека как члена общества и общество как инструмент для обеспечения человечеству более добродетельного, прогрессивного и счастливого образа жизни. Этот новый динамизм, который приобрел Ислам, неизбежно вел его к столкновению с более старыми религиями. Рано или поздно столкновение стало бы неминуемым, и ближайшей религией, которая вступила в конфликт с Исламом, оказался иудаизм. Иудеи впервые осознали угрозу своему положению тогда, когда мусульмане одержали громкую победу при Бадре. Затем бану кайнука' нарушили соглашение и перешли в открытую оппозицию мусульманам. Пророк осадил это племя в его оплотах и вынудил его покориться. В наказание за нарушение ими клятвы бану кайнука' были изгнаны из Медины и переселились в Сирию.

Следующим нарушителем клятвы стали бану надйр, и произошло это вскоре после битвы при Ухуде. Это племя постигло то же наказание со стороны мусульман. Некоторые его представители переселились в Сирию, а другие обосновались в окрестностях Хайбара, к северу от Медины. В операциях против обоих племен 'Абдаллах ибн Убайй, вождь лицемеров, сначала выступал на стороне иудеев, тайно подстрекая их к вооруженному выступлению против Пророка и обещая им активное содействие своих последователей. Позднее, когда он видел, что военный успех оказывался на стороне мусульман, он предоставлял иудеев их участи.

Третье племя иудеев, бану курайза, продолжало мирно жить в Медине. Его отношения с мусульманами были нормальными и исключительно мирными, причем каждая из сторон уважала и соблюдала статьи договора. Однако иудеи из бану надир, обосновавшиеся в Хайбаре, не простили мусульманам своего изгнания. После Ухуда они узнали о том, что мусульмане и курайшиты будут еще раз сражаться, и терпеливо выжидали, надеясь, что эта битва станет для мусульман последней. Однако когда по прошествии года они узнали, что нового сражения не будет, они решили предпринять прямые действия для того, чтобы вызвать нападение на мусульман.

В конце лета 626 г. в Мекку отправилась депутация хайбарских иудеев. Ее возглавлял Хуйайй ибн Ахтаб, бывший в Медине предводителем бану надир. По прибытии в Мекку делегация переговорила с Абу Суфйаном и приступила к организации похода против Пророка. Ибн Ахтабу пришлось сыграть на страхах и чувствах курайшитов, и он начал рассказывать о том, какая опасность угрожала курайшитам из-за распространения Ислама. Если бы мусульмане достигли Иамамы, то ведущие в Ирак и Бахрейн торговые пути курайшитов оказались бы перекрытыми.

«Скажи мне, о Сын Ахтаба, — спросил Абу Суфйан, — ты из людей Писания? Считаешь ли ты, что религия Мухаммада лучше, чем наша?» Глазом не моргнув, Ибн Ахтаб ответил: «Как человек, знающий Писание, могу заверить тебя, что ваша религия лучше, чем религия Мухаммада. Правда на твоей стороне». Это страшно понравилось курайшитам, и они согласились дать бой Мухаммаду, если к ним присоединятся другие арабские племена.

Иудейская делегация направилась к племенам гатафан и бану асад, с которыми состоялись аналогичные переговоры, увенчавшиеся такими же результатами. Эти и многие другие племена дружно согласились принять участие в крупном походе с целью дать бой Мухаммаду и разгромить мусульман.

После Ухуда курайшиты смирились с потерей торговли с Сирией как с неизбежностью. Поскольку мусульмане сохраняли власть в Медине, жители Мекки не могли пользоваться прибрежной дорогой в Сирию. Поэтому мекканцы увеличили торговлю с Ираком, Бахрейном и Йеменом, тем самым более или менее компенсировав потери, которые они понесли за счет прекращения торговли с Сирией. Между тем, в результате переговоров с иудейской делегацией Абу Суфйан стал лучше осознавать ту опасность, которую представляло для мекканской торговли дальнейшее распространение Ислама. Если бы Мухаммад достиг Йамамы, курайшитам пришлось бы ограничиться торговлей с одним только Йеменом, так как в этом случае торговые пути в Ирак и Бахрейн оказались бы в руках мусульман. А это новое ограничение в торговле стало бы для курайшитов экономическим ударом, который они не смогли бы вынести. Кроме того, Сафван ибн Умаййа постоянно подначивал Абу Суфйана из-за того, что у того не хватило мужества во время последнего военного похода. Оба эти фактора сошлись, чтобы вынудить Абу Суфйана решиться и загореться желанием предпринять еще один военный поход на Медину.