Чтение онлайн

– А где именно вы жили в этом славном городе? Должно быть, это очень интересное место?

Эзра узнал название улицы, на которой проживал оружейник Пью со своим сыном, узнал, где юноша покупал хлеб, у какого мясника они брали мясо… Похоже, Уолтеру раньше не встречался человек, проявляющий интерес к его повседневной жизни, и ему не терпелось выговориться. Вскоре Эзра знал обо всех делах и обязанностях молодого человека, которые день ото дня почти не изменялись. Он даже выяснил, как звали его кота, соседей из ближайших домов и какого цвета у него была ночная рубашка.

Будет очень просто превратиться в этого обычного, ничем не примечательного юношу с самым простым и весьма правдоподобным прошлым. Наверняка такая история одурачит любого шпиона, которого может подослать Роберт де Соннак. Да, Эзра теперь превратится в бывшего ученика оружейника из Иерусалима, который услышал Глас Божий, оставил свое ремесло и принял духовный сан. «Я шел по берегу неподалеку от Яффы однажды ночью, и Дева Мария поднялась передо мной из волн и позвала меня за собой…» – подумал он. Настоящий Уолтер Пьюсон был таким простаком, что его будет несложно изобразить.

– Что же, – пробормотал погруженный в размышления священник, когда в часовню вошел кто-то еще, – я благодарю тебя за этот душевный разговор, Уолтер. У меня стало гораздо легче на сердце. Да пребудет с тобой Господь и да снизойдет на тебя Его благословение, даруя безопасное плавание.

– Спасибо, святой отец.

Юноша вышел из часовни.

Затем молодая женщина, только что вошедшая в церковь, скрывавшая лицо под белой вуалью, опустилась на том же месте, где только что стоял Уолтер, ближе к алтарю.

– Вы пришли, чтобы помолиться Пресвятой Деве? – тихим, приятным голосом произнес Эзра. – Могу ли я помочь вам?

– Да, прошу вас, отец…

– Отец Уолтер.

– Отец Уолтер, я согрешила…

Актеры отказались вернуться в Англию. По крайней мере – не сейчас, им хотелось провести еще немного времени в Константинополе. Заработки здесь на удивление хороши. Жители этого города, служившего мостом между Западом и Востоком, похоже, оценили мастерство актеров по достоинству, в отличие от зрителей в Лондоне или Челмсфорде. Патрик считал, что причина тому проста: в Англии куда больше странствующих трупп, развлекающих зевак и прохожих, и представления быстро приедались.

– В любом случае мы так и так были намерены задержаться здесь, – сообщил он Эндрю и Уолтеру.

Близнецы нашли корабль, направлявшийся в Англию, на котором еще были свободные места. Эндрю и Патрик крепко пожали друг другу руки на причале. Тоби удостоился дружеских объятий – он всегда нравился юному рыцарю больше других. Артур лишь мимолетно протянул юноше руку. Мессауд начал плакать, расцеловал обоих братьев в щеки, крепко обнимая их. Пират знал их всего несколько дней, но вел себя так, словно они были его старыми друзьями. Он сделал это специально, чтобы испортить тихое прощание – ему хотелось снова оказаться в центре внимания.

– Прощайте, дорогие братья! – воскликнул Мессауд. – Надеюсь, вы найдете своих близких в целости и здравии!

Близнецы проигнорировали его.

На борту судна Эндрю начали посещать сомнения в том, прав ли он был, занимая деньги. Он не знал, сумеет ли когда-нибудь отдать их. Кузнец сделал для них все необходимое. Эндрю поклялся жизнью матери, что найдет способ вернуть долг. Оружейник сказал, что верит ему, поскольку перед ним знаменитый сэр Эндрю из Крессинга.

– Это угнетает, – обратился юноша к Уолтеру, когда корабль отчалил и направился в открытое море, – когда тебе так верят просто потому, что горстка менестрелей превознесла самые обычные, по сути, дела.

– Брат мой, мы оба будем трудиться не покладая рук, чтобы раздобыть деньги. Уверен, их можно будет переслать.

Плавание прошло без происшествий. Их обоих вначале укачивало, но затем юноши привыкли к постоянному колыханию волн. Ветер гудел в туго натянутых снастях. Паруса потрескивали и хлопали, когда он вдруг менялся. Моряки по вечерам пели свои песни. Все шло на удивление мирно и гладко после долгих бурных месяцев, проведенных на Святой земле. Путешествие от Константинополя до Венеции, а оттуда – до берегов Британии показалось совсем коротким.

Корабль был невелик и по Темзе добрался до Лондона. Эндрю и Уолтер сошли на берег и отыскали комнату на ночь, чтобы на следующий же день отправиться в имение сэра Роберта де Соннака. Эндрю понятия не имел, какой прием будет его ожидать в доме приемного отца. Возможно, слух о том, что молодой рыцарь натворил в Иерусалиме, уже дошел до него… Возможно, вместе с приказом немедленно арестовать братьев…

Первым человеком, которого Эндрю увидел, въехав в ворота имения, был однорукий старина Фоггерти. Его седые волосы еще больше побелели, если это вообще было возможно. Лицо старика теперь походило на испещренную полосами карту, морщинки устьями пересохших рек врезались в лоб и щеки. Недоставало еще двух зубов, а уцелевшие конечности заметно похудели.

Но голубые глаза сверкали все так же ярко, в них по-прежнему светился ум.

– Хо! – крикнул старина Фоггерти. – Вернулся наш языкастый бездельник! И похоже, не в меру расточительный. Что ты натворил, юный негодник? Наверное, причинил всем немало беспокойства?

– Если и так, то не по собственному желанию, старина Фоггерти, – произнес Эндрю, наклоняясь в седле, чтобы пожать руку своего наставника. – Познакомься с моим братом, Уолтером.

Старина Фоггерти кивнул юноше.

– Лучше поди повидай хозяина. Он здесь, знаешь ли.

– Непременно.

В животе у Эндрю словно все внутренности заворочались. Сэр Роберт был очень добр к нему в прошлом, но что он скажет об их с Уолтером приключении – побеге из темницы Одо де Сент-Амана? Поймет ли, что молодой рыцарь не мог отправить брата на верную смерть? Эндрю, в конце концов, спас жизнь магистру храма. Не может же быть, чтобы он не имел права голоса, когда речь шла о судьбе несостоявшегося убийцы? Но почему-то юноше казалось, что сэр Роберт придерживается иного мнения. Эндрю ожидал сурового приема, несмотря на всю свою решимость сохранить достоинство и гордость.

Уолтер отстал по дороге, очевидно пораженный великолепием и богатством имения.

Сэр Роберт встретил Эндрю в дверях дома.

Великий рыцарь сурово произнес:

– А, вот и мой приемный сын. Где ваши доспехи, сэр?

Эндрю не ожидал этого вопроса.

– Сэр, они остались в руках турок-сельджуков.

– Вы сознаете, молодой человек, что эти латы обошлись мне в целое состояние? К счастью, я очень богат, хотя, признаюсь, мне не по душе разбрасываться прекрасными, дорогими доспехами. Я вижу, вы, по крайней мере, сохранили свой меч Ульфберта. Неужто сельджуки остались равнодушными к такому великолепному клинку? Они не знали о его ценности и редких свойствах?