Чтение онлайн

– А что тут такого?
– картинно развела она руками.
– Да, Дженнифер из Техаса!

Действительно, что такого? Всё равно истинное имя сеньориты вслух не произнесётся. Она, видать, тут инкогнито, и 'палить хату' не стоит. А догадаться... А я уже догадался. Слишком много у девочек общих черт. Так сказать, фамильных.

– Да ничего, - пожал плечами я.
– Вот только южный говорок у твоей 'кузины' совершенно с Техасом не ассоциируется. Ладно я - мне всё рано. Но кто другой внимание обратит.

При слове 'южный говорок' 'Дженнифер' скуксилась и даже опустила булку, которую поднесла ко рту.

Паула же была сама невозмутимость.

– Ну да, она из Аргентины. Ну, так я тоже родилась в Венесуэле! А живу на Венере. Закономерность не улавливаешь, Чико?

Нет, не уловил. Чтобы сохранить говорок надо ЖИТЬ в Аргентине. На постоянной основе. Он меняется вместе с переездом, а у девочки он чересчур яркий. То есть, она достаточно много времени проводит в регионе Ла-Платы, подальше от Венесуэлы, Каракаса и королевского двора. Ибо Пурто-ла-Крус находится всего лишь в получасе езды по скоростной магнитке от столицы, слишком близко от её императорского величества.

А Техас... В Сан-Анджело располагается школа подготовки агентов службы внешней разведки Империи. Может это мои догадки, но проживание оной 'Джениффер' в этой северной провинции вполне может быть связано именно с этим. Её грация и легкость в движениях подсказывали, что это не самый нереалистичный вариант.

– Её тут никто не знает, и отчитываться она ни перед кем не будет, - растянула рот до ушей Паула. И перешла ко главному, закрывая тему:

– Итак, что случилось? Почему не на базе?

Я картинно хмыкнул.

– Меня сеньорите в ответную уже не представляешь?

Красноволосая нахмурилась, но всё-таки выдавила:

– Хуан. Тот самый. Мой напарник.

Слова 'тот самый' мне, конечно, понравились больше всего, ну да ладно - что еще ожидать от прекрасного пола, да еще от самых близких друг для друга людей?

Гостья на мое представление бурно не прореагировала - вполне себе поняла, кто я, и без него. А скорее догадалась еще на стадии, когда я напрашивался в гости. Учтиво, но стандартно позволила поцеловать свою руку и старательно, но протокольно, хлопнула ресницами.

– Итак?
– требовательно выгнулись брови хозяйки.
– Я слушаю?

Пришлось рассказать. Не всё - некоторые подробности при 'кузине Дженнифер' светить не хотелось по этическим соображениям. Но с точки зрения алгоритма произошедшего ситуацию отобразил верно.

– М-да, - покачала напарница головой, уйдя в глубокие раздумья.
– Не ищешь ты лёгкой жизни!

– Она меня съест, Паулита, - улыбнулся я, отправляя в рот такую замечательную печеную вкуснятину. Кстати, при слове Паулита 'Дженнифер' непроизвольно скривилась. Впрочем, наверное, стоит писать без кавычек имена их обеих, ибо шиты одними нитками.

– Ну, а от меня чего хочешь?
– воскликнула она. Нет, всё она понимала... Но этот разговор оставим на потом, когда будем одни.

Я пожал плечами.

– Ничего. Пожаловаться на судьбу. Если есть совет - выслушать. Ты ж моя напарница, к кому мне еще бегать за советом?

Так-так, а глазки Дженнифер при этих словах заблестели. Словно у Архимеда с его 'Эврикой'. Мои подозрения насчет Сан-Анджело подтверждаются? Господи, не дай мне еще и тут вляпаться! Это уже дипломатия, иной уровень!

Паула задумалась.

– Чико, советов не дождешься - мучайся сам. Но в целом считаю, всё правильно. Я тебе про эту цыпочку давно говорила - рога ей обломать надо, больно высокомерная. Но она инфанта, а значит, в процессе у тебя обязательно возникнут проблемы.

– Я боюсь за тебя!
– посмотрела она мне в глаза. Совершенно серьёзно.
– Она тебя может раздавить. Ты готов к такой войне?

Я молчал - слишком серьёзно предупреждение прозвучало. Красноволосая же не успокаивалась:

– Это не корпус, Малыш. Это иной уровень.

– Она никто, - покачал я головой.
– ПОКА - никто. Только дочь своей матери.

– Это интересное слово 'пока'...
– прошептала огненный демон, окончательно испортив мне настроение.

Но, впрочем, всё давно было решено и без неё, и отступать я не собирался. Потому стоило закрыть тему.

– Послушайте, девчонки, - озвучил я еще одну сегодняшнюю гениальную мысль. Причем гениальную без кавычек. Посетила она меня в бутике, когда я понял, как мне одежда идет, но я всё равно совершенно не готов идти в ресторан с наследницей престола.
– У меня нарисовалась проблема, о которой я раньше не мог и думать... Но оказывается... В общем, хочу попросить вас о помощи. Обеих.

– Обеих?
– вздернулась бровь напарницы.

– Ну, раз уж Гортензия здесь, почему бы и не обеих? Вы же обе отлично знаете нравы, обычаи и порядки в высшем обществе. Кто научит лучше вас?

Девочки переглянулись. Причем глазки Паулы будто сказали:

'Ты же видела, я ничего не говорила! Он сам!'

Больше факт моего упоминания истинного имени гостьи обозначен не был, из чего я сделал вывод, все всё знают, но приличия соблюдены, и не стоит больше заострять внимания на проблеме.

Девочки подошли к делу серьезно. Приготовились читать лекции и тут же демонстрировать на наглядном пособии. Гортензия безапелляционно была назначена главным пособием; её протест был подавлен еще до того, как она его озвучила вслух.

– ...Итак, ты не можешь сесть, пока не усадишь сеньору, - порхала вокруг красноволосая. В этот момент её было не узнать - передо мной стояла настоящая принцесса, аристократка энного поколения. Существо, которое пыталось сойти за свою в обществе венерианских бродяжек, вспоминалось, как страшный сон.
– Причем усаживаешь её справа. И запомни, Хуан, сеньора справа для тебя в приоритете! Она прежде всего, кем бы ни являлась!

– Вилки... Ножи...
– успел я кивнуть на стол, сервируемой милой крестницей нашей королевы, в которой так же чувствовался аристократический шик, хоть и росла она в стороне от двора. Но красноволосая перебила:

– Дойдем до вилок и ножей. Вначале общие правила. Усвоишь их - пойдем дальше. Я знаю, у тебя хорошая память, так что запоминай!..

Дальше начался ад, который за сегодняшний день. Но этот ад я терпел стоически, ибо правила этикета мне были реально нужны. Я не мог позволить себе выйти в свет с принцессой, не зная даже базовых вещей. Прослыть невеждой, 'свиньёй', оборванцем с улицы... Быдлом каким-нибудь... Это приговор. А в ресторане моё незнание вскроется на раз-два-три! Это великое счастье, что мне удалось сегодня 'откосить!'