Чтение онлайн

Вэриан взглянул туда, где исчезали остальные. Их вообще не было видно.

С тяжелым сердцем он посмотрел на Меревин.

— Ты не заслуживаешь того, чтобы тобой воспользовались, как шлюхой Адони.

Она облизнула губы, прежде чем подвести его руку к своей груди.

— Я не смею ждать. Она может снова мне навредить в любой момент, и я не хочу, чтобы ты видел меня такой. Я хочу иметь это как женщина, которая прекрасна в твоих глазах.

— Ты всегда будешь…

— Не надо! — сердито отрезала она. — Не смей говорить мне, что я красива для тебя, когда я знаю, что это ложь. Я не хочу, чтобы ты относился ко мне с жалостью в сердце. Я хочу знать, что ты желаешь меня.

Он почувствовал, как затвердел ее сосок сквозь тонкую ткань платья. Одного этого крошечного движения было достаточно, чтобы жар устремился прямо к его паху.

Он хотел ее. Этого нельзя было отрицать.

И как будто этого было недостаточно, она опустила руку, пока нежно не обхватила его ладонью. Его член напрягся еще больше, и это отбросило все аргументы, которые у него были. Все, о чем он мог думать, это сладость ее губ.

Меревин не ожидала такой неистовости его поцелуя, когда он притянул ее в свои объятия и крепко прижал к себе. Она чувствовала, как колотится его сердце, когда его язык дразнил ее. Закрыв глаза, она вдохнула его теплый запах. Это был тот момент, которого она ждала всю свою жизнь.

Страстно желая этого, она приподняла его куртку, чтобы провести руками по его рельефным мышцам. Его кожа была мягкой и испещренной шрамами. Не в силах этого вынести, она оторвалась от его губ, чтобы приподнять куртку, дабы увидеть совершенство его тела.

Вэриан стянул куртку через голову, прежде чем бросить на землю. Меревин заколебалась, увидев ожог от метки Ланселота на его плече. Она неуверенно протянула к нему руку, пытаясь представить боль, которую он испытывал в детстве. Там была каждая деталь эмблемы Грааля, вплоть до латинских слов, которые гласили: Esse Quam Videri. Быть, а не казаться.

Он был тем, кем казался. В этом человеке не было фальши. Желая утешить его, она наклонилась вперед и прижалась губами к отметине.

Вэриан вздрогнул от ощущения ее губ на своей плоти. Ни одна женщина никогда раньше не прикасалась к этому шраму. Обычно, когда он заводил любовницу, то использовал свою магию, чтобы скрыть несовершенства своего тела. Шрамы, рубцы. Больше всего символ Грааля. Но он не мог сделать этого с Меревин. Он был обнажен перед ней так, как никогда раньше. И именно поэтому понимал, насколько это важно для нее. Нет ничего хуже, чем видеть жалость на лице возлюбленного. Или отвращение.

Он зашипел, когда она прижалась языком к отметине, прежде чем поцеловать ее, затем спустилась к его соску со шрамом. Все его тело наполнилось жаром, когда она нежно облизала его. Он так сильно хотел оказаться внутри нее, что все, что мог делать, это стоять там и пытаться не повалить ее на землю.

Но это было не для того, чтобы остудить огонь в его крови. Это было для того, чтобы подарить ей воспоминание, которое успокоило бы ее боль. Воспоминание, которое сделает ее жизнь немного более терпимой.

Он будет ее первым и, скорее всего, последним любовником. Это была отрезвляющая мысль. И для нее он хотел, чтобы это было прекрасным воспоминанием.

Меревин застонала от вкуса его соленой кожи, от ощущения его плоти под своими руками. Он был самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела.

И когда Вэриан отстранился, она подняла глаза, испугавшись, что он передумал. Вместо этого он подхватил ее на руки и понес в лес, в направлении, противоположном тому, куда ушли остальные. Она нахмурилась, глядя на него.

— Я хочу, чтобы это было только между нами. В отличие от людей моей матери, я не выступаю перед публикой.

Она улыбнулась его доброте, когда он нашел маленькое укромное местечко в лесу. Поставив ее на ноги, он снял с ее плеч свой плащ, прежде чем расстелить его на земле.

Это действительно происходит…

Она собиралась вступить на путь, с которого не будет спасения. Но это было то, чего она хотела. Один момент с мужчиной, чтобы она могла познать ощущения, которые управляли Морганой и ее двором. Она хотела понять красоту того, чтобы делиться собой с кем-то другим.

Держа эту мысль при себе, она расшнуровала платье и позволила ему упасть на землю.

Вэриан почувствовал, как у него перехватило дыхание, когда Меревин обнажилась под его голодным взглядом. Несмотря на то, что, на его вкус, она была немного худовата, но все равно была самым красивым зрелищем, которое он когда-либо видел.

И когда девушка потянулась к шнуровке на его бриджах, он не услышал ничего, кроме стука собственного сердца. Она ослабила пояс настолько, что смогла опустить руку вниз и прикоснуться к нему. У него закружилась голова от этого ощущения. Прижимая ее руку к своему члену, он медленно покачивался на ее ладони, наслаждаясь ощущением ее нежных прикосновений.

Меревин облизнула губы, ощутив его бархатистую твердость. Ее лицо вспыхнуло, она посмотрела на него, в то время как он смотрел на нее сверху вниз. Выражение удовольствия на его лице заставило ее почувствовать уверенность в себе.

Но она хотела большего. Она хотела узнать, каков он на вкус. Что он чувствовал…

Вэриан нахмурился, когда опустил взгляд на талию, прежде чем стянуть бриджи. Он собирался снять сапоги, но прежде чем он успел, она опустилась перед ним на колени.

Конечно же, она не собиралась…

Он затаил дыхание в сладостном ожидании, когда она медленно провела пальцами по нему от яиц до кончика. Ее брови были сведены в любопытстве, когда она исследовала его тело, как мог бы это сделать ученый. По крайней мере, до тех пор, пока она не переместила палец на кончик его члена, где из него уже вытекала жидкость.

Она провела по нему кончиком пальца, прежде чем поднести пальцы ко рту.

Вида того, как она пробует его на вкус, было почти достаточно, чтобы заставить его кончить. Она встретилась с ним взглядом, прежде чем опустила руку и наклонилась вперед.

Вэриан почувствовал, как у него перехватило дыхание, когда она медленно взяла его в рот, дюйм за сладким дюймом, в то время как ее язык кружился вокруг него. Он зарылся рукой в ее волосы, но старался не причинить ей боли, пока она осторожно облизывала и мучила его удовольствием.

Ему пришлось собраться с силами, чтобы не толкнуться в нее, пока она не торопилась пробовать его на вкус. Но это было сущей мукой. Желая попробовать и ее, он отстранился.

Меревин нахмурилась, наблюдая за его действиями.